Александр Васильев в Казани: «В моде унисекс, ведь цель мирового правительства – миллиард населения»

Выездная школа историка моды и ведущего ТВ-шоу «Модный приговор» Александра Васильева прошла в Казани.

Помимо Национального музея РТ, музеев Горького и Шаляпина, ИЗО РТ и усадьбы Боратынского слушательницы курса побывали с Васильевым в Международном институте антиквариата, где собрана частная коллекция миллиардера, выходца из Казани Алексея Семина. Что обсуждали — в нашем материале.

Почему рваные джинсы?

Мода — зеркало истории, не устает повторять Александр Васильев. Смену стилей диктует изменение вкусов. Однако самым неожиданным его тезисом, высказанным за чашкой чая, стало объяснение популярности стиля унисекс.

«В наши дни в моде унисекс, потому что цель мира — сократить рождаемость для того, чтобы женщина выглядела непривлекательно для мужчины, а мужчина в платье или в юбке выглядел непривлекательно для женщины. А еще поверху надеть масочку — точно целоваться не будут. Это цель мирового правительства — чтобы нас остался только один миллиард вместо четырех (сейчас на планете проживает более 6 млрд человек. — Ред.). Напротив сидит симпатичная девушка? А я не знаю, симпатичная она или нет, потому что половина ее лица, как в мусульманской религии — в исламе, закрыта маской, причем маской обычной, ничем не отличающейся. Может, она прелесть там, а может, другая… Я не знаю, поэтому я и рисковать не буду, просто скажу: была девушка», — обратил внимание историк моды.

Современная мода, по его мнению, даже слишком демократична. Еще в 90-е стиль гранж породил рваные джинсы. Это результат того, пояснил Александр Васильев, что нищета и бедность были возведены в культ.

«И сейчас она тоже такая: чем беднее, тем богаче», — констатировал Васильев.

Кому завещан антиквариат?

Около 6 тысяч единиц западно-европейского искусства XVII–XIX веков — коллекция Международного института антиквариата. Ее собрал миллиардер, выходец из Казани Алексей Семин, скупая на аукционах в Европе, чаще во Франции, подпорченные временем и бытом предметы старины.

«Как у меня дома — просто узнаю брата Васю!» — начал с шутки осмотр антикварной коллекции Александр Васильев, уже на пятой минуте знакомства с ней пообещав помочь в атрибуции одного из полотен.

Особый интерес, заранее знали сотрудники института антиквариата, для историка моды представляет эпоха ампир. Специально для него в отдельном зале подготовили тематическую экспозицию — с предметами мебели того периода, произведениями живописи и историческими документами — хозяйственными счетами 1828 года на покрасочные и столярные работы.

Судья «Модного приговора» особо отметил работу реставраторов Международного института антиквариата, назвав гением присутствовавшего художника-реставратора Андрея Сульдина. Мастер рассказал о нюансах реставрации некоторых экспонируемых шедевров.

Столичный гость констатировал, что пандемия принесла огромный урон антикварной торговле. Сейчас она находится, по его оценкам, «в стадии самого ужасного увядания». К тому же новое поколение, родившееся в конце ХХ века, «к старине не приучено».

«Оно предпочитает Икею, и по размеру мы настолько на ГМО подросли, что к этим стульям, креслам современный мужчина уже больше не имеет никакого отношения. Поэтому это осталось больше всего увлечением женщин, которые меньше мужчин ростом, и им кажется, что ей удобно вот такой комодик. Мужчина, который сейчас метр 85 и метр 98, скажет: „Это для моего ребенка“. Мы сильно выросли — и эта мебель оказалась неудобна для тяжелых современных компьютеров, для телефонов, для кроссовок, для шнуров», — сказал Александр Васильев.

Он расспросил о национальности владельца коллекции (отметив, что инкрустация покупаемой им мебели напоминает хохлому), семейном положении (отпустив шутку, что хорошее дело браком не назовут) и перспективах частного музея, смутив сотрудников вопросом:

Каково завещание вашего хозяина?

— Он планирует долго жить, — после короткого замешательства ответили сотрудники, пояснив, что главная цель — создание исторических имиджевых интерьеров в особняках, которые реставрирует компания коллекционера ASG.

«Симпатичная и стоящая коллекция. И в любой коллекции сразу видно страсть коллекционера. Он любит такие бронзовые часы, он любит инкрустацию под вид хохломы, он любит рококо, он любит обнаженку», — дал первичную характеристику вкусу владельца Васильев.

Франция переехала в Казань

Предметы в экспозиции в отличие от классического музея можно потрогать, открыть, присесть в антикварное кресло и т. д. Но выставлены и оформлены лишь около двухсот экспонатов. Значительно большая часть находится в хранилище. Зайдя в полуосвещенное, заполненное теплым воздухом помещение, Александр Васильев пришел в еще больший восторг.

— Ой, как красиво! Какой красивый склад! И какой запах — мой любимый! И какая дверь прекрасная романского стиля, испанская, да? — сыпал комплиментами и вопросами историк моды, едва войдя в хранилище.

«На всякий случай: авось пригодится», — охарактеризовал тактику скупки Семиным антиквариата Александр Васильев. Отреставрировать все собранное, по его мнению, — невыполнимая задача.

