«Не забудем его доброту»: Родные и коллеги об умершем от коронавируса враче Муслюмовской больницы

На сайте, созданном в память о медицинских работниках, погибших от коронавируса, появилось еще одно имя. Это врач-педиатр Муслюмовской районной больницы, неонатолог Нассер Гассан Назим. Корреспондент ИА «Татар-информ» пообщался с его близкими, знакомыми и коллегами.

Когда начинаешь писать о незнакомом человеке, первым делом перед глазами портрет героя предстает по краткой информации о нем. После общения с его родными и близкими этот портрет обрастает новыми деталями и оттенками. Потом открывается внутренний мир этого человека. Гассан Нассер предстал передо мной добрым врачом, истинным семьянином. К кому бы я ни обратилась с просьбой рассказать о нем, никто не мог говорить о нем без слез. Комментарии, оставленные в социальных сетях, также доказывают: Гассан Нассер был настоящим профессионалом своего дела и человеком с большим сердцем.

«Не жалею ни об одной проведенной с ним минуте своей жизни»

Гассан Нассер выходец из Ливана. В Татарстан он приехал для того, чтобы получить образование в Казанском государственном медицинском университете. Во время учебы он встретил свою любовь – врача, как и он сам, девушку по имени Айгуль. Она родилась и выросла в селе Тойгильдино Муслюмовского района.

Айгуль Нассер, супруга погибшего:

«Мы с Гассаном учились вместе. В нашей группе учились трое юношей из Ливана. Это было в начале 90-х годов. От наших парней они отличались интеллигентностью и хорошим воспитанием, – вспоминает Айгуль Нассер. – Сначала мы с Гассаном просто дружили, но со временем между нами завязались более близкие отношения. И мои родители, и родители Гассана были против нашей любви, и тем более против нашего брака. Пусть простит нас Всевышний, но мы пошли против их воли и в 1997 году поженились. 24 июня 1998 года мы оба получили дипломы врача, а 27 июня родилась наша старшая дочь».

Получив диплом о высшем образовании, молодые специалисты три года жили в Казани, учились в ординатуре. После уехали в Ливан. Планировали остаться там. Но финансов не хватило, возникли трудности. Судьба распорядилась так, что семье пришлось вернуться на родину Айгуль – в Муслюмовский район. Врачи устроились на работу в Муслюмовскую ЦРБ. Родились еще трое детей.

Гассан был благовоспитанным человеком, придерживался ислама. Мне кажется, что ему было предначертано самой судьбой приехать в страну, где не соблюдают религию, и призывать людей к исламу. В этом была его миссия. Гассан и меня призвал в мечеть, научил читать намаз. На втором курсе университета я начала читать намаз.

Каким должен быть настоящий мужчина – Гассан был именно таков. Сейчас я понимаю, что за его плечами я прожила беззаботную жизнь. Понимаю, что сейчас я должна взять на себя всю ответственность. Он был нашим защитником, оберегал нас от всех невзгод. Он не боялся никакой работы. Любил заниматься огородом. Собираю сейчас малину в саду, а сама думаю о муже. В этом году ему не суждено попробовать сладкие ягоды. Он любил собирать садовые плоды. Сегодня девочки вспоминали, как он с утра загружал нас садовыми хлопотами. Сейчас его нет, все осталось на нас.

Мы с Гассаном вырастили двух дочерей и двух сыновей. Дети – моя опора. Старшая дочь пошла по нашим стопам: учится в Казанском государственном медицинском университете. Второй дочери 16 лет, сыновьям 8 и 6 лет.

Дома с детьми мы говорили на родном языке Гассана – на арабском. Дочери хорошо знают этот язык. Говорят именно на диалекте. Сыновья тоже хорошо понимают.

Мальчишки скучают по отцу, иногда плачут. Еще совсем маленькие. Вечером читаем вместе намаз, это их успокаивает. Младшего отец всегда дразнил, говорил: “Ты мой маленький Гассан”. Очень похож на отца. Мы говорим ему, что остался вместо отца. Девочки стали серьезнее. До этого нам не приходилось испытывать такие горести. Незнакомые чувства, неизведанная боль. Наше отношение к жизни изменилось полностью», – говорит Айгуль ханум.

