Камиля Харисова о работе на «Ак Барс Шоу»: «Сильно переживала, было ощущение первой влюбленности»

Клубное ТВ хоккейного «Ак Барса» в межсезонье претерпело ряд изменений: переименование проекта и уход ведущей Зухры Уразбахтиной, на чье место пришли Камиля Харисова и Анастасия Костенко. Корреспондент ИА «Татар-информ» поговорила с Камилей о работе в мужском коллективе, первом опыте на ТВ, хоккее и личной жизни.

«„Ак Барс» сам на меня вышел»

— Камиля, до работы телеведущей ты была в модельном бизнесе. Как ты попала в «Ак Барс»?

— Это надо спросить у «Ак Барса». Они сами вышли на меня. Предложили себя попробовать. Мне показалось это интересным. Мне дали несколько заданий: записи интервью, что-то творческое. Мы созванивались по видеосвязи. И так, видимо, клуб принял решение, что меня можно запускать в эфир.

— Не спрашивала у них почему выбор пал именно на тебя?

— Как-то я их спрашивала, но они только отшучивались. Не знаю, звезды так сошлись, наверное. Естественно, у них были и другие кандидатки. Это нормально. Они ищут на такую вакансию «лицо», это всегда очень ответственное и долгосрочное дело, а не разовое сотрудничество. Ежедневная работа в команде. Очевидно, по каким-то критериям я им показалась наиболее подходящим вариантом.

— До этого когда-нибудь задумывалась о работе на телевидении?

— Если честно, то задумывалась. Во время периода застоя на карантине, я для себя сделала одно задание: выписала то, что хотела бы попробовать в жизни, где себя протестировать, чтобы определить в каком направлении двигаться дальше. И телевидение было одним из таких направлений. Так удивительно, это было весной, а предложение мне сделали уже через несколько месяцев.

— Ты ведь еще работала на «Универ ТВ». 

— Я ни то, чтобы работала, а по своему желанию и по своей инициативе, абсолютно безвозмездно проходила там практику. Мне это было очень интересно. Я там была в качестве диктора новостей. Но опять-таки, это другая степь, именно по профессии ведущего. Даже несмотря на короткий промежуток времени практики, это был крайне полезный опыт.

«Уход Зухры произошел внезапно»

— «Ак Барс» на тебя вышел весной, когда Зухра Уразбахтина еще не собиралась никуда уходить. Получается, что вас рассматривали в тандеме…

— Да, более того, мне даже давали очень много заданий, которые были связаны с Зухрой. Именно то, как мы будем взаимодействовать, как я вижу наши образы. Я готовилась работать с ней. Я пыталась прочувствовать ее на каком-то ментальном уровне. Очень важно, чтобы между ведущими была химия. Я в этом каждый раз убеждаюсь. Эта химия складывается с учетом и личных ощущений, и каких-то профессиональных качеств, и характера. 

— С Зухрой химия не произошла?

— А мы с ней даже не пробовались вместе. Задания давали персонально мне: как бы я это видела, какие сюжетные линии я попробовала бы с ней. То есть это все было в теории, на практике же мы не так и не пересеклись. Лично познакомиться не успели, знакомы только заочно.

— Как отреагировала на ее уход?

— Ее уход произошел внезапно. Для меня это было большим удивлением. Я не знала, что так будет. Я поняла, что вся ответственность теперь лежит на мне, и мне надо максимально собраться для того, чтобы дать хороший результат. Не было времени думать, что-то предполагать. Я должна была быть готова к тому, что аудитория изначально будет настроена критично, потому что в программе будет новое лицо.

— Первое время зрители тебя, действительно, воспринимали критично. Как на это все реагировала?

— Это особенность нашей целевой аудитории. Я пережила это спокойно. У меня уже был такой опыт, когда я стала «Мисс Казань». Естественно, все критично относятся. Поэтому это для меня не было новым. Конечно, я не спорю, бывают какие-то хейтерские комментарии, которые тебя задевают. Но вроде как-то ты понимаешь головой, что не стоит обращать на это внимания. А вот бывает, что тебе скажут что-то в ненужное время в ненужном месте и это как-то в тебе сидит и может внутри вывести из баланса. Сейчас уж с каждым разом все проще и проще. 

