Татары, ставшие легендой башкирского народа: версия Ркаиля Зайдуллы

В ответ на статью «10 татар, ставших легендой башкирского народа», опубликованную ИА «Татар-информ», народный поэт Татарстана Ркаиль Зайдулла высказал свое мнение в социальных сетях. Он назвал этот список скудным и предложил свою, альтернативную версию. Кто же, по версии Ркаиля Зайдуллы, достоин попасть в этот список?

В статье «10 татар, ставших легендой башкирского народа» был предложен список из следующих личностей: Зайнулла ишан Расулев, Заки Валиди, Карим Хакимов, Минигали Шаймуратов, Мидхат Шакиров, Александр Матросов — Шакирзян Мухаметзянов, Шайхзада Бабич, Мажит Гафури, Мустай Карим, Фидан Гафаров и Нурия Ирсаева. В статье мы собрали тех, кто достоин звания легенды в Башкортостане, и в графе «Национальность» в том или ином документе значится «татарин», и не стали учитывать, кем они себя называли в жизни. То есть тех, у кого татарские корни. Тот же Мустай Карим, например, в своих произведениях пишет «наш тептярский народ», Мажит Гафури сочинял стихотворения о «родном татарском языке», а в официальном документе национальность Шаймуратова указана как «татарин».

Поэт, писатель, депутат, и, если сказать словами великого Тукая, «не только чистый поэт, но еще и дипломат, и политик, и общественный деятель» Ркаиль Зайдулла выразил свое несогласие с данным списком:

«Хорошо, пусть своими корнями они и принадлежали татарскому народу. Но ведь твои корни еще не означают, что ты и сам являешься татарином (смотрите, сколько среди русских выдающихся личностей с татарскими корнями, но называть их татарами язык не поворачивается). Если по каким-либо причинам кто-то из этих выдающихся личностей отрекается от татарской нации, должны ли мы считать его татарином? Вот какие вопросы возникли после прочтения данного материала.

Перейду к списку:

Заки Валиди считал себя башкиром, он — основатель башкирской автономии, и кем бы он ни был по происхождению, для истории он — башкир. И Мустай Карим, и Мидхат Шакиров, несмотря на то, кем они были по происхождению, если они назвали себя башкирами ради карьеры, значит, они — башкиры. Шайхзада Бабич в последние два года своей жизни причислял себя к башкирской нации, писал стихотворения от имени башкира, высмеивая татар, выступавших против башкирской автономии. Правда, писал он их на татарском языке (но тогда и не было еще башкирского литературного языка); и вообще, до 1917 года он считал себя татарским поэтом, но ведь в последние два года жизни он отрекся от своей нации! Ни разу не слышал, чтобы Фидан Гафаров называл себя татарином, несмотря на то что у него татарские корни. Ну а включать в этот список Матросова просто абсурдно. Хакимов и Шаймуратов — да, действительно в анкете записывались татарами, и это уже никто не вправе изменить. Но в какую область татарского народа они внесли вклад — сказать точно нельзя. Посвятили свою жизнь служению большевистской идеологии и трагически погибли на этом пути. Они — гордость татарского народа? На этот вопрос каждый ответит для себя сам.

Зайнулла ишан, если не ошибаюсь, был из племени Тангаур, но он называл себя только мусульманином, не разделяя не только татар и башкир, но и казахов. Каким бы он был ишаном, если бы делил? Ему ведь нужны последователи!

Остается Мажит Гафури, постоянно напоминавший в своих стихах о том, что он татарин. Но и он в конце своей жизни, заработав репутацию, не кричал «я не башкир, я — татарин!» А если и кричал, то голос его звучал не громко. Конечно, тот факт, что он завещал свой архив Казани, говорит о многом.

Еще есть один момент, до 1917 года татары и башкиры еще не были разделены и элита у них была общая.

