«Без IT-отрасли мир не останется»: Айдар Гузаиров о цифровизации из-за COVID-19 и digital-гигиене

Как пандемия заставила бизнес внедрять онлайн-технологии, почему формат удаленки не сможет заменить живого общения, в чем цель хакатонов для молодежи и как остановить «утечку мозгов» за рубеж — в интервью Андрею Кузьмину рассказал генеральный директор группы компаний InnoSTage Айдар Гузаиров.

«Людям стоит задуматься о цифровой гигиене»

Добрый день, Айдар Фаилевич! Спасибо, что нашли возможность в это не самое простое для бизнеса время поговорить о том, что происходит в цифровом мире. Начнем с вашего «Центра по борьбе с хакерами», что он собой представляет?

Это Центр мониторинга кибербезопасности. Здесь сидят наши специалисты, которые работают в интересах заказчиков, изучают просторы интернета, смотрят на какие-то нетипичные действия, которые проявляют хакеры, ищут следы их атак, помогают нашим заказчикам противостоять этим атакам. Работа цифровая, творческая и очень современная.

То есть когда идет информация, что отразили массу DDoS атак, — это именно эти ребята их отражают?

Можно сказать и так. Эти специалисты участвуют в отражении атак, и все это происходит в реальном времени. Здесь мониторы висят не для красоты, на них можно наблюдать динамику в случае каких-то всплесков активности.

Как часто происходят атаки, не увеличилась ли нагрузка в последнее время в связи с тяжелой ситуацией, которую переживает бизнес? В связи с тем, что много людей перешло в онлайн-режим работы, выросла ли нагрузка на сетевых операторов?

Да, IT-мир изменился. Мне кажется, все предприятия это почувствовали, так или иначе многие перешли на удаленку. Но если сотрудники ушли на удаленку только сейчас, то хакеры всегда были там и для них ничего не поменялось, а работы добавилось. Раз добавилось работы для хакеров, значит, добавилось работы и для наших ребят.

Хакеры — это в первую очередь социальные инженеры, которые так или иначе следуют за некими социальными трендами. Какой у нас социальный тренд сейчас? Конечно, это коронавирус. Мы можем отметить фактическое увеличение новых фейковых сайтов, рассылок, вплоть до мобильных приложений, посвященных коронавирусу. Это когда хакеры предлагают зайти и получить «новую» информацию или «рецепты избавления» от эпидемии.

Это зачастую опасно. В любом случае надо думать о цифровой гигиене, понимать, куда ты заходишь и зачем, что это за ресурс. Нужно вести себя аккуратно. Точно так же, как, выходя сейчас на улицу, мы должны надевать маску, приходя с улицы — мыть руки и так далее. Это та же самая гигиена, только цифровая.

Какую «маску» сейчас нужно надеть на свой компьютер, на телефон, чтобы вирус не подхватить?

Как Роспотребнадзор говорит не выходить на улицу, мы говорим — выключите компьютер. Стопроцентной гарантии никто дать не может. С точки зрения безопасности, каких-то принципиально новых атак на компьютеры за это время мы не наблюдаем. Все как всегда. Надо пользоваться антивирусом, не надо открывать непонятные письма. Если вы сотрудник какой-то корпорации и что-то идет не так, вы должны подключать либо IT-специалиста, либо специалиста информационной безопасности.

С другой стороны, если сотрудник берет компьютер домой — это уже нестандартная ситуация. Организация не знает, кто сейчас пользуется этим компьютером — сотрудник, его жена, ребенок, либо хакер проник на этот компьютер и от лица сотрудника вошел в организацию. Вот с этой точки зрения всё кардинально поменялось — не все организации готовы к таким изменениям.

«Пандемия стала катализатором цифровизации бизнеса»

Что делать руководителю предприятия, который вынужден отправить часть сотрудников на удаленку? Есть ли какой-то алгоритм действий, куда ему обратиться в случае возникновения описанных трудностей?

Нет универсального алгоритма, как нет и типовых организаций, каждая из них уникальна. В каких-то организациях очень высокий уровень зрелости информационной безопасности, они зачастую полностью справляются сами. В числе наших заказчиков мы видим, как они достаточно оперативно перешли из одного формата работы в другой и это не повлекло никаких последствий ни с точки зрения безопасности, ни с точки зрения нарушения внутренних бизнес-процессов.

Есть обратные случаи, когда вся эта история с пандемией, с переездом домой вызывает коллапс организации. Здесь нужно обращаться к специалистам.

Вы чувствуете себя врачом? Вы же боретесь с вирусами по сути. А есть ли смысл в лечении?