Знаешь, даже был один конкретный случай, я об этом писала даже в инстаграм. В интернете я отвечаю всем. А написали мне какой-то необоснованный хейт «штукатурка» под фотографией. Я работаю на телевидении. У меня должен быть профессиональный мейк. Это компетенция, уровень. Ты должен понимать эти элементарные вещи. Я ответила на комментарии что-то под постом, и после этого этот человек пишет мне: «Мой вам совет: не обращайте внимания на дурацкие комментарии». Из чего я сделала вывод: очень много хейта исходит из людей, которые очень сильно обделены вниманием. Вот такой вот беспочвенный хейт не несет в себе даже никакого смысла, он просто направлен на то, чтобы привлечь внимание человека. И когда ты даешь им то, чего они хотят, то они как-то по-другому себя начинают вести. 

— Видела тебя в нескольких чатах фанатов в телеграм.

— Вот я недавно зашла, случайно. 

— Часто в таких сообществах сидишь?

— Вообще в телеграм каналах я сижу, особенно в хоккейных. Потому что для меня важно быть в теме и получать информацию. Каким-то случайным образом я зашла в эти чаты и после этого немного переживала. Мало ли, люди начнут мне писать, закидывать в личку. Естественно, физически я могу не всем ответить или ответить не так, как они хотят. Я очень часто захожу в чат к прямым трансляциям и общаюсь с болельщиками, считаю, что это классно.

«Всю себя я отдаю „Ак Барсу“»

— В телеграм читаешь только про барсов? Или другими клубами лиги тоже интересуешься?

— Слежу, конечно, но преимущественно за «Ак Барсом».

— С приходом на ТВ в твоем инстаграм увеличилась реклама. Как на это реагируют твои подписчики?

— Не сказала бы, что она увеличилась. По образованию я маркетолог-пиарщик. И я также работаю и по этой профессии. Поэтому я имею такое право, свободу выбирать, что рекомендовать, что рекламировать. На самом деле, все, что я отмечаю у себя в аккаунте это то, чем я пользуюсь сама. До ТВ у меня тоже были какие-то отметки. Со многими брендами я дружу, где-то я работала моделью. Поэтому, если люди видят какие-то отметки, это не значит, что это проплаченная реклама. Бывает часто, что я отмечаю просто так, потому что мне реально понравилось. Тем более, если это классно, то люди все равно начинают интересоваться. Это ведь часть моей жизни.

— У тебя сейчас две работы: маркетинг и «Ак Барс». Моделингом занимаешься?

— Я работаю и в моделинге. Получается, что у меня три работы. Было еще больше, но с приходом в клуб от многих проектов отказалась. Признаюсь честно, совмещать тяжело. Тем более сейчас всю себя я отдаю «Ак Барсу». Очень стараюсь работать над собой, я думаю, что это заметно от эфира до эфира. Сейчас я, в первую очередь, думаю о качестве работы в «Ак Барсе», если уже потом я могу себе это позволить, то могу взять какие-то съемки. 

— Как ты оказалась в сфере моделинга?

— Я еще тогда жила в Набережных Челнах и училась в театральной школе. У меня есть красный диплом государственного образца ДШТИ. С детства моей чертой была многоплановость. Я училась в школе, ходила в театралку, мы ставили спектакли. Причем в театральной школе у меня была полноценная вечерняя школа в 4-5 уроков: актерское мастерство, хореография, даже грим был, макеты сцен, куклы. Полностью театральное ремесло и мы всему этому обучались. Когда я заканчивала театральную школу в 8 классе, мне хотелось попробовать что-то новое. Я знала, что у нас есть еще одно подразделение в театральной школе — театр моды «Каприз». Я подумала: «А почему бы и нет?» Когда начала заниматься, то хотела, в первую очередь, стать более женственной. Вырасти из штанов, кед и футболок, и как-то уже начать взрослеть. Я была в каком-то, знаешь, поиске себя. Так и занималась. Скажу честно: я была отвратительна! У меня была самая худшая походка. Да, у меня была модельная комплекция: я была худенькой, высокой, но были большие проблемы с координацией. Мне приходилось больше всех работать, чтобы не отставать. 

