Первый гендиректор «Татар-информа»: «Я горжусь, что создал агентство, которое живет уже 30 лет»

«Татар-информ» отмечает свое 30-летие. Об идее создания информационного агентства, первых годах существования, а также какие материалы выходили в то время — в интервью с первым генеральным директором издания Умяром Богдаловым.

Расскажите, как вы попали на работу в «Татар-информ». Кто вам предложил эту должность?

Предложить эту должность мне никто не мог, поскольку «Татар-информа» не было. Сначала мы создали его в виде общества с ограниченной ответственностью, и оно стало первым коммерческим информагентством в регионах России. Кроме того, «Татар-информ» стал еще и первым национальным агентством.

До 90-х годов в Советском Союзе главным информационным агентством было ТАСС. Как подразделения в него входили УзТАГ — Узбекское телеграфное агентство, Украинское информационное агентство и другие агентства союзных республик. А в автономных республиках, как Татарстан, были только газеты и журналы.

При той партийной идеологии не то что не поощрялись, но и пресекались какие-либо связи между Татарстаном и местами компактного проживания татар. При Брежневе партия сделала заключение, что существует единая общность людей — советский народ и нечего что-то изобретать.

Уже при Горбачеве подняли вопрос о том, что в Советском Союзе все-таки существуют национальности. Тогда и начались мои размышления, что в мире происходят события, которые интересны российским татарам, при том что большая часть татарского населения живет не в республике, а за ее пределами. Я задумался об информационной связи между регионами компактного проживания татар и республикой. Почему бы об этом не писать? ТАСС этот массив информации совершенно не интересовал.

Как у бывшего собственного корреспондента газеты ЦК КПСС, у меня с Гумером Усмановым (первый секретарь Татарского обкома КПСС в 1982–1989 годах. — Ред.) были прекрасные и даже товарищеские отношения. Я мог решать вопросы, просто созвонившись с ним, ни с кем не согласовывая. Тогда я пришел к нему и сказал, что настала пора создать в Татарстане свое информационное агентство. Он одобрил и поручил написать примерный, как сейчас говорят, бизнес-план.

Мысль была запущена, но пока она гуляла в головах, Горбачев забрал Гумера Исмагиловича секретарем ЦК КПСС, и пришел Минтимер Шаймиев. Видимо, у них какой-то обмен мнениями был, потому что в июне 1990 года выходит Постановление секретариата обкома партии о создании информационного агентства и одноименной газеты «Татар-информ». Располагалась она сначала в «Пассаже».

Заметьте, информационные агентства, созданные после нас, назывались не телеграфными агентствами, а к примеру, «Якут-информ», «Чуваш-информ». То есть сам бренд в словесных элементах тоже родился здесь.

На бумаге создали информационное агентство. А что дальше? Как набирали сотрудников? Как запустился процесс?

Когда я работал в Ташкенте ответственным выпускающим УзТАГ, в мои обязанности входило создание информационного листа, отбор нужной информации, создание сетки. Проще говоря, я работал в системе ТАСС, поэтому знал, что и как нужно создавать.

«Татар-информ» я создавал как ТАССовскую структуру, в которой были различные главные редакции — главная редакция информации, главная редакция по связям с регионами компактного проживания татар, культурная редакция и так далее.

А кадры потихонечку подходили. Всем было интересно, что такое первое информационное агентство в истории Татарстана. Своих детей приводили многие известные люди республики, такие как Равиль Файзуллин (татарский писатель и поэт, публицист), через некоторое время свою дочку привел Туфан Миннуллин (советский и российский драматург, прозаик, публицист и общественный деятель) и другие. Ребята подобрались хорошие, грамотные. Мы их немножечко подготовили.

Вы сказали, что раньше редакция располагалась в «Пассаже» и была коммерческая, а когда произошел переход?

Когда агентство разрослось (в нем работало около 15–20 человек), половина работы у меня уходило на то, чтобы найти деньги на функционирование. Чем мы только не занимались: производили по заказу карманные часы, я ездил и просил деньги у партийных руководителей районов. Многие помогали, кто чем мог. Они знали, что я эти деньги никогда в карман не положу. Но я понимал, что долго так все равно не протянешь.

Где-то в феврале 1993-го мы разговорились с Шаймиевым (он тогда уже был Президентом). И я говорю: «А что если республика созрела для создания государственного информационного агентства?» Он человек мудрый, послушал меня и говорит: «Напиши свои соображения».