Смысл есть, и очень большой. Я думаю, что «больной», если говорить про информационную безопасность, будет жить. Мы видим некий всплеск обращений к нам как к «врачам». Мы активно консультируем. За это время где-то мы помогли поменять инфраструктуру наших заказчиков либо внедрить какие-то сервисы по безопасности. Мы можем достаточно быстро оказать помощь любого уровня, и в этом наша уникальность. В Татарстане точно нет второго такого центра.

Как коронавирус может ускорить цифровую трансформацию в бизнесе? Возможно, уже есть какие-то примеры.

Я бы не стал далеко ходить, начну с себя. Для нас этот карантин выступил катализатором, чтобы быстрее запустить процессы автоматизации и реинжиниринга. Я считаю, что мы использовали время карантина с пользой, чтобы повысить эффективность через цифровизацию.

Удаленка не для всех

Как это происходит технически? Часть сотрудников дома, часть работает здесь?

Несмотря на то что мы являемся предприятием непрерывного типа, большинство сотрудников сразу отправили работать из дома. Но наш бизнес связан не только с теми процессами, которые можно делать удаленно. У нас очень много работ, которые нужно проводить на сайте заказчика, выезжая к нему. Из-за этого часть работ была заморожена, но буквально две недели назад мы уже начали командировки и разъезды по стране.

При этом есть блок, связанный с разработкой. Он продолжается в удаленном режиме. Эта история для сотрудников продлится еще месяца полтора. Мы хотим планомерно выводить их обратно. Сейчас штат компании достаточно большой — 650 человек, нельзя одномоментно выселить их из офиса и заселить обратно.

Но заселять все-таки будете? Или вам понравилась удаленка — может, сотрудники начали эффективнее работать?

Сейчас мы просто начали брать людей из других городов сразу на удаленную работу. Это для нас новый вызов и новое качество. Эти люди точно не будут работать в офисе. По всем остальным у нас в компании идут обсуждения, как жить дальше. Пока мы все-таки думаем о том, что офисные места в Казани сохраним для всех сотрудников. Здесь очень много моментов, потому что удаленная работа далеко не всем людям дается одинаково успешно.

Да, кому-то в коллективе хочется пообщаться, попить кофе, покурить.

Даже какие-то банальные житейские моменты. Например, маленькие дети. Это фактор, который не даст тебе эффективно работать. У кого-то даже нет рабочего уголка, нет возможности создать комфортные условия труда. Поэтому я считаю, что мы как работодатель должны обеспечивать наших сотрудников офисными местами.

С другой стороны, если мы сможем развивать те сервисы, которые накопились за время удаленки, то мы от этого только выиграем. Так или иначе, у нас заказчики по всей стране. Во время карантина мы продолжили активные взаимодействия и коммуникации с ними. Это мы и хотим сохранить в будущем, в посткарантинном мире.

О хакерских атаках на компании: «Это уже не голливудские фильмы»

Как вы оцениваете уровень информационной безопасности в республике? У нас высокотехнологичные предприятия, опасные промышленные объекты, банки. Эта сфера очень подвержена хакерским атакам, незаконному проникновению. В целом есть ли у руководителей предприятий в республике понимание, что нужно работать в этом направлении? По шкале от 1 до 10 какую бы оценку вы им поставили?

Я бы не хотел оценивать. Непонятно, что брать за десятку, а что за единицу. Но я могу сказать, что за последние несколько лет уровень зрелости руководителей, их понимания проблематики этого вопроса существенно вырос. Здесь мало у кого из руководителей стоит вопрос, нужно это или нет.

А почему он вырос: люди уже обожглись, потеряли деньги, вылетели какие-то программы?

Я думаю, здесь целый ряд факторов. У многих были попытки проникновения на предприятия. Причем есть внешние хакеры, а есть внутренние нарушители. Как раньше говорили: «Нет страшнее человека, чем обиженный сисадмин», которого уволили, после чего предприятие встало.

И в Казани, и в республике происходили успешные проникновения. Это уже не голливудские фильмы, не лента новостей. Так или иначе, либо с этим сталкивались, либо были попытки.

«Цель хакатонов не деньги, а участие новичков в крупных проектах»

Ваша компания выступила соорганизатором первого онлайн-хакатона в Татарстане — Digital Superhero. Расскажите подробнее о мероприятии, сколько в нем участвовало человек?

Хакатон — это возможность собрать молодых ребят, дать им реальные задачи и заставить их соревноваться между собой в качественном и креативном исполнении этих задач.

Мы IT-компания, которая пытается повышать эффективность наших заказчиков, ведь мы погружаемся в специфику бизнеса клиента. Там мы находим «белые пятна» в их процессах и предлагаем эффективные решения тех или иных задач.

