Низамов: «Часто вузы критикуют за отсутствие взаимосвязи с бизнесом. Мы с бизнесом дружим»

Строительный сектор Татарстана сейчас переживает серьезный всплеск активности несмотря на пандемию. О руководителях республики, которые вышли на федеральный уровень, трендах в архитектуре и строительстве, стройотрядах и помощи иностранцам рассказал ректор КГАСУ Рашит Низамов в интервью Андрею Кузьмину.

Приветствую вас, Рашит Курбангалиевич! У вашего вуза большая радость: вы вошли в топ-5 лучших вузов России, которые работают в секторе архитектуры и строительства. Расскажите поподробнее о рейтинге и как вы туда попали.

Мы считаем, что пятое место — это почетно, но, к сожалению, экспертам уважаемого рейтингового агентства RAEX невозможно показать наш кампус, наши лучшие в России научно-образовательные центры мирового уровня. Сейчас, например, мы находимся в одном из наших центров под названием Systems.

В рейтинге оценивалось три показателя: уровень абитуриентов, публикационная активность в зарубежных журналах и популярность вуза согласно опросам. К сожалению, в рейтинге не учитываются и тотальные преимущества нашего университета, такие как победы студентов во всероссийских олимпиадах и конкурсах выпускных квалификационных работ.

Расскажите поподробнее об отборе.

Во-первых, это уровень абитуриентов. Эксперты рассматривают, насколько качественные абитуриенты попадают в вуз, согласно баллам ЕГЭ, приему на платную и бюджетную формы обучения. 

Во-вторых, публикационная активность, то есть как часто наших преподавателей печатают в авторитетных зарубежных журналах. У нас всегда были хорошие публикации, но в последнее время мы их заточили под современные требования. Мы публикуемся в рейтинговых журналах, делаем правильное оформление научных работ.

В-третьих, это опрос. Сотрудники RAEX обзванивают специалистов по собственной выборке и задают вопрос: «Что вы думаете о том или ином университете?» При этом все, кто побывал в нашем вузе, — это проводники, передающие, насколько все хорошо в нашем университете. Когда приезжают гости из других городов, мы им все показываем и рассказываем, а они уже дальше передают это по сарафанному радио. Мы сами, например, снимаем ролики, которые показывают наш потенциал. Кстати, рекомендуем их посмотреть на сайте и в соцсетях КГАСУ, чтобы не быть голословными.

Строительный сектор республики и России развивается быстрыми темпами. И мы должны соответствовать, иначе нас не поймут. 

Что может дать вам этот успех?

Это повышает рейтинг университета, и мы на это будем ссылаться, об этом будут читать родители и абитуриенты. Они еще раз смогут убедиться в том, что мы «правильный вуз», куда можно отдать ребенка. Также в отношении с бизнес-партнерами, им приятно продолжать с нами сотрудничать. Важно и то, что этот рейтинг дает нам понимание, что мы движемся в верном направлении. 

Какие планы на будущее? Войти в топ-3 или занять первое место?

Самоцели такой нет. Главное, продолжить успешную работу в образовательной и научно-инновационной деятельности, которую нам на сегодня удается хорошо делать.

Такое высокое позиционирование нашего вуза позволяет с оптимизмом смотреть в будущее. Если университет хорошо работает, то у него больше шансов выжить в этом сложном мире.  

Давайте вернемся к 2020 году и пандемии. Как работал ваш вуз в тяжелые периоды, какое количество времени вы были на дистанте, какие были проблемы и подходит ли ваш вуз для дистанционного обучения специалистов в архитектурной и строительной сфере?

Пандемия не принесла ничего хорошего. В марте мы ушли на дистант, как и вся Россия, работали, преподавали, использовали платформу Zoom, систему «Вебинар» и прочие. Вернулись в аудитории в начале учебного года. Мы были честны перед собой и студентами, старались дать необходимый контент знаний. Но специфику нашего вуза предопределяет проведение лабораторных работ, архитектурных «сплошняков», работа с геодезическими приборами и другие практические работы, что может дать только классическая методика образования.