Я написал. Потом он меня пригласил на дружеский чай в Кремль. Столик накрыли, Шаймиев пришел вместе с вице-президентом Василием Лихачевым (вице-президент Республики Татарстан в 1991–1995 годы. — Ред.). Мы втроем переговорили, и через некоторое время вышел указ Президента о создании уже государственного информационного агентства «Татар-информ». Учредителями стали Президент республики и Кабинет Министров. Важно отметить, что организация не вошла в структуру Министерства печати Татарстана.

То есть агентство становится государственным, и вы переезжаете…

Мы переезжаем из «Пассажа» в нынешнее здание ДОСААФ. Туда, кстати, в 1994 году пришел Айдар Салимгараев. Штат уже вырос до 50–60 человек. Стало большим агентство, выделялись деньги — это уже был татарский ТАСС.

Какой была структура агентства? Сейчас у нас отдельно есть татарская и русская редакции. Как было у вас?

У нас этого не было. Мы были сугубо национальным агентством, нацеленным на работу с татарами, живущими за пределами Татарстана. Поэтому у нас не было разделения на татарскую и русскую редакцию.

Больше всего нас интересовала культурная и межнациональная жизнь. Это и диктовало саму структуру агентства. Кроме того, у нас были корпункты в Турции, в Ленинграде, Саратове и других городах.

То есть у вас были корреспонденты в разных точках страны и мира, которые освещали, как живут татары, как проходят у них культурные мероприятия, каков их быт?

Совершенно точно. Все это собиралось в Казани. Интернета еще не было, поэтому редакции сами собирали сводки, до тех пор, пока я не пришел к Евгению Лисину — моему другу, бывшему главреду газеты «Республика Татарстан». Я ему говорю: «Сейчас есть такая техника, чтобы связать все редакции компьютерными сетями. Нужно 12 миллионов». В таком случае не надо было никого посылать за сводками. Так родилась первая связь между редакциями.

Вы помните свой первый рабочий день в «Татар-информе»? Первый приказ, который подписали?

Не помню. Но коммерческий «Татар-информ» сильно отличался от государственного.

Вообще время было интересное, романтическое. События были, которые сейчас, может быть, не одобряют. Другое время было, другие настрои.

Оценкой моей работы в «Татар-информе» стало то, что в 1996 году Президент России присвоил мне звание заслуженного работника культуры РФ. Кроме этого, за развитие новой модели татарстанской журналистики и старт работы информационного агентства к моему 70-летию в 2012 году прислали правительственную телеграмму, подписанную Юрием Камалтыновым (руководитель аппарата президента РТ с 2005 по 2013 год. — Ред.).

Почему вы ушли?

Многим наша спокойная жизнь не давала покоя. Много недоброжелателей осталось у меня. В 1998 году выходит указ о ликвидации агентства «Татар-информ». Указ Президента гласит, что в связи с ликвидацией агентства освобождается от работы генеральный директор и все его подчиненные.

Почему решили ликвидировать?

Якобы сбором информации занималось Министерство печати. И для того, чтобы ликвидировать ненужный параллелизм, надо ликвидировать агентство. Перед этим в агентстве была проведена большая финансовая проверка. Ее возглавил Халяф Низамов (руководитель аппарата Президента РТ в 1991–1998 годы. — Ред.). Очень могущественный был человек.

Это из-за того, что вы не подчинялись Министерству печати?

В принципе министерство не занималось сбором информации. Я думаю, что им просто было неприятно знать, что существует какой-то неподконтрольный орган.

То есть министерству подчинялись все газеты, радио и телевидение…

Да, все, кроме «Татар-информа». После ликвидации я сказал: «Я буду не я, если вы через пару-тройку месяцев не создадите такой же орган». Так и случилось. Примерно через месяц-три, в конце 1998 года, заново создали «Татар-информ», но не при Президенте, а как подразделение Министерства печати.

До этого я пробил им отдельное здание на улице Миславского. Все устаканилось, пришла Римма Ратникова (генеральный директор информационного агентства «Татар-информ» в 1998–2004 годы. — Ред.).

Здание в 1998 году появилось?

Да, при мне агентство перешло из ДОСААФа на Миславского. Я это здание быстро отремонтировал, выбил бюджетное финансирование. Оно до сих пор украшает эту улицу.

А вы сейчас с кем-то общаетесь из коллег, с которыми работали в «Татар-информе»?

Конечно, они мне звонят. Например, Алсу Валиулина, она уже давно в Америке живет. Пишет мне, что помнит, что все хорошее для нее началось с «Татар-информа».

Вы, получается, почти 8 лет возглавляли «Татар-информ».

Да. С 1990-го по 1998-й.

Когда вы последний раз читали «Татар-информ»?

Я регулярно и с любопытством читаю. Я очень доволен и горжусь, ведь не каждому удается создать что-то такое, что в этом переменчивом мире существует уже 30 лет.