«Поначалу он лечился дома. Через пять дней ему стало хуже. В Челны я провожала его сама. Мы еще поговорили вечером во видеосвязи. Попрощались, он пожелал нам спокойной ночи. На следующий день не смогла с ним связаться. Мне сообщили, что он находится в реанимации. Когда его перевели в Казань, о самочувствии Гассана узнавали через знакомых. Я попросила знакомого реаниматолога взять Гассана за руку и сказать: “Тебя ждут жена и четверо детей, пожалуйста, выздоравливай!” Врач написал, что Гассан его услышал, понял и постарался открыть глаза.

Еще в Челнах мне сказали, чтобы я не надеялась услышать хорошие новости. Готовили заранее. Но надежда умирает последней, поэтому я думала, надеялась, что он выкарабкается. Но говорят, что наша судьба нам предначертана еще до нашего рождения.

В одном хадисе говорится, что умершие во время эпидемии люди попадают в рай как шахиды. Гассан часто вспоминал этот хадис. Поэтому я надеюсь, его душа спокойна. Прошу у Всевышнего, чтобы Он даровал ему вечную жизнь в раю.

Во время священного месяца Рамадан вместе с детьми читал таравих-намазы. Всю жизнь он не пропускал намазы, читал дуа. Постоянно наставлял нас.

Перед похоронами мужа привезли домой. Видели бы вы, каким светом он был озарен! Он улыбался. Увидев его счастливое лицо, мы как будто бы успокоились за его душу.

Родители Гассана уже умерли. В Казани на медицинском учится его племянник. Перед Рамаданом он уехал на свою родину. Все остальные родственники Гассана живут в Ливане. В прошлом году мы ездили к ним всей семьей. Как будто бы Гассан догадывался, готовился к своей кончине, он увиделся на родине со всеми родными и близкими. Мы очень хорошо провели время.

Друзья хотели похоронить Гассана в Казани. Но мы решили предать его земле здесь, чтобы сами могли ухаживать за его могилой. Мое место тоже будет рядом с ним.

От судьбы не уйдешь. Мы с Гассаном прожили 23 года. Не жалею ни об одной проведенной с ним минуте своей жизни. Дети тоже будут гордиться, что у них был такой отец. Я рада этому».

«Пусть у вас дома всё будет хорошо – это его жизненная позиция»

Рамиль Мурзаханов, главный врач Муслюмовской ЦРБ:

«Гассан Назимович – профессиональный врач. Я не мастер красноречия, не умею рассказывать много и красиво. Я только расскажу о том, чему Гассан Назимович придавал особое значение. “Как дела у вас дома? Если дома все хорошо, это самое главное. Важнее семьи ничего быть не может”, – говорил нам всегда. Проблемы на работе, нехватка денег – это все было для него мелочи жизни. Мелкие трудности можно преодолеть. Пусть в семье все будут здоровы и счастливы – вот его жизненная позиция».

«Болезнь забрала мужчину в самом расцвете сил»

Резида Музипова, педиатр, коллега:

«Если перечислить все положительные человеческие качества, то все они окажутся о Гассане. Он был человечным, мудрым, смелым человеком. Умел успокоить, как психолог, давал мудрые советы. Если видел, что собеседника что-то беспокоит, он спрашивал: “В семье всё спокойно? Если в доме всё хорошо, остальное не так уж и важно”, – любил он повторять. Меня всегда удивляла мудрость этого человека, хотя он был еще таким молодым.

Перед глазами стоит улыбка Гассана. Не могу поверить, что его больше нет. Была мысль, что такого человека Аллах не заберет от нас. Он был ливанцем, и его взгляды на жизнь отличались от наших, он был очень крепок духом. И мы надеялись, что он обязательно победит эту болезнь.

Поначалу мы не очень серьезно отнеслись к новому вирусу. Думаем, авось пронесет, не заболеем или заболеем только в легкой форме. Может быть, он думал так же. Болезнь забрала у нас мужчину в самом расцвете сил.

У Гассана весной, в период цветения деревьев, всегда обострялась аллергия. Все же наш климат и природа были для него неродными. Каждый апрель у него было обострение аллергии. А сейчас лето. Поэтому резкое ухудшение состояния никак не могу связать с аллергическими процессами в его организме.

Невозможно встретить другого такого человека – ответственного, истинного семьянина. Они с Айгуль были невероятно красивой парой. Дети похожи на родителей, такие же благовоспитанные, умные.

Как-то раз он пригласил коллег домой на день рождения. Там – спокойствие, положительная атмосфера. Какая чистота и порядок царили в его душе и жизни – так же было и в доме Нассера.