Некоторые виды занятий — летние геодезические, геологические и технологические практики — были перенесены и реализованы осенью. Потому что невозможно учить человека работать на геодезическом оборудовании без практического обучения на приборах.

При этом мы успешно провели защиту выпускных квалификационных работ. Комиссии находились в вузе, студенты дистанционно защищали свои работы. Все прошло стандартно — 1,5 тыс. студентов стали бакалаврами и магистрами. 

Хочется отметить, что и приемная кампания была сложной. Дистант позволил абитуриентам подавать документы во все вузы страны, поэтому много ребят подали заявки в столичные вузы. Благо мы живем в Казани — интересном городе, что тоже помогло нам принять хороший контингент абитуриентов. В итоге 500 бакалавров у нас поступили на бюджет, 300 бакалавров на платную форму, 120 магистров и около 200 на платную форму обучения. То есть всего мы приняли 1,1 тыс. человек, как и в прошлом году. 

Такой набор компенсирует отток студентов в Москву и Санкт-Петербург?

Говоря о желании студентов учиться в Москве, Санкт-Петербурге, мы говорим, что есть смысл, если ты собираешься поступать в МФТИ, МИФИ и МГТУ им. Баумана. В остальных случаях нужно сильно подумать. В частности, мы — КГАСУ являемся лучшими в своем секторе.

Много ли приезжает ребят из других регионов?   

Я думаю, что процентов 30 на сегодня — это ребята из других городов и регионов. Приезжают из Ижевска, Ульяновска, Йошкар-Олы, Кирова, Екатеринбурга и многих других городов. В этих городах тоже есть вузы, которые готовят специалистов нашего профиля, но они понимают, что все-таки лучше получить наш диплом, который значительно выше ценится работодателями. 

Насколько уменьшилось количество иностранцев в этом году?

Увеличение количества обучающихся иностранцев не есть самоцель. Главное для нас — подготовка кадров и научно-инновационное сопровождение отраслей региона. Но с другой стороны, иностранцы должны быть, они позволяют позиционировать нас на должном уровне в мировом образовательном пространстве.

У нас сейчас обучается порядка 300 иностранцев. Сегодня за границей находятся порядка 40 наших студентов, которым мы преподаем дистанционно, остальные занимаются в традиционном формате. 

Мы не занимаемся целенаправленно рекламой, в основном поступающие — это знакомые, друзья и родственники уже обучающихся у нас студентов. Они передают, что Казань красивый, мультиконфессиональный город, дружелюбный, а КГАСУ — современный университет высокого уровня.

Какую помощь вы оказывали студентам, которые не могли выехать из общежития?

Ребята к нам приезжают разные и с разным достатком. Мы три раза делали продуктовые наборы со всем необходимым. Было роздано всего 600 комплектов. Уже близок Новый год, и сейчас столовая закупает продукты, которые мы будем фасовать и раздавать. Я ведь сам был студентом и помню, что часто хотелось поесть, но денег не было.

В период локдауна и сейчас ваши студенты участвуют в волонтерском движении?

Я волонтерское движение очень уважаю. У нас это инициировалось и встало на прочные рельсы с тех пор, как республика готовилась к Универсиаде. Тогда сформировался дух волонтерства. У нас замечательное студенческое самоуправление, где есть группа волонтеров. Они участвовали в раздаче продуктов, медикаментов нуждающимся. Мы ребят поддерживаем и говорим им большое спасибо.  

Насколько сейчас в Татарстане наблюдается нехватка кадров в строительной сфере?

У нашего вуза были разные периоды, но никогда в угоду получения какой-либо прибыли мы не старались увеличить число обучающихся в вузе. Мы всегда четко координировали наши усилия с нашими Министерством строительства и Министерством дорожного хозяйства. Поэтому мы точно знаем потребность в кадрах в регионе. 

В строительном секторе трудится около 120-150 тыс. человек. Ежегодно 10% из них обновляется, то есть ротация кадров составляет около 10-15 тыс. Из них половину готовят в колледжах, 2-3 тыс. в вузах и еще около 3 тыс. специалистов приглашают из других регионов и стран. В этом году эта ниша «просела» и ощущалась нехватка кадров. 