По правде говоря, если бы башкиры не вознесли их к небесам, мы бы и думать про них забыли, и не вспоминали бы вовсе. Мы настолько безразличны к своим историческим личностям! Есть поэты-современники, стоящие в одном ряду с Мажитом Гафури: Назип Думави, Сагит Сунчелей, Зариф Башири, Миргазиз Укмаси и другие, кто их помнит? Есть Хади Маликов, который ничем не хуже Карима Хакимова (будущий генерал Шаймуратов работал в Китае под его руководством), но кто его помнит?

Конечно, мы не должны в порыве щедрости уступать другим нациям своих выдающихся личностей, которые до последнего вздоха считали себя татарами и не отреклись от своей нации. Например, «черный генерал» Даян Мурзин был из таких. И подобных ему можно пересчитать приличное количество.

Быть татарином должно быть престижно! Причисляя к своей нации тех, кто от нее отрекся, мы снижаем престиж нации. О них можно вспоминать только в качестве поучительного примера. У нас и так много великих людей. А сколько забыты?! Чем заниматься ерундой, учиняя спор на пустом месте, лучше бы поискать их имена в истории, вернуть их нации, увековечить, рассказать об их делах народу. Но это требует огромного труда и большого количества времени».

Самый молодой народный поэт Ркаиль Зайдулла в качестве достойных называться легендами Башкортостана упомянул следующих: Батырша, Бахтияр Канкаев, Канзафар Усаев, Даян Мурзин, Ангам Атнабаев.

Коротко о тех, о ком упомянуто в списке Ркаиля Зайдуллы.

История Батырши: «Крестив, Зульхабиру превратили в Марию Александровну, а Зулейху — в Веру»

Батырша (настоящее имя — Галиев Габдулла Туктаргалиевич) (1710–1762) — идеолог и предводитель Башкирского восстания 1755–1756 годов, публицист, мулла. Родился в деревне Карышево, ныне Балтачевского района Республики Башкортостан. Учился, а потом и преподавал в медресе деревень Тайсуганово и Ташкичу — сейчас эти населенные пункты находятся на территории Татарстана. С 1749 года — мулла в Карышеве. В ответ на политику христианизации в 1755 году обратился к мусульманам с призывом поднять восстание. Восстание, вошедшее в историю как «Восстание Батырши», было подавлено, и в 1758 году Габдулла Галиев был заключен в Шлиссельбургскую крепость. В 1772 году он совершил нападение на охранников забытым в камере топором, убил четверых, и погиб сам.

Доктор исторических наук Файзулхак Ислаев: «Батырша родился в татарской деревне Карыш в семье муллы Туктаргали абый. В середине XVIII века здесь насчитывалось 35 домов, 144 мужчины. Деревня Карыш относилась к Оренбургской губернии Уфимского уезда Сибирской дороги… Его корни принадлежат татарам. По происхождению — из мишарей, его отец переехал из Нижегородской области, к сожалению, не известно, откуда именно».

«…Как и судьба участников восстания, судьба членов семьи Батырши сложилась трагически. О смерти сына Тазетдина мы уже упоминали. Зульхабира Хасанова вместе с дочерями были перевезены в Санкт-Петербург. Младшая дочь Салиха скончалась от болезни в 1759 году. К тому времени Салиха уже была крещеной, ее звали Натальей; после крещения Зульхабиру «превратили» в Марию Александровну, а Зулейху — в Веру, и в 1763 году их отправили в женский монастырь. Больше информации о них нет». (Сборник «Восстание под предводительством Батырши и общественно-культурная ситуация в татарском обществе в XVIII веке»).

Фаузия Байрамова: «В истории нет фактов принудительного крещения этнических башкир, даже если об этом упоминается, то речь идет о крещении «сословных башкир», то есть те татары, кто под именем башкир имел право владеть землей. Поэтому у башкир нет «крещеных башкир». Политика принудительного крещения в России была направлена против ислама, и против татар, проповедующих исламскую религию» (Сборник «Восстание под предводительством Батырши и общественно-культурная ситуация в татарском обществе в XVIII веке»).