Однако мы ограничены в ресурсах, поэтому у нас и возникла идея проводить хакатон. Такие мероприятия позволяют нам выйти за границы собственных компетенций и привлечь свежие идеи.

Есть ли аналог слова «хакатон» в русском языке?

Для меня хакатон — это мозговой штурм и соревнование идей.

Вам не кажется, что это выглядит так, будто вы пытаетесь решить свои задачи за счет сторонних «мозгов»? Их труд хотя бы оплачивается?

Со стороны может так показаться, но без новых идей не было бы и развития.

На хакатоне есть призовой фонд, хотя это не главный стимул для участника. Во время соревнований мы отсматриваем кандидатуры для своей команды, разбираем опыт и знания других команд для последующей работы с нашими заказчиками.

Мы ориентируемся на молодых и не всегда опытных участников, которым даем возможность войти в крупные проекты, ранее недоступные для них.

Вы им интересны, потому что так они могут заявить о себе?

Да, и это тоже. В предыдущем хакатоне были заявки от 80 команд со всей страны, из них мы отобрали 60.

В ряде команд были участники, которые физически находились за границей. Неожиданно у нас случился всемирный хакатон. Онлайн-формат позволил нам выйти за пределы России.

Вы начали готовиться к мероприятию задолго до пандемии коронавируса. Как она повлияла на вас? С какими вызовами вам пришлось столкнуться?

Для нас это стало неожиданностью. В итоге мы сэкономили на кофе и пицце. Но когда осознали, что офлайн-хакатона в Казани не будет, нам пришлось размышлять и принять вызов. Пришлось перевести хакатон полностью в онлайн-формат.

Мы сначала не понимали, как привлечь людей и объяснять им наши задачи, но результат превзошел ожидания. Сделали мы соревнование не в два дня, а уже в недельном формате и проводили итоги на специальной платформе.

Вы уже определили победителей?

Да, три главных победителя найдены. Сейчас мы анализируем результаты и точно будем продолжать взаимодействовать с ребятами, которые провели неделю за работой на нашей платформе.

Нашли новых программистов для своей команды после онлайн-хакатона?

Я думаю, что мы будем выходить с предложениями о работе, ведь в рамках хакатона решались реальные задачи, которые ставили Министерство экологии, ГБУ БДД. Эти задачи можно развивать, и если наши гипотезы будут подтверждаться, то их можно будет переносить в экономику Татарстана. В этом уникальность нашего хакатона, задачи не взяты из воздуха.

Какие задачи для государственных ведомств решали участники?

Вопросы экологии, решали задачу определения источника выброса. На территории республики расставлены станции, которые улавливают вредные частицы в воздухе. Мы предложили ребятам придумать математические схемы определения предприятия-загрязнителя на основе данных о частицах, атмосферных условиях и других факторов.

Либо каждое предприятие можно накрывать колпаком, что дорого и неэффективно, либо так отслеживать выбросы научными методами. Мы пошли вторым путем.

Вы разработали то, что упростит Минэкологии задачу поиска нарушителей?

Да, мы делаем первые шаги к прототипу такой системы. Если доведем работу до конца, то Минэкологии будет этим пользоваться.

Планируете привлекать сторонних специалистов для разработки решений? Вам понравился такой формат работы онлайн?

Мы нашли плюсы и минусы в формате онлайн-хакатона. Очевидный плюс — размытие границ, цифровизация, высокая масштабируемость проекта. Но все же будущее за гибридными схемами. Да, первые хакатоны можно проводить онлайн, усложнять задачи. Но личное знакомство и общение никуда не денутся. Когда ситуация с пандемией станет менее острой, некоторые мероприятия будем проводить офлайн для команд, которые отберем в цифровом мире.

Об утечке кадров: «Истерического отъезда, как в 1990-е, уже нет»

Давайте поговорим об IT-специалистах. Наши школьники выигрывают крутейшие математические и IT-олимпиады, не уступая американцам, китайцам. Какой сейчас средний уровень специалистов в России и Татарстане?

Для России и Татарстана IT-специалисты — это потенциально «новая нефть». Есть национальная специфика: уровень образования в СССР и России достаточно высокий, если не один из лучших базовых. У отрасли IT в России достаточно высокий уровень зрелости, потому что базис был заложен во времена Советского Союза.

Но у нас есть и проблема «утечки мозгов» — люди уезжают в Кремниевую долину, зарубежные IT-парки. В чем причина? Ведь уровень жизни и зарплаты у таких ребят везде высокие. Может, российские IT-компании невнимательны к их идеям, нет кадровой системы?

США — «пуп земли» с точки зрения IT, поэтому уезжают. Америка — это все равно что НХЛ в хоккее. Это некая Мекка, и многие едут туда именно за этим вызовом, самореализацией, а не за лучшим уровнем жизни.