Это еще раз убеждает нас, что нам нужно готовить свои кадры. С одобрения Президента РТ Рустама Минниханова созданы ресурсные центры, где за 3-6 месяцев можно получить рабочую профессию или пройти переподготовку. Мы должны быть самодостаточны.

Сейчас сократилось число гастарбайтеров из-за пандемии. Ваши студенты не заполняли эту нишу? Ведь многие сейчас подрабатывают на стройках. 

Говоря о студентах и их работе в реальном секторе, мы позиционируем себя так, что бакалавры главным образом должны учиться. Если они начнут работать, то не смогут получить качественное образование. Я сам начал работать начиная с 13 лет, будучи школьником, потом студентом, аспирантом и так лет до сорока, пока не стал деканом. Но я всегда работал летом в ущерб отдыху. Поэтому если студент-бакалавр хочет работать, пусть работает летом. Сейчас ведь есть стройотряды, где можно заработать порядка 100 тыс. рублей. 

А этим летом стройотряды работали?   

Порядка 250 ребят трудились в стройотрядах, это примерно 10% от числа тех, кто мог бы работать в стройотряде. Они работали в Сибири, Уренгое, Крыму. Ребята идут в стройотряды, потому что им нравится форма, романтика, гитара у костра и, конечно, возможность заработать. В нашем музее одним из экспонатов является бойцовка выпускника нашего вуза — министра строительства и ЖКХ России Ирека Файзуллина. 

Строительные отряды формируются на добровольной основе, и надо сказать, что в пандемию их число было как и в прошлом году. 

Опишите портрет современного прораба на сегодняшний день.

Говоря о современном прорабе, можно сказать, что он должен успешно трудиться в двух трендах — это традиционное строительство и современные BIM-технологии. Британский профессор Питер Лакин, приглашенный по программе «Алгарыш», рассказал, что на сегодняшний день в Англии 70-80% госбюджетного строительства ведется на базе BIM. 

Современный прораб может вести работу в полевых условиях, но также успешно руководит стройкой из офиса, опираясь на современные цифровые технологии.

Бытовка же не изменилась? Она по-прежнему вся в чертежах или там уже стоят компьютеры?

Если крупная организация, то, конечно, там есть и офисная часть, ПТО, контроль качества. Воспоминание из советских фильмов, когда стоит вагончик и там люди сидят в сапогах, ругаются и накурено, — это вчерашний день. Так что прораб сегодня — это 30-летний парень, который хорошо знает свою профессию, уверен в своей деятельности, у него хорошее понимание перспектив и он выбрал хорошую профессию, которая обеспечит его и его близких. 

Какие изменения произошли за последние годы в университете, направленные на расширение и актуализацию компетенций участников строительного бизнеса?  

Технологии меняются, и каждые пять лет идет обновление знаний. В советское время была хорошая система ДПО по переподготовке кадров. После возникла система СРО, тоже с обязательной переподготовкой кадров. Сейчас с этим сложнее, потому что руководители организации понимают, что заниматься подготовкой нужно, но есть реальный бизнес и нужно работать. Лидерам строительного рынка, с которыми мы в контакте, мы даем новые компетенции по разным направлениям. У нас есть прочные связи с организациями, производящими оборудование, технологии. 

Мы предлагаем подготовку специалистов по различным целевым направлениям, когда подготовка студента ориентирована на конкретное производство.   

Мы открыли новые направления подготовки — «Жилищное хозяйство и коммунальная инфраструктура», «Землеустройство и кадастры».

Мы повышаем качество своей подготовки, опираясь на современный международный опыт. Сегодня около 20 студентов проходят стажировки в ведущих зарубежных мастерских, проектных бюро (Вольф Прикс, Заха Хадид (Шумахер), Кэнго Кума, Одиль Декк и другие) под руководством наших преподавателей. 