Доктор юридических наук, профессор, общественный деятель, башкирский историк Рафаэль Зиннуров: «Как раз в этот период и «объявился» среди башкир новый лидер — ахун Абдулла Алеев (полное имя Губейдулла Магзялетдин Галеев), прозванный народом позднее «Батырша» и под этим же вошедший в историю. Именно в силу названных выше причин он, небашкир по происхождению, башкирами охотно был признан своим лидером, хотя, напомним еще раз, вопиющих религиозных притеснений в Башкирии, как, к примеру в соседнем Поволжье, в этот период не было. («Башкирские восстания и индейские войны». Уфа, 2001).

Ахмет-Заки Валиди: «Будучи сам мишарем, Батырша основные надежды возлагал на мишарей и татар. Казань он знал как место, где много мусульман, и успех он связывал с их помощью». (Заки Валиди Тоган. «История башкир. История тюрков и татар. Уфа. 1994).

Увековечение имени:

В Башкортостане

В селе Старобалтачево в Башкортостане есть Музей просветителя XVIII века Габдуллы Галиева (Батырши). Муниципальное учреждение открыто решением главы Балтачевского района в 1990 году. Сотрудники музея организовывают экспедиции в места, связанные с именем Батырши, изучают архивы. В 2001 году власти района выделили землю под строительство нового здания музея рядом с соборной мечетью. Экспозиция нового музея была составлена с помощью Национального музея Башкортостана. Новый музей Батырши был открыт 30 августа 2003 года. Его директор — потомок рода Батырши Рафис Шайхайдаров.

По официальным данным музея, в год его посещает 6,5 тыс. посетителей.

Школа села Карышево, где родился Батырша, носит его имя.

В Татарстане

В 2005 году Институт истории им. Ш. Марджани провел научно-практическую конференцию «Восстание под предводительством Батырши и общественно-культурная ситуация в татарском обществе в XVIII веке».

У Фаузии Байрамовой есть роман «Батыршаһ», посвященный Батырше.

В одной из статей башкирского ученого, кандидата философских наук Азата Бердина есть мнение: «Ахун Батырша, пугачевцы Канзафар Усаев и Бахтияр Канкаев — любимые башкирами исключения из мещерякских правил». («К вопросу о терминологии социальной адаптации башкирских элит XVIII века»).

Ученик Батырши — Канзафар Усаев проводил в последний путь Салавата Юлаева и Юлая Азналина

Канзафар Усаев

Информацию об одном из сподвижников Пугачевского движения Канзафаре Усаеве мы взяли из статьи директора Дома-музея Батырши, имама-хатыпа Рафиса Шайхайдарова.

«На переднем фланге Пугачевского движения стояли и выпускники медресе, где работал Батырша. Атаман полка Канзафар Усаев родился в 1738 году в деревне Чекмагуш Уфимского уезда, известно, что хорошо учился в медресе. Когда восстание в 1755 году было подавлено, в 1757 году перебрался в село Бузовьязы Кармаскалинского района. Сначала Канзафар состоял там муллой, затем был назначен сотником, хорошо знал русский и тюркские языки. 5 июня 1774 года Пугачев повысил Канзафара до звания бригадира. После Канзафар примкнул к его движению, участвовал при взятии города Красноуфимск и села Уса. 23 июня при переправе через реку Кама Пугачев оставил для продолжения боя Канзафара, Салавата и еще четырех полковников. 4 августа Канзафар был арестован карателями. 10 января Усаев был доставлен на Болотную площадь в Москве, где он стал свидетелем казни Пугачева. 31 января 1775 года Усаева доставили на каторгу в Балтийский Порт Рогервик (ныне — Палдиски, Эстония). В ноябре к нему присоединились Салават Юлаев и Юлай Азналин. Трое мусульман, поддерживая друг друга, в течение 25 лет, терпели тяготы каторги.

Между 1797–1800 годами умер Юлай, 26 сентября 1800 года скончался Салават. Ученик Батырши — Канзафар Усаев проводил в последний путь Салавата Юлаева и Юлая Азналина. А сам Канзафар умер самым последним — 10 июня 1804 года».

