«Мечети должны призывать»: имамы России рассказали, как сохраняют татарский язык в регионах

Преобладание русского языка в татарских мечетях, невозможность получения грантов, разногласия между религиозными и культурными организациями татар – такие проблемы озвучили имамы на одной из дискуссионных площадок XI Всероссийского форума татарских религиозных деятелей в Казани.

Участниками дискуссии стали имамы и руководители татарских национально-культурных организаций Самарской, Кировской, Оренбургской областей, Башкортостана, Мордовии, Удмуртии и других регионов. Председатель ДУМ Самарской области Талип хазрат Яруллин рассказал, что служба в мечетях региона ведется на татарском и русском языках и нередко приходится слышать, что татарский язык в мечети не нужен.

«Раньше вагазы (проповеди. – Ред.) мы читали только на татарском языке. Сейчас же некоторые жалуются, что не понимают татарский, как правило, это представители других национальностей. Теперь мы уже стали дублировать проповеди и на русском языке. 

У нас есть татарская общеобразовательная школа «Яктылык». Многие стараются отдать ребенка в эту школу. Там и хиджаб разрешен, а в других школах девочкам нельзя приходить в религиозной одежде.

Кроме того, еще в одном микрорайоне в школе в качестве дополнительного образования открыли татарский класс. Там тоже есть желающие обучаться. Возможно, получится расшириться. Если есть желающие изучать язык, можно в каждом городе создать возможность обучения татарскому языку. Нельзя останавливаться на том, что уже сделано. Нужны люди, которым это интересно, кто хочет создавать такие места.

У нас в области большинство имамов в мечетях татары. И в городах стараемся избирать имамами татар.

А что касается путей сохранения языка – во-первых, нужно говорить на нем дома. Если дома не разговаривают на этом языке, наивно надеяться, что ребенок где-то будет слышать татарскую речь и научится говорить», – рассказал муфтий Самарской области Талип хазрат Яруллин.

Имам-хатиб уфимской мечети «Ихлас» Альфред хазрат Давлетшин коснулся проблемы государственной поддержки религиозных организаций. Претендовать на гранты могут только национально-культурные объединения, а мечети – нет, хотя тоже вносят большой вклад в дело сохранения языка, отметил хазрат.

«У нас сейчас главный вопрос в том, чтобы сохранить родной язык в национальных организациях в целом. С каждым годом в мечетях в регионах татарского языка становится все меньше, его уже практически нет на пятничных проповедях. Допустим, если в Уфе сегодня около 25 мечетей, можно сказать, только в мечети «Ихлас» пятничные вагазы идут полностью на родном языке. Говорим «на родном языке», потому что татарские имамы читают на татарском, башкирские – на башкирском. Сегодня наш родной язык все больше отдаляется от уфимских мечетей. Не только в Уфе, даже в районах с татарским, башкирским населением пятничные вагазы, обучение стало переходить на русский язык.

Все зависит от среды. Если в школе, семье нет языка, одна лишь мечеть язык не может сохранить. Конечно, Духовное управление мусульман Татарстана является примером. Если будет указание, чтобы пятничные вагазы читали только на татарском языке...

Я сам 6-7 лет учился в Казанском исламском институте. Когда вводили обязательный татарский, конечно, многие были против, но спустя примерно два года молодые студенты поняли, что вагазы на татарском языке нужны.

В Республике Татарстан есть разные государственные программы по сохранению языка. По этим программам национальные организации могут подавать на гранты. Но по положению гранты не могут быть предоставлены религиозным организациям. Мы говорим, что сохранили в мечетях язык, нашу аутентичность, национальную идентичность, но на государственную поддержку в осуществлении такой деятельности мы рассчитывать не можем. Было бы хорошо, если бы была такая возможность», – сказал руководитель мусульманской религиозной организации «Ихлас» Кировского района города Уфы Альфред хазрат Давлетшин.

Заместитель муфтия Мордовии Ибрагим хазрат Асаинов в своем выступлении отметил: язык сохраняется там, где сильна религия.

«Нам необходимо найти способы донести до детей наш язык, традиции, наши национальные костюмы, кухню. Методик много, а на практике многие вещи мы не в состоянии сделать. Есть много причин исчезновения нашего языка. Первая – в нас самих. Многие считают, что татарский им вообще не нужен, что толку от него, пусть ребенок изучает только русский. Сегодня татарскому дается лишь один час в неделю – наверное, поэтому наши дети отходят от него.

Еще одна причина – наши люди отдаляются от религии. Таким образом, отдаляются и от своего рода, наследия, традиций. На сегодняшний день в тех деревнях, где сильна религия, жители говорят на татарском языке.

Есть проблема смешанных браков. Дети в таких семьях зачастую не знают татарского языка. Когда появляется ребенок, начинаются проблемы. Какое ему имя дать, проводить ли обряд по мусульманскому обычаю. Проблема языка остается далеко второстепенной.