Сейчас министр строительства и ЖКХ России Ирек Файзуллин и вице-премьер России Марат Хуснуллин руководят строительной отраслью России. Есть очень много движений в сторону изменения технологий, упрощение прохождения документации и так далее. 

Сейчас Ирек Файзуллин ведет работу по упрощению процедуры согласования проектной документации. Также ведется большая работа по приведению нормативной базы к единому согласованному состоянию, так как в строительстве на сегодня был некий микс из разных нормативных документов, иногда противоречащих друг другу и тормозящих процесс строительства.  

Сегодня если мы хотим продвинуть какой-либо инновационный материал, мы можем разработать региональные стандарты. А если хотим работать на федеральном уровне, то можем разрабатывать и национальные стандарты — например, здесь успешно работает наш профессор Альфред Сулейманов. 

У нас в Казани проводится огромная работа по изменению общественных пространств. Задача стоит перед всей республикой. Каким образом вы во всем этом участвуете и насколько новые взгляды помогают вашим студентам понимать город будущего? 

Действительно, такая работа ведется, спасибо Рустаму Нургалиевичу. Он инициирует и поддерживает эти проекты. Пришло время, были 90-е годы, лишь бы выжить, а сейчас мы уже смотрим на историческую составляющую и на качество жизни. Поэтому люди должны иметь хорошие и комфортные городские пространства, которые создают позитивный настрой. И здесь очень много появилось интересных парков и скверов. 

Я хочу сказать, что мы всегда в тренде. Из того, где мы успешно работали, это, конечно, программа «100 скверов», она была лет семь-восемь назад, мы отрабатывали скверы, тогда Ильсур Метшин нас попросил, мы делали небольшие площадки во дворах, занимаясь их благоустройством. Наши студенты разрабатывали проекты, наши стройотряды выходили и реализовали их, и порядка десяти таких площадок мы сделали. 

В рамках нашего проекта «Ямьле Ил» по обращению муниципалитетов, различных организаций мы разработали и реализовали 17 проектов, и, в частности, по благоустройству общественных пространств в Республике Татарстан. 

Сейчас приглашаются и иностранные фирмы для проектирования различных объектов, но и мы не стоим на месте. Только за прошедший год нами разработаны: концепция оформления Международного аэропорта «Казань», посвященная творчеству Габдуллы Тукая; развития территории Казанского ТЮЗа; проекты капитальных ремонтов 15 психолого-педагогических центров в Республике Татарстан и другие проекты. О нашем потенциале говорит и то, что мы были инициаторами, авторами концепции развития тех или иных территорий.

Мы первыми начали говорить, что Адмиралтейская слобода, представляющая сегодня территорию с депрессивным оттенком, является одной из перспективных точек роста нашей Казани. То же самое можно сказать и про Свияжск.

Развитие территории речного порта как будущего административно-финансового центра тоже впервые предложено нами.

Это не говорит о том, что вы проигрываете конкуренцию зарубежным компаниям? 

Нет, мы так не считаем. У нас очень высокий потенциал, и я уже говорил о достойном нашем представительстве в мировом архитектурном пространстве.

Наверное, только мы представляем Россию в зарубежном конкурсном пространстве среди студентов-архитекторов в борьбе с ведущими архитектурными школами США, Европы, Китая и др. Каждый год мы выигрываем различные международные конкурсы. Буквально вчера пришла информация о победе нашего магистра Руслана Маннапова в Китае, а до этого Руслан вместе с бакалавром Айратом Зайдуллиным заняли первое место в Нью-Йорке. Организаторы уважаемого конкурса пригласили ребят на процедуру награждения и в течение двух недель знакомили их с интересными архитектурными объектами города, об этом писал Forbes. 

Все эти работы выполняются в нашем архитектурном центре мирового уровня BFFT.space. 

У вас чувствуется некая обида — мало привлекают вас, мало дают заказов? 

Сегодня мы достаточно востребованы и успешно работаем по конкретным проектам. 