В Башкортостане

В 2015 году в селе Бузовьязы Кармаскалинского района Башкортостана был установлен памятник Канзафару Усаеву — сподвижнику Емельяна Пугачева.

Информация из Википедии:

Бузовьязы — татарское (мишарское) село в Кармаскалинском районе Башкортостана. Село основали мишари из деревни Мрясово (ныне — Старомрясово Давлекановского района).

На торжественное открытие памятника Канзафару Усаеву приехал его потомок, известный продюсер Радмир Усаев. «Канзафар Усаев приходится мне прадедом по отцовской линии. Шежере составлял отец, я уже восьмое поколение. Во время торжества у меня в душе было возвышенное состояние. Я с детства знал о нашем родстве. Приятно, что теперь моего предка увековечили в памятнике, что в республике помнят не только Салавата Юлаева, но и его не менее легендарных сподвижников», — рассказал он «Башинформу».

К слову, у Радмира Усаева есть дети — Родион, Мирабэлла и Ариэлла.

В Татарстане для увековечения имени Канзафара Усаева ничего не сделано.

Кто он, Бахтияр Канкаев, герой легенд?

Бахтияр Канкаев — сподвижник Е. И. Пугачева, старший полковник его армии. Примкнул к Пугачевскому движению в декабре 1773 года. На протяжении войны Канкаев действовал в Кунгурском, Уфимском и Казанском уездах, активно занимался мобилизацией людей, участвовал в осаде Казани. В 1774 году отряд Канкаева потерпел поражение под Рыбной Слободой, его дальнейшая судьба неизвестна.

В официальных источниках указано, что Бахтияр Канкаев проживал в деревне Ока Кущинской волости (ныне Мечетлинский район РБ) Сибирской дороги и принадлежал к субэтносу мишаров. Год рождения и сфера деятельности неизвестны. К Пугачевской армии примкнул в 1773 году.

Но в данном большом мишарском селе родословной Бахтияра Канкаева не обнаружено.

В Башкортостане имя этой личности не увековечено.

В Татарстане

Бахтияра, сына Канкая, в татарскую литературу и историю ввел писатель Туфан Миннуллин — он написал историческую драму «Канкай улы Бәхтияр», спектакль по его пьесе в театре Камала поставил режиссер Марсель Салимжанов.

Интересный факт: сразу в двух селах Татарстана Бахтияра Канкаева считают своим. Первые — село Старое Ибрайкино Аксубаевского района, вторые — село Татарское Танаево Зеленодольского района.

По версии ибрайкинцев, Бахтияр Канкаев — это внук основателя села Кульбаево-Мараса Ибрая Туктамышева, то есть сын его сына Кантимера Ибраева — Бахтияр Кантимеров. Семейство переехало в село Ибрайкино Чистопольского уезда в 1726 году, и Бахтияр Кантимеров родился именно здесь. «В источниках села Ока имя Бахтияра Канкаева встречается с 1765 года, вероятно, он переехал в эти края после ревизии 1762 года. Во многих источниках можно найти доказательство того, что в XVII–XVIII веках многие мишари бежали от принудительного крещения в Башкортостан, на Урал», — пишет в 2013 году ученица Староибрайкинской школы Эльвира Хайруллина.

«Как нам известно, когда 26–27 июля 1774 года отряд Б. Канкаева потерпел поражение вблизи сел Старые и Новые Зюри, он убежал вместе с оставшейся частью своего отряда. Как рассказывали жители села, известно, что после этого Б. Канкаев прятался в деревне Сульче-Баш, в верховье реки Сульча, в лесу, в 18 километрах от Ибрайкина. Местные жители поговаривали, что он жил там с одной вдовой, и когда правительство пообещало большие деньги за информацию о местонахождении Канкаева, эта вдова хотела сообщить о нем», — пишет она.

Согласно второй версии, после поражения Бахтияр под именем Башира жил в селе Татарское Танаево ныне Зеленодольского района.