Там больше возможностей?

Емкость рынка и скорость мыслей там совершенно другие. Это другая среда для самореализации. Сейчас выровнялась ситуация с оттоком людей из российских IT- компаний в зарубежные. Уже нет истерического отъезда, как в 1990-е.

В мире российские IT-специалисты ценятся высоко. Есть санкции, предвзятое отношение, поэтому многие новые компании стартуют в России и перемещаются за рубеж, чтобы избежать санкционных барьеров для выхода на мировой рынок.

Вы одна из региональных IT-компаний, у вас есть крупные федеральные конкуренты. Как вы боретесь за IT-специалистов?

Основная утечка кадров идет из регионов в Москву. В нашем бизнесе есть конкуренция за кадры с ведущими московскими интеграторами. Несмотря на то что мы находимся в Казани, наши заказчики — федеральные структуры, нефтяные и газовые компании, крупные банки. Здесь мы конкурируем с Москвой, и качество наших специалистов позволяет это делать.

Как заманиваете специалистов к себе? Повышаете зарплаты, покупаете квартиры?

Заманить — мало, надо еще удержать и развить. Заманить рублем или интересной задачей достаточно просто. Универсального рецепта нет, люди разные, нужен разный подход. Мы удерживаем зарплатой, выстраиваем новую корпоративную культуру, чтобы людям было интересно здесь работать и развиваться. Мы понимаем, что у всех свои потребности. Кто-то хочет красивый офис, кому-то дома комфортнее. IT-компания позволяет более гибко реализовывать процессы внутри себя.

У IT-специалистов высокие зарплаты. Это оправданно? На заводе люди вкалывают с утра до ночи, а получают меньше…

Определить оправданность зарплаты достаточно сложно. Насколько оправдана зарплата хоккеистов? Я знаю, что нужно сделать с собой, чтобы стать айтишником, сколько потратить времени, усилий. Это непросто.

Врачом и инженером тоже стать непросто.

Не спорю. Так же и айтишником.

«Есть понимание, что эта жизнь последняя и в ней нужно что-то сделать»

Какими профессиональными качествами нужно обладать, чтобы попасть в вашу команду? С какой-то идеей к вам реально попасть?

Конечно. Компания растет, ищет новых креативных людей. Есть определенный набор hard skills, знаний. Кроме этого, будем рады любым людям с инициативой, с открытым сердцем, готовым к сотрудничеству и совместному командному результату. Сейчас компании также начинают предъявлять требования к soft skills, человеческим качествам. Это очень важно, особенно в больших коллективах и командной работе.

Когда профессионал понимает, что он «оперился» и может уйти от материнской компании, создать что-то свое?

Интересный вопрос. Все зависит от человека и его жизненных целей. Мое желание так или иначе связано с самореализацией. Я понимаю, что, создав новую компанию, я смогу себя вполне реализовать, создать что-то уникальное. Хочется где-то больше рисковать и реализовать свою модель бизнеса. Не всегда это можно выстроить, когда работаешь в проектной матрице в другой компании.

Но раньше же было спокойнее — стабильная зарплата, заказы, устоявшаяся «крыша».

Да, было спокойнее. Конечно, что-то потерял. Но это же вызов.

У вас было чувство, что есть лидерские качества и вы можете повести за собой команду?

Это не только мои лидерские качества, но и лидерские качества моей команды. Далеко не я один совершаю эти подвиги. Есть четкое осознание, что эта жизнь последняя и надо в ней что-то сделать.

О коронавирусе и самоизоляции: «Для меня это был шок»

Как изменилась ваша жизнь из-за пандемии коронавируса?

В марте я получил уведомление Роспотребнадзора о том, что я летел в самолете из Москвы с зараженным. Надо было уходить на самоизоляцию. Для меня жизнь резко изменилась. Был график, встречи на недели вперед. И я понял, что что-то пошло не так.

Был шок. Я на карантине, а все остальные продолжают работать. Этих людей было сложно вовлечь в режим ВКС, особенно заказчиков. Я реально испугался того, что я выпадаю из процесса.

Решил сразу что-то поменять — начал бегать по утрам. Еще по снегу, по 8 км, наращивая дистанции. Произошла определенная встряска. Успокоился. За время карантина мы с командой многое перелопатили в бизнес-процессах.

Сначала было страшно, а сейчас можно даже хвастаться, что в режиме карантина мы умудрились познакомиться с одним хорошим заказчиком, сейчас с ними запускаем пилотный проект. Пандемия выступила катализатором переосмысления, запуска других креативных идей. Мы с уверенностью смотрим вперед, без IT-отрасли мир точно не останется.

Спасибо за интервью!