Гассан умел вести за собой. Он с теплотой и легко умел рассказывать о смысле жизни, о том, какой должна быть правильная жизнь. На школьных мероприятиях, в детских лагерях рассказывал о здоровом образе жизни, и главное – делал это с удовольствием».

«Считаю, что заражение Гассана Нассера коронавирусом – случай не бытовой»

Айзиряк Авзалова, медицинская сестра, работала с Гассаном Нассером 17 лет.

Айзиряк ханум тяжело пережила смерть своего коллеги.

«Гассан Назимович не знал слова “нет”. “Постараюсь помочь чем смогу, рассказывайте, что произошло”, – говорил он. Уважительно относился к людям старшего поколения. С утра, придя на работу, первым делом заходил поздороваться к старшим коллегам. Если с внуками приходили их бабушки и дедушки, он вставал и здоровался по-татарски.

На нашем участке есть семьи, оказавшиеся в тяжелой ситуации. Мы знаем об их жизни. Гассан Назимович проводил беседу с женщинами из таких семей. «Почему вы мучаете себя, пожалейте своих детей. Берегите себя и детей, с пьющим мужем вы и не заметите, как прекрасна эта жизнь», – говорил он во время таких разговоров.

Он очень любил детей. У Гассана Назимовича самого четверо детей. Скажу больше – таких заботливых отцов в мире больше нет.

Хочу отметить, насколько хорошим человеком был он и для меня лично. Мне приходилось работать в разные времена с разными врачами. Я видела к себе разное отношение. Таких, как он, я больше не встречала. Работать с ним было одно удовольствие. Он был врач от Бога, но никогда не кичился своим положением.

А его человечность! Когда мы подозреваем у ребенка ту или иную болезнь, то рекомендуем родителям пройти дополнительное обследование в Казани. Несколько раз было такое, мамы говорили, что не имеют финансовых возможностей для поездки в столицу. Пока они заполняли необходимые документы, Гассан Назимович расспросил у меня об этих семьях и прямо при мне дал им денег на поездку в больницу.

Во время Рамадана и на Новый год он готовил подарки и вручал их детям с ограниченными физическими возможностями нашего района. А если он какое-то время не давал садака, пожертвование, то начинал переживать по этому поводу.

Гассан Назимович дежурил 6 июня. Закончив смену, спустился к нам. Зашел во все кабинеты, пообщался с коллегами. Потом зашел ко мне, рассказал, что на следующий день поедет в Казань забирать свою дочку. До сих пор помню, как он стоял около двери, улыбался, попрощался. Я как будто бы предчувствовала, что вижу его в последний раз, сказала ему: “Пожалуйста, берегите себя”.

8 июня он не вышел на работу, и я ему позвонила. «У меня высокая температура, озноб, все тело болит», – сказал он. 13 июня я шла в сторону лаборатории. Смотрю, а там на каталке Гассана Назимовича везут на рентген. Он, склонив голову, сказал: “Всё плохо”. Потом его срочно увезли в Челны, вскоре и вовсе в Казань. 13-го числа я видела своего коллегу в последний раз.

После смерти Гассана Назимовича заболели его супруга и все дети. Они лечились в больнице в Челнах. Тест на вирус у Айгуль ханум был положительным. Я, как лицо контактировавшее, переболела с температурой. У меня пневмонию не выявили, поэтому тест я не сдавала.

Меня очень беспокоит, что его болезнь посчитали бытовой и что заражение вирусом никак не связано с профессиональной деятельностью. Лично я считаю, что случай это не бытовой. У Гассана Назимовича остались сиротами четверо детей. Считаю, они должны получить выплату, которая должна выплачиваться медработникам, погибшим при работе с коронавирусными больными, потому что их отец заразился коронавирусом на рабочем месте. Гассан Назимович не работал только на участке. Он всегда выходил на дежурство. Принимал больных вместе с бригадой скорой помощи. Этих больных сначала кладут в стационар, потом, когда состояние их ухудшается, направляют в Челны. Наличие у этих больных коронавирусной инфекции чаще всего выявляется только в Челнах. Вечером он наведывался в стационар, осматривал пациентов, назначал лечение. Поэтому я хочу сказать, что он мог заразиться только на рабочем месте и нигде иначе».