Раз в год собирали девчонок на кастинг «Мисс Татарстан». Мы все дружно приезжали туда, и кто-то проходил, кто-то не проходил. Уезжали обратно. Вот и я впервые в 14 лет попала на кастинг. Мне это все как-то понравилось, но я не прошла. Я была очень маленькой, зелененькой, такая вся дрожащая и неуверенная. Но не попав, я поняла для себя, что за год мне надо сделать будет сделать. И уже через год я была в финале. Я участвовала в «Мисс Татарстан» целых четыре раза. 

— Что самое сложное для тебя в работе на телевидении?

— Наверное, это самообладание. Нужно учиться принимать задания, трудности, критику. Надо контролировать свои эмоции. Я девушка, и я тоже эмоциональная. Меня тоже может что-то обидеть, что-то задеть. В такие моменты очень важно концентрироваться, опускать какую-то эмоциональность, включать логику и направлять это все в рабочее русло.

— Как готовишься к эфирам?

— Готовлюсь очень плотно. Это все начинается с внешнего вида и заканчивается изучением текста. Заранее готовлю образы. Смотрю с кем мы играем, когда мы играем. Что я успею сделать по прическе, по мейку. Нас, благо, собирает очень хорошие и талантливые мастера. Образы я составляю сама.

— Какой из твоих выпусков ты считаешь наиболее успешным?

— У меня тактика такая: я стараюсь делать каждый свой последний выпуск лучше, чем предыдущий. Судить это, конечно, зрителям. Однако этой тактики я стараюсь придерживаться. Вообще, я была очень довольна собой в эфире с Настей Тарасовой. У нас получилась такая спонтанная зарисовочка с барсами во 2 перерыве. Было интересно, потому что я сама подготовила эту викторину. Этот эфир был полностью от меня, а не был продуман нашими продюсерами и режиссерами. И я думаю, что я сработала в таких импровизационных условиях очень даже неплохо и что получилось гармонично. 

— С кем тебе комфортнее работать в паре: с Ильей Тагировым или Махмудом Аракаевым?

— Конечно, они оба хороши. На самом деле, я буду надеяться, что в будущем мы и с Ильей появимся. Я же говорю, что момент с химией между ведущими очень важен. Он же не может просто взять и вдруг случиться, это тоже некоторая работа. Когда я работаю моделью, как бы это странно ни звучало, то тоже есть момент притирки модели и фотографа. Когда вы ищете друг друга, ракурсы, понимание с полуслова. А в телевидение оказывается все так же. Пока я работаю с Махмудом, Настя работает с Ильей. Естественно, это все будет меняться. Мы будем по-разному все тусовать. Просто мы с Настей новые люди в «Ак Барсе», и нам тоже нужно время, чтобы плотно, устойчиво себя ощущать. 

— Так все-таки Аракаев или Тагиров?

— Аракаев в скобочках Тагиров (смеется).

— Как тебе работается с Анастасией Тарасовой?

— С Настей хорошо работается. Несмотря на то, что ее все считают звездой федерального масштаба, она обычная девчонка, которая, на самом деле, очень ранимая, чувствительная. Она очень простая. Конечно, я тоже очень переживала, когда узнала про нее. У меня были разные мысли: как подойти к ней, как заговорить, как она все воспримет, как нам наладить работу. Это же важно создавать хорошую атмосферу в коллективе. Все сложилось хорошо. И она, и я пошли на контакт.

«Ставлю себя в параллель с молодыми игроками»

— С хоккеем до этого была как-то связана?

— Я ходила на игры, посещала хоккей. «Ак Барс» — трудно не замечать. Это ведь целая эпоха, легендарный клуб. И не просто уже клуб, а символ Татарстана.

— Кого ты уже можешь назвать любимым игроком?

— Любимого игрока нет. Я, конечно, поддерживаю перспективную, звонкую, яркую и эмоциональную молодежь, постоянно об этом говорю. Очень много молодежи в этом сезоне, и она очень хорошо себя показывает. Просто где-то, наверное, я себя ставлю в параллель с ними. Я практически так же без большого опыта попала на телевидение, стала работать, развиваться. Как и некоторые игроки, которые заиграли впервые в этой лиге. Я где-то понимаю их эмоции и стараюсь поддерживать. 

