«Я удовлетворен своей жизнью»: высказывания Роберта Миннуллина о любви, эстраде, нации и себе

ИА «Татар-информ» собрал высказывания поэта и публициста Роберта Миннуллина в различных СМИ.

В Инстаграме у Роберта Миннуллинаболее 45 тысяч подписчиков. За несколько часов цифра значительно возросла и достигла 45 900 человек. Более аккаунт не будет обновляться, но и за то время, пока автор его вел, там накоплено столько житейской мудрости – вероятно, многие будут читать его, возвращаясь снова и снова.

Сегодня мы собрали некоторые мысли Роберта Миннуллина о нации, песне, детской поэзии, журналистике, творчестве, языке, дружбе. Всего этого мы не видели в Инстаграме – они были опубликованы в электронных и печатных изданиях.

О журнале «Сабантуй»

«Все мы, кто здесь сегодня сидит, отчасти приложили руку к распаду газеты «Сабантуй». Некоторые сыграли большую роль в том, чтобы газета медленно угасала. Если бы «Сабантуя» не стало, это было бы большой ошибкой перед историей. Ведь эта газета издавалась почти на протяжении века. Это история Татарстана, летопись. Мы готовы душу отдать за нацию, но если дело касается денег, готовы всех продать…» (Слова, произнесенные на заседании редколлегии журнала.)

Об Ильгаме Шакирове

«Что теперь будет без Ильгама? Без Ильгама татары изменятся, изменится менталитет, отношение к песне, духовная жизнь, бытие… Начнется жизнь без Ильгама. Иногда мы слышим: «Какой будет жизнь без нефти?» А какой будет она без Ильгама? Об этом пока никто не думает. Мы идем по инерции. «Остаются его песни», – говорим мы. Песня без самого исполнителя – это уже совсем другая песня. Мы любили виться вокруг него, любили фотографироваться с ним, говорить, какой он великий. Все это лишь слова… Мы до сих пор не смогли до конца понять роль Ильгама Шакирова в жизни татарского народа. Мы рассматриваем его как Ильгама, как исполнителя. А он не только исполнитель, он – человек, стоявший в центре татарского духа начиная от 60-х годов и до сегодняшних дней. Человек, объединявший всех татар, живущих в мире…» (Слова, произнесенные им после прощальной панихиды Ильгама Шакирова.)

О нации

«Наш народ – большой народ. Обычно мы любим называть «великий». Вероятно, наше величие осталось там – далеко, в истории. Но мы живем сейчас. Я очень хотел бы, чтобы наш народ наряду со всеми другими народами находился на одном уровне, жил и творил». (Из выступления на научной конференции в Институте филологии и межкультурной коммуникации КФУ.)

«Тюркские народы были великими, они и сейчас великие, но только когда все вместе. У каждого из нас есть своя литература, но пока ты варишься в своем котле, ты не сможешь далеко уйти. Давайте будем любить друг друга, постараемся понять, помогать и поддерживать». (Из выступления на научной конференции в Институте филологии и межкультурной коммуникации КФУ.)

О песнях

«Есть поговорка – “Песня сильнее смерти”. Это действительно так. Хорошая песня живет и после своих авторов, после своих исполнителей, становится народной. Это и раньше так было, и сейчас так.

Шоу-бизнес, эстрада – все строится на деньгах, а деньги победить нельзя. Деньги можно победить только деньгами, но для этого ты должен быть богатым, у тебя должно быть состояние.

Попса везде – все одинаковое, состоит из нескольких ритмов. Если чувашскую песню исполнить с татарскими словами, получится песня, какую исполняют все наши татарские певцы, марийская – то же самое, про башкирскую и говорить не стану.

Говоря по правде, нет никакого отношения к авторам песен. На первом плане только исполнители. Конечно, так делать неправильно. В первую очередь хозяева песни – это поэт и композитор. Что они скажут – так и будет, что они напишут – так и будет.

Хорошая песня должна исполняться. А какой у нас сейчас пошел порядок? Певцы говорят, что это его песня, и не разрешают другим ее петь. Я, например, хотел бы, чтобы хорошие песни, написанные на мои слова, исполнялись. Скажем, молодыми исполнителями. Песня должна жить. А если ее не поют, значит, она умирает, угасает, исчезает». («Интертат»).