Наше преимущество в том, что мы уже сегодня внедряем наши разработки, а не в далекой перспективе. Только за последний год нами разработаны: концепция типового проекта энергоэффективного многоквартирного жилого дома; в одном из районов спроектирован и построен мост из металлических конструкций вторичного применения; материалы и конструкции дорожных одежд из минерального сырья и отходов производств Республики Татарстан для сельских автомобильных дорог и промышленных территорий; выполняется научно-техническое сопровождение при проектировании особо опасных и технически сложных объектов для предприятий нефтегазохимической отрасли и другие проекты. Мы в трендах и внедряем разработки в жизнь. 

На сегодня объем выполняемых нами работ растет. Правда, больше нам достаются сложные объекты, выполнение которых затрудняет отсутствие стандартных методик, большая ответственность и относительно небольшое финансирование. И такую работу можем исполнять только мы, ибо обладаем замечательным интеллектуальным потенциалом.

Расскажите о роли современного преподавателя. А где они учатся и подпитываются идеями? 

Преподавателям выгодно повышать свой уровень, который отражается в ежегодном рейтинге. По его результатам выплачиваем премии. Кроме этого, успешные преподаватели особо позиционируются в коллективе.

Есть президентская программа «Алгарыш», по которой любой преподаватель может заявиться, доказать необходимость получения новых компетенций и повысить квалификацию за границей или в России.

Мы уже довольно давно сотрудничаем с университетом Восточного Лондона по программе двойных дипломов и по взаимному обмену между преподавателями и студентами.

Мы уже говорили об интегрированности наших архитекторов в мировую архитектурную систему. 

Мы взаимодействуем с бизнесом. У нас хорошие дружеские отношения с руководителями крупных компаний (Анисимов, Вольфсон, Зиганшин, Казилов, Ахметов и другие). Задачи, которые они ставят нам, требуют высокой квалификации наших ученых. И сегодня мы успешно взаимодействуем.

В Казани у вас есть места, которые особенно близки? Места силы с точки зрения архитектуры.

У меня по-особому меняется настроение, когда я возвращаюсь в студенческое прошлое. У меня возникают ностальгические чувства, когда я проезжаю по улице Журналистов, где проживал в студенчестве в общежитии.

Там же все поменялось?  

Говоря об архитектуре Казани, можно вспомнить триаду древнего архитектора Витрувия, где все три компоненты «польза — красота — прочность» должны находиться в равной пропорции. Но время диктует свои правила, и преобладает одна из компонент.

Была война, и люди жили в землянках. Хрущева можно ругать или нет, но при нем люди, жившие в бараках, получили жилье. Программа ликвидации ветхого жилья, инициированная Минтимером Шариповичем, тоже решала схожую проблему. При решении такой задачи на первый план выходила польза. 

Сегодня тенденции изменились. При участии наших архитекторов разработана концепция устойчивого развития исторического поселения города Казани. 

Дан научный подход решения задачи строительства в историческом центре. Сегодня я считаю, что большинство объектов выполнены в стиле модернизма, хотя где-то можно встретить и элементы классицизма, барокко и так далее. 

А современные комплексы? Сейчас модно стало называть это словом «экосистема». Там дом, участок, парковка, площадки для спорта и детей. Архитекторы планируют комплексно. Безликие девятиэтажки уходят в прошлое. Как вы относитесь к новому подходу?

Положительно, конечно. В этом тренде программа «Наш двор». Наталия Фишман-Бекмамбетова пригласила коллег из Москвы, они читали лекции, было очень интересно, передавали свой опыт. Обсуждали, варианты развития дворовых территорий на примере Москвы.

Ваши студенты и преподаватели прониклись духом? Или вы так и продолжаете учить по старым лекалам?

Если говорить о проектировании дворовых территорий, у нас богатый опыт. Проектирование ведется по современным методикам, в тесном контакте с местным населением.

Например, этим летом по проекту, разработанному нашими студентами под руководством преподавателей — кураторов, был выполнен и реализован проект благоустройства дворовой территории домов № 13, 15 и 17 по улице Химиков. С участием мэра города Казань Ильсура Раисовича состоялось открытие. 

Отлично! Желаю, чтобы ваш вуз процветал. Всего хорошего и спасибо за интервью!

Спасибо!