— С кем-нибудь уже удалось подружиться?

— Такой дружбы, к сожалению, пока нет. Но мне очень хотелось бы уже со всеми познакомиться, пообщаться. Из-за всей этой ситуации в мире мы их очень бережем, даже не приглашаем в студию. 

— Насколько я поняла, у тебя есть молодой человек.

— Да, и это не хоккеист. 

— Как он отреагировал на твой дебют в качестве телеведущей в мужском хоккейном клубе?

— Поначалу он отреагировал скептически, но я сумела его переубедить! Ведь поработать с такой командой, с таким клубом, как «Ак Барс» — это большая честь и повод для гордости для каждого жителя Татарстана. И не многим делают такие предложения. Я считаю, что в отношениях люди должны мотивировать друг друга и вместе покорять новые вершины. Когда мы только начинали встречаться, мой молодой человек прекрасно понимал, что я не из тех девушек, что будут сидеть дома и заниматься исключительно бытом. У меня есть свои планы, мечты, цели, которые я хочу достигнуть! Поэтому для меня крайне важно, чтобы в отношениях два человека предоставляли друг другу свободу в плане выбора занятия и карьеры. Именно это и есть залог здоровых и счастливых отношений.

— И все же, неужели пока не писали хоккеисты? 

— Дмитрий Юдин, например, откликнулся на мой пост, в котором я рассказала о своих проблемах с щитовидной железой и том, как я с этим справляюсь, поддержал. Ребята все адекватные, порядочные. Я на всех подписываюсь, чтобы я опять же была в курсе их жизни, смотрела, запоминала их. Это важно для работы, эфиров, не более. У команды сейчас очень важный и ответственный период. Этот сезон — уникальный во всех смыслах. И нужно сохранять концентрацию. Плей-офф не за горами, время летит быстро.

«Когда начала работать в „Ак Барсе“, похудела на 4 кг за 10 дней»

— Как тебе удается держать себя в форме?

— Для меня понятие формы с тем, как я работала моделью, очень часто менялось. И на данный момент быть здоровой для меня — это быть энергичной, спокойной, сконцентрированной. Красота внешняя напрямую зависит от внутренней красоты. Если внутри человека все хорошо, то и внешне он будет красивым. Но когда я начала работать в «Ак Барсе» я похудела на 4 кг буквально за дней 10. 

— Из-за нервов?

— Да, я очень сильно нервничала, переживала. Быть честным, у меня было ощущение первой влюбленности. Вот ты говоришь мне про каких-то хоккеистов, а у меня от эфиров ощущения были как от первой любви (смеется). У меня внутри, знаешь, порхали как будто бы какие-то бабочки. Я не знала, как себя собрать, как вывести себя из этого дурацкого состояния, когда млеешь и тупишь одновременно. Было очень волнительно. Я беспокойно спала. Просыпалась с потными руками. Конечно, сейчас уже гораздо все проще. Я вернулась в форму эпохи «Мисс Казань». Тогда я очень сильно похудела и сказала, что никогда больше в такой форме не буду, потому что это нереально тяжело. 

— В далеком будущем видишь ли ты себя в роли телеведущего регионального, а может и федерального уровня?

— Если честно, мне очень нравится то, чем я сейчас занимаюсь. Мне очень сложно, тяжело, но это безумно интересно. Мне кажется, у меня получается, что это моя сфера. Я чувствую себя какой-то целой, гармоничной, сбалансированной в роли телеведущей. Я думаю, что было-бы круто развиваться в этой сфере. Благодаря «Ак Барсу» я открыла для себя эту сторону. Я думала об этом, но это был страх. Я быстро впитываю, быстро учусь и быстро даю тот результат, который от меня требуют. Мне кажется, отсутствие нужного образования — это даже мое преимущество. Если бы у меня была какая-то база, школа, мне кажется, мне бы было тяжелее ломать свои внутренние правила и установки. Для продюсеров я — белый лист, где они пишут, что хотят и у них это получается.