«Не помню, чтобы его не было на рабочем месте»

Айгуль Тазкиева, пациентка:

«Мы из Мензелинского района, растим двух детей. Наше село расположено ближе к Муслюмово, поэтому мы решили прикрепиться в Муслюмовскую ЦРБ. Во время нашего первого визита мы побывали у нескольких педиатров. Никто не хотел нас принимать. И только Гассан Назимович принял нас на своем участке. Выслушал наши жалобы. Уже в первые минуты я поняла, какой это золотой человек.

Он не мог думать поверхностно, он всегда обдумывал основательно. Детально изучал историю болезни, все документы. И только потом делал выводы.

Я учительница, и поэтому часто приходилось приезжать в больницу после обеда. Когда бы мы к нему ни приходили, он всегда встречал с улыбкой. И я не помню, чтобы его не было на рабочем месте.

Расскажу еще об одном случае. Как-то раз у дочери заболел живот. До этого она упала с велосипеда. Сначала мы приехали к травматологу. Сделали рентген, прошли УЗИ. Ничего не нашли. Потом со всеми документами и анализами я зашла к Гассану Назимовичу. Едва посмотрев на мою дочь, он понял, что у нее болит желудок. Он прописал нам диету, выписал лекарство, и, пройдя курс лечения, она вскоре выздоровела. Тогда я поняла, что наш врач настоящий профессионал своего дела.

В феврале две мои дочери тяжело заболели. Гассан Назимович настоял на больничном лечении. Но нам ведь всегда тяжело оставить работу, отпроситься. Я спросила, нельзя ли вылечиться дома. И тогда он как-то мудро и мягко объяснил мне, что здоровье детей в сто крат ценнее работы и карьеры. Мне хватило одного слова Гассана Назимовича, и мы легли в больницу.

Очень жаль. Это невосполнимая утрата. У этого человека было большое сердце. Он узнавал своих пациентов даже на улице и всегда интересовался здоровьем детей».

«Мой сын выжил только благодаря Гассану Назимовичу»

Миляуша Мухитова, пациентка:

«Когда пришло время рожать старшего сына, у нас в Азнакаевском роддоме начался ремонт, и меня направили в Муслюмовский родильный дом. У ребенка было поперечное предлежание. Малыш никак не хотел поворачиваться. Я долго болела, больше суток, рожала очень тяжело. Сын родился с травмами головы.         

На следующий день сына мне не показали. Сильно переживала. Тогда ко мне зашел Гассан Назимович, сказал, что сын в тяжелом состоянии и его срочно нужно госпитализировать в больницу Альметьевска или Челнов. Сказал, что в Челнах очень хорошие врачи, он связался с ними по телефону, и нас перевели в роддом. Мы целый месяц пролежали в отделении патологии новорожденных. Гассан Назимович звонил каждый день, интересовался здоровьем сына.

Только я знаю, что тогда пережила. Никогда не забуду доброту Гассана Назимовича. Сейчас моему сыну 16 лет. Он выжил только благодаря Гассану Назимовичу и сегодня имеет счастье радоваться жизни. Безмерно благодарна врачу с большой буквы», – рассказал она.

«Гассан отправил меня в хадж»

Флера Кадырова, знакомая:

«В Муслюмово вы не найдете никого, кто не знал бы Гассана, кто его не уважает. Кого ни спросите, каждый его похвалит и вспомнит с тоской. Он был душевным, открытым человеком, который улыбался всем сердцем. Стремился помочь всем, был щедрым. Постоянно приносил садака моему больному сыну.

Своей поездкой в хадж я также благодарна Гассану. Когда ему предложили бесплатную путевку в хадж, он сказал: “Я не поеду, отдайте лучше путевку Флере апа”. Я лежала с ребенком в больнице в Набережных Челнах. Сыну провели тяжелую операцию. Гассан позвонил: “Флера апа, хочешь поехать в хадж?” – спрашивает. Велел мне сделать загранпаспорт. Сам привез меня в Казань, помог сделать документы. Проводил в путь. Это был очень хороший, искренний, добрый человек.

Много лет назад он рассказал мне арабскую пословицу. Слово в слово не вспомню, но примерно означало так: “Освободи карман – подготовь место, чтобы Всевышний смог одарить тебя другим богатством”.

О Гассане можно рассказывать бесконечно. Его супруга Айгуль и его дети приветливые, хорошие. Пусть уважаемый Гассан поселится в раю навечно».

Автор: Гульназ Хабибуллина