Сельчане называют Бахтияра Канкаева выходцем своего села. Говорят, якобы отец Бахтияра, будучи совсем молодым, ушел на Урал и, стало быть, обосновался в Башкортостане. Якобы Бахтияра в село привел Шайхулла бай. Потому что в годы Пугачевского восстания владелец пристани в Казани Шайхулла бай попал в руки к восставшим. Чтобы спасти мусульманина из рук русских, Бахтияр помог Шайхулле баю бежать. Когда восстание было подавлено, Шайхулла бай и Бахтияр встретились вновь. Шайхулла бай привел Бахтияра в Танаево пастухом. В деревне его воспринимали не кем иначе, как наемным пастухом, потому что никто не узнавал в нем сподвижника самого Пугачева. Он изменил свое имя — назвался Баширом.

«Смерть пришла к Бахтияру совсем неожиданно — когда он вместе с сыном укладывал сено, упал со стога и сломал позвоночник. После случившегося Бахтияр-Башир уже не смог оправиться и покинул этот мир. Перед смертью, когда ему читали суру Ясин, он попросил читать не Баширу, а Бахтияру. «Я — сын Канкая, Бахтияр, воевал за свободу веры своего народа, никому не причинил зла», — с такими словами он ушел», — рассказывает учитель истории сельской школы Фарит Мирхатуллин.

Историк, писатель Вахит Имамов считает все это не более чем легендой. По его словам, подобные легенды можно услышать в еще нескольких селах Татарстана. Появление таких легенд говорит о том, что татарский народ считает Бахтияра, сына Канкая, своим сыном.

«Черный генерал» Даян Мурзин

Даян Мурзин — легендарная личность, герой Великой Отечественной войны, почетный гражданин 16 городов Чехии и Словакии. Его звали «черным генералом». Он считался личным врагом Гитлера, тому, кто его принесет, фашисты обещали два миллиона рейхсмарок.

Даян Мурзин родился в 1921 году в деревне Старые Балыклы Уфимской губернии (ныне Бакалинский район, Башкортостан). На фронте с 22 июня 1941 года. С августа 1942 по август 1943 года действовал в качестве агента в 1-й штабной роте Туркестанского легиона. В 1943 году на подпольной работе в Донбассе в городе Сталино. В результате его работы несколько подразделений Туркестанского легиона и легиона «Идель-Урал» перешли на сторону Красной Армии. В декабре 1943 года с группой разведчиков в Молдавии организовал партизанский отряд имени В. М. Молотова; воевал на территории Винницкой и Одесской областей Украины, в Молдавии до апреля 1944 года. В 1944 году учился в Специальной школе разведчиков партизанского движения Украины. В августе 1944 года в составе группы словацко-чешских разведчиков заброшен в Словакию для организации партизанского движения. Здесь являлся начальником штаба партизанского отряда, затем командиром интернациональной партизанской бригады имени Яна Жижки (был известен под прозвищем Черный Генерал). Воевал на территории Моравии и Чехии вплоть до 9 мая 1945 года. В составе бригады были русские, чехи, итальянцы, румыны, венгры, поляки, французы. 700 партизан под предводительством Даяна Мурзина не давали покоя фашистам. Они уничтожили более четырех тысяч фашистов, взорвали 19 мостов, в Моравии захватили аэродром с 18 самолетами. В 1945 году партизаны взяли в плен командира танковой дивизии вермахта, генерал-лейтенанта Дитриха фон Мюллера.

Даян Мурзин был удостоен 86 орденов и медалей. Наград других стран еще больше.

После войны Даян Мурзин работал в отделе народного образования Бакалинского района Башкирской АССР, затем долгие годы служил юристом. После выхода на пенсию состоял в президиуме Совета ветеранов войны, труда, вооруженных сил и правоохранительных органов Республики Башкортостан, занимался общественной деятельностью, был активистом ветеранского движения. В 1999 году ему присвоено звание «Почетный гражданин Уфы».

Даян Мурзин скончался 10 февраля 2012 года в Уфе. В селе Бакалы Бакалинского района есть улица, носящая его имя.