«Он делает благороднейшее дело! И то, что он перевез сюда такую часть материальной культуры чуждой ему страны — Франции, — это тоже плюс. Для Франции это — урон. Для Франции это — ощутимый урон. Но я ему советую начать продавать, и именно эти фонды, потому что есть вещи, которые ему никогда не пригодятся, — как это паникадило. Вот ни в одном проекте оно ему будет не нужно. Поставьте и купят в церковь», — порекомендовал Васильев.

Для одного человека такое количество антикварных вещей, нуждающихся в реставрации, — необрабатываемый материал, отметил он. Чтобы уникальная мебель, которая стала уже больше предметами искусства, не пострадала от шашеля (древесного жука), необходима или собственная реставрационная мастерская с большим числом мастеров, или продажа половины собранного фонда через аукционы.

«Скажите мой восторг и скажите мои опасения о том, что он (Алексей Семин. — Ред.) взялся за гуж, который может оказаться слишком тяжел для человека в 50 лет (Алексей Семин 1967 года рождения. — Ред.) в стране с нестабильной экономикой. Я не представляю, сколько лет, десятилетий, будет это реставрироваться. А это десятилетия, а жизнь человеческая конечна. Я понимаю, что он молод, и ему только какие-то 50 лет, хозяину. Но не руби с плеча. Так и скажите. Это для музеев, в которых работает две тысячи человек, как Эрмитаж, — тоже необрабатываемый материал. Но это слишком. Передайте ему мои комплименты, зависть размеру помещения и сочувствие количеству вещей. Я знаю, что это такое — сохранить», — сказал Александр Васильев, предложив начать с одного-двух французских кресел для продажи в Москву и Петербург.

Он констатировал, что сейчас на парижских аукционах старину продают за бесценок. Например, роскошные комоды можно приобрести за 1000 евро. По мнению Васильева, цены на антиквариат будут снижаться все больше и больше, потому что главные покупатели сейчас — мусульмане. А они, особенно ортодоксальные представители из Саудовской Аравии и Арабских Эмиратов, не любят старинные европейские вещи.

«Они считают: неверный прикасался, нам не подойдет. Они предпочитают копию этого. Заказывают в Италии, в Китае, во Вьетнаме точную копию, но без того, чтобы неверный к ним прикасался. Это будет большая драма будущего: куча дешевого антиквариата. Но вместе с тем возрастают цены на золото (в слитках очень выросло), на хорошие бриллианты и, как ни странно, очень подскочило на старинные костюмы. Сейчас [мне] только в 100 тысяч евро можно уложиться. Это огромные деньги, которые надо иметь в кармане, для того, чтобы ими пошвыряться. Поэтому нас ждут непростые времена Продать это будет все очень трудно, а вот подарить в музей, сделать музей своего имени на гососнове — да, безусловно», — сказал Васильев.

Для себя историк моды, впрочем, в коллекции Алексея Семина ничего не присмотрел. Говорит, слишком «крупногабаритно, замково», а московская квартира и без того переполнена старинной русской мебелью.

К концу двухчасовой экскурсии ведущий «Модного приговора» к портрету казанского коллекционера Алексея Семина добавились новые штрихи.

«Этот уважаемый коллекционер воспитан в эстетике замка. Все, что здесь собрано, по интерьеру напоминает не квартиру, не буржуазный дом, а именно замок. Большие полотна, часто аллегорические, часто нам по культуре не очень близкие, мебель достаточно вальяжная, много бронзы, позолоты, много часов. И это прекрасно! Я верю в переселение душ. Здесь яркий пример человека, который переродился из какого-то персонажа XVII века. Это все ему родное. Старая душа. Был ли он человек, который владел замком? Почему ему хочется себя окружить именно XVII веком, ни каким-то другим — не Серебряным веком, не Пушкинской эпохой? Ему очень нравятся мифологические сюжеты», — порассуждал Александр Васильев.

Международный институт антиквариата, помимо бюджетных музеев и раскрученных туристических мест Казани, выездная школа Александра Васильева посетила целенаправленно и по рекомендации. О существовании в столице Татарстана такой частной коллекции шедевров еще совсем недавно ни слушательницы школы, ни сам Васильев не знали.

«Я думаю, что есть еще в России такие тайные коллекционеры. Этот открытый, музей держит, а, наверняка, есть такие, которые и не показывают. Это не общероссийско известный музей — не хватает рекламы, хотя он очень достоин. Но жалко Францию! Жалко Францию… Бедная побранная Франция! Легко расстались во Франции с таким количеством [антиквариата]. Французы из Египта вывозили [древнеегипетские ценности] и то не в таком масштабе. Этот сильно „грабанул“. Это, знаете, похоже на немецкие трофеи из Берлина — не грузовиками, а вагонами, потому что здесь очень много», – резюмировал Васильев.

Принимает посетителей Международный институт антиквариата с частной коллекцией картин, старинной мебели, часов и посуды периода XVII–XIX века без платы за вход, однако по предварительной записи. Здесь можно увидеть работы живописцев, не представленных больше нигде в России или, например, комод с императорскими вензелями, выполненный по заказу двора Петра I. Особенность собрания — экспонируемые предметы можно трогать, открывать, сидеть на них. В потенциальных планах Международного института антиквариата — переехать и расширить экспозицию в отреставрированном инвестиционной компанией ASG Алексея Семина здании на Карла Маркса.