Что касается нашей деятельности, то мы в центральной мечети и в деревнях хутбы читаем на татарском. Летом организуем лагеря для детей, проводим соревнования. На собраниях говорим только на татарском языке. Сами совершенствуем язык, читаем книги на родном языке.

Считаю, что для решения проблемы надо начинать с себя, детей», – завершил свое выступление Ибрагим хазрат.

Еще один представитель Башкортостана в своем эмоциональном выступлении обозначил проблему низкого уровня образования имамов.

«Говорят, люди отдаляются от религии. Надо признать, что у этого есть конкретная причина. Сегодня образованных хазратов в наших мечетях – по пальцам пересчитать. Имаму со знаниями не дают работать в мечети. А некомпетентные имамы цепляются за свои места. Поэтому люди и не ходят в мечети. Сколько у нас образованных хазратов, преподавательниц ислама не могут найти применение своим знаниям», – сказал хазрат.

Имам-мухтасиб мечети города Тольятти Ислам хазрат Гумеров отметил, что 21 год в этой должности. 

«Я гордился, что в нашей мечети много татар и седовласых старцев. За двадцать лет мы сделали многое для языка, традиций, истории татарского народа. Сегодня я руководитель мусульманской общины и одновременно Татарского национально-культурного центра. Добиться результатов мы можем только при совместной деятельности национальных и религиозных организаций. Нам надо быть едиными.

Сегодня во многих регионах мусульманские общины и татарские центры не дружат и не могут уступить друг другу, потому что одни далеки от религии, другие религиозны. Когда имамы и мухтасибы руководят еще и татарскими общественными организациями, или участвуют в их работе, то мы приносим большую пользу своему татарскому народу. Приведу пример: мы проводим разные кружки, вечера. Маленькие дети разучивают стихи, мунаджаты. Через музыку мы их научили говорить на татарском. Если не заинтересовывать детей такими мероприятиями, татарский язык забудется.

Мы, имамы, на имянаречении или на никахе должны донести до родителей, молодожен, что детей надо воспитывать в татарской среде», – сказал Ислам хазрат.

Имам-мухтасиб села Алабайтал Оренбурской области Караматулла Абубакиров рассказал, как с возвращением к традициям ислама в село вернулся татарский язык.

«Десять лет назад после окончания медресе меня направили работать в мечеть села Алабайтал. У нас два местных фермера, они оба поддерживают родной язык. До этого татарский язык в сельской школе был лишь факультативом, сейчас мы добились того, чтобы уроки татарского были и в начальных классах.

Когда приехал в Алабайтал, у первого встречного спросил на татарском: “Как найти Хусаина абый?” (это один из фермеров). Этот человек ответил: “Я по-татарски не понимаю”. А сейчас в селе любой тебе ответит на татарском. Дети обязательно поздороваются: “Ассаляме-алейкум”. С ребенком с младенчества надо говорить на татарском. К сожалению, не каждый родитель на это способен», – отметил хазрат.

Муфтий Кировской области Зуфар хазрат Галиуллин ответственность за сохранение языка в семье возлагает на женщину. Но для этого ее надо освободить от работы, она должна посвящать себя семье, считает хазрат. 

«Надо хорошо понимать одну вещь – язык не может быть целью. Он может быть инструментом для достижения цели. Если нет цели, язык развивать не получится. Мы говорим о языке, но совсем не говорим о народе. Одним лишь сохранением языка развивать нацию нельзя, нация она и язык, и история, и литература.

Я учился в Казани в татарской школе. Родители приобщили меня к Тукаю, я был полностью погружен в национальную культуру. Язык выучить можно, но стихи Габдуллы Тукая, историю дают только в школе. Без школ, детских садов язык не развивается. Мы росли в деревнях, поэтому татарский знаем. Я мучаюсь с внуками, потому что садика нет. Говорим, сохранение языка идет из семьи. Разве я не стараюсь? Весь день стараюсь обучать их – не получается, потому что язык у ребенка формируется в детском саду и это русский язык. Так что в этом случае роль матери велика, поэтому женщина не должна работать, главная ее задача – воспитание детей.

Хочется сказать о некоторых имамах, которые то и дело утверждают: “В религии нет языка”. Всевышний Аллах говорит: “Я создал вас народами и племенами”. Это наш удел, наша судьба. Что, кто-то недоволен предопределением от Всевышнего? Это значит предать аманат, то, что передано нам на хранение. Язык дал нам Аллах как дар, который мы должны сохранить и передать новым поколениям. Поэтому надо стараться, чтобы наш язык не исчез. Задача мечетей и медресе не обучать языку, а призывать людей изучать его. Надо в этом деле быть сподвижниками государства», – призвал Зуфар хазрат Галиуллин.