Башкирские источники пишут, что Даян Мурзин — татарин. В автобиографии он написал: «…девятнадцать лет от роду, по национальности татарин, младший политрук, бился с врагом честно и в свой последний час очень жалею, что позволил проткнуть себя во время штыковой атаки».

О Мурзине было известно больше в других странах. В городе Злин в Чехии вплоть до 90-х годов была улица Мурзина. В Великобритании вышла книга Джона Хауланда о Мурзине. В книге автор сравнил его с Джеймсом Бондом. На телеканале «Россия» был показан документальный фильм о «черном генерале». Документальные фильмы сняты также в Англии, Чехим, Германии.

Почетный гражданин Уфы. В 2005 году в Уфе издана книга Даяна Мурзина «Фронт в тылу врага».

В Татарстане имя Даяна Мурзина не увековечено.

Ангам Атнабаев — истинный татарин башкирской земли

Ангам Атнабаев — народный поэт Башкортостана. Родился в деревне Старый Курдым Татышлинского района Башкортостана. Здесь также родились главный режиссер Уфимского татарского театра «Нур» Байрас Ибрагимов, ныне покойный артист Альметьевского театра, погибший в этом году в ДТП Ильшат Агиев.

Из рассказа народного поэта Башкортостана Марата Каримова радио «Азатлык»: «Я родился в единственной татарской деревне Зианчуринского района, где преимущественно живут башкиры. Сызмальства общался на башкирском, поэтому хорошо знаю оба языка. Атнабай родом из Татышлинского района, где проживает много татар. Татышлинский, Янаульский районы близки к Казани. Я объясняю близость Атнабая к татарам и влиянием Казани. Правда, в его паспорте написано «башкир», а у меня — «татарин». Не оставляя причин для спора о своей национальности, в стихотворении «Менә шулай!» он написал:

..Хатыным да оныклары белән

Сука сөрә урыс телендә…

Менә шулай яшәп яткан булам

Мин — чи татар башкорт илендә».

Итог

Все эти люди — татары, не потерявшие свое национальное самоопределение. Эти личности дороги как татарам, так и башкирскому народу. В Башкортостане есть их музеи, памятники, их именами названы улицы, почетные звания.

Всего два героя из вышеперечисленных увековечены в татарской литературе — Туфан Миннуллин написал драму «Канкай улы Бәхтияр», а Марсель Салимжанов поставил по ней спектакль. Есть роман Фаузии Байрамовой «Баһадиршаһ». Конечно, отчасти восстание Пугачева изучил писатель-историк Вахит Имамов. Кажется, что каждый из героев достоин стать прототипом своего романа.

Для себя делаю крайне невеселое открытие: имя Ангама Атнабаева не включено в биобиблиографический справочник «Әдипләребез» («Наши писатели»), изданный в Татарском книжном издательстве в 2009 году. Начиная от Кул Гали, включая Ильяса Кудашева-Ашказарского, и даже есть там Шайхзада Бабич. Но Атнабая там нет. Более того, Атнабая нет и в каталоге писателей на официальном сайте Союза писателей Татарстана.

Самый верный способ популяризации этих личностей среди татар — это литература. Так, как Туфан Миннуллин написал Бахтияра, сына Канкая, Фаузия Байрамова изучала судьбу Батырши, почему бы нашим писателям не сделать каждого из них героями своих книг? Почему бы не учредить литературные гранты? Когда Союзом писателей Татарстана руководил Рафис Курбан, были учреждены подобные гранты, и появились исторические романы о Сахипжамале Гиззатуллиной-Волжской и Таджетдине Ялчыгуле. Еще три романа ожидают своего выхода, их пишут Ркаиль Зайдулла, Галимжан Гильманов и Ляис Зулькарнай.

Кто должен сделать из Даяна Мурзина героя покруче Джеймса Бонда, как не татарский писатель? Кто должен открыть татарскому миру Канзафара Усаева? И кто должен рассказать читателям, если татарские писатели сами же отстранили Ангама Атнабая?