О журналистике

«В журналистике появилась самодеятельность. Есть 10–15 вопросов, ставших стандартным набором, переходящих от одного журналиста к другому. Глубокие мысли не интересуют их вовсе. Журналист должен задать герою один вопрос, докопаться в этом вопросе до истины и получить хороший ответ. А мы галопом – один вопрос, другой, третий. Начиная от вопроса, когда родился».

О языке

«Татарскому поэту выйти в мир мешает татарский язык. Я здесь говорю образно, но это действительно так. Поэтому это больной вопрос татарских поэтов – вопрос перевода. Еще ни одному татарскому поэту не давалось стать всемирно известным. И только из-за проблемы перевода. Если бы мы в свое время сделали Тукаю хороший перевод и распространили по всему миру, сегодня он был бы одним из лучших поэтов мира».

О жизни

«Во время интервью часто задают один вопрос: «Прошли бы вы этот путь еще раз, если бы была возможность родиться заново?» Я бы не стал. Хочется жить по-новому, хочется открывать миры. Эта жизнь уже прожита, пройдена. Я удовлетворен своей жизнью – что появился на этот свет, встретил такую любовь, родили детей, тем, какими были мой отец, мама, мой род». (Из передачи «АдәмбеләнҺава».)

«Много людей талантливее меня, много личностей сильнее меня. Я думаю, что я на своем пути. Если я дошел до сегодняшних дней, то это большой подарок Всевышнего». (Из сказанного на научной конференции в Институте филологии и межкультурной коммуникации КФУ.)

О критиках

«В социальных сетях есть несколько человек, которые меня недолюбливают, критикуют. Так уже порядка двадцати лет: те же слова, те же люди, я не обращаю на них внимания. Отмечаю для себя только, что они до сих пор есть. Есть люди, которые меня предали. Но со временем я учусь их прощать. Почему я должен себя мучить, тем более жаждать мести? Такими мыслями можно и себя довести. Моя душа должна быть чиста, я должен избавиться от этого».

О любви

«Наша главная работа – любить, а не говорить. У человека, который много говорит, остается мало времени на то, чтобы писать».

О детской литературе

«В детской литературе – застойные времена. Вероятно, времена уже не те или писатели уже не те. Говоря честно, нет желания писать как прежде. Много написал. Существует грань. Хочется писать по-новому. В душе что-то зреет…» («Татар-информ»).

Об Инстаграме

«Если «ВКонтакте» больше для молодежи, а в «Фейсбуке» ты непременно должен умничать, то Инстаграм – это мое. Здесь хватит фото и немного текста, для души. А фотографировать я люблю с детства. В Инстаграме у меня много подписчиков, они ведь тоже моя публика. К тому же сейчас я на пенсии, времени вагон, так почему я должен отказываться от созданной современным миром возможности общаться со своими читателями?» (Журнал «Татарстан»).

О дружбе

«Дружба – понятие условное. На разных этапах жизни рядом с человеком находятся разные люди, ты и сам сближаешься с кем-то, а от кого-то отдаляешься. Когда человек имеет статус, власть, деньги – рядом с ним всегда много друзей. А настоящих друзей ты узнаешь на резких поворотах жизни или когда на дворе уже осень. Осень твоей жизни». (Журнал «Татарстан»).

А вот об этом стихотворении Роберта Миннуллина напомнила композитор Масгуда Шамсутдинова:

Кеше гомерләребигрәккыска…

Ходайбезгә, белмим, нигәдер,

Кошларгомередәбирмәгәншул.

Яши белсәңҗитәр, дигәндер.

Кеше гомерләребигрәккыска…

Шунсына да шөкеритәбез.

Кыскагынашулбергомернеңдә

Кадерләренбелмикитәбез.

Кеше гомерләребигрәккыска…

Кадерләренбиктәбелерлек.

Һәрсәгатеаныңсанаулы бит,

Һәрсәгатеүзе — гомерлек.

Кеше гомерләребигрәккыска…

Сизелмидәхәттакалына.

Әйтерсеңлә, гомеручаклары

Бермизгелгәгенәкабына.

Кеше гомерләребигрәккыска…

Берсүнәдәкабаткабынмый.

Һәрберебезгәдәкагылаул,

Шагыйрьләргәгенәкагылмый.