Владимир Вавилов: Улучшая наш Татарстан, давать пример другим регионам

Председатель правления Фонда имени Анжелы Вавиловой, основатель первого казанского хосписа Владимир Вавилов принял решение об участии в предварительном голосовании партии «Единая Россия» на предстоящих выборах депутатов Государственного Совета Татарстана. О том, что планирует сделать, если будет выдвинут в депутаты, когда в Казани построят новый хоспис и чего не хватает, чтобы начать строительство, в интервью ИА «Татар-информ» рассказал Владимир Вавилов.

– Владимир Владимирович, почему вы решили участвовать в выборах?

– Вы понимаете, чтобы сдвинуть с мертвой точки те вопросы, которые плохо решаются и которым нужен какой-то толчок извне, необходимо участие законодательной власти. Именно она может сдвинуть те или иные вопросы в лучшую сторону. А учитывая то, что я занимаюсь проблемами паллиативной помощи детям и пожилым, надеюсь, что мандат депутата даст мне еще больше уверенности и сил в продвижении в лучшую сторону тех или иных вопросов. Только из-за этого.

– Какова ваша программа? Она полностью построена на усовершенствовании и популяризации паллиативной помощи в стране?

– Знаете, если человек берется за дело, которое хорошо изучил, хорошо знает, он должен и дальше двигаться с этой программой. Я изучал, изучаю и буду изучать паллиативное дело, оказание паллиативной помощи, которое, к сожалению, у нас еще в России на недостаточно развитом уровне находится.

Если в Москве, Санкт-Петербурге паллиативная служба уже более или менее на высоком уровне, то в регионах проблем пока много.

В программе у меня строительство стационаров хосписа, открытие паллиативных отделений, открытие кабинета паллиативной помощи с выездными бригадами. На эти планы надо затратить очень много сил и средств, чтобы они воплотились в жизнь и работали, оказывая необходимую паллиативную помощь пациентам, которые в этом нуждаются.

Возьмите дальние районы наши, поселки, даже маленькие города, где это не развито, а люди, к сожалению, ждут этой помощи.

На данный момент в Татарстане около шести тысяч пациентов нуждаются в паллиативной хосписной помощи. И, к сожалению, каждый год число этих пациентов будет увеличиваться. Что к этому ведет? Раннее выявление заболеваний, увеличение средней продолжительности жизни, а чем больше человек живет, тем больше разных болячек появляется, и одна из этих болячек – онкология.

У нас в паллиативной помощи нуждаются не только онкологические пациенты, но и пациенты с рядом других заболеваний, которым и обезболивание, и уход необходим. И вот эту помощь надо развивать в регионах и оказывать.

Тем более что все больше и больше становится детей, нуждающихся в паллиативной помощи. Вот сейчас дошло до того, что к нам из перинатального центра уже поступают в хоспис дети. То есть ребенку всего месяц, два, три, а он уже нуждается в паллиативной хосписной помощи. Вот так.

– Что необходимо сделать первостепенно, чтобы развить паллиативную хосписную помощь в России?

– В связи с указом Президента Путина Владимира Владимировича паллиативная помощь начала развиваться практически во всех регионах, но опять же только в начальной стадии. Все-таки деньги выделяет государство очень большие, но пока они выделяются на оборудование, которое должно привязаться к койкам, и на препараты. Но чтобы, например, наркотик кто-то назначил, чтобы кто-то сделал эти инъекции, кто-то прописал схему обезболивания, для этого нужны врачи по ПМП.

Потом санитарные нормы надо изменить по оказанию паллиативной помощи, потому что на сегодня, например, выездная бригада не имеет права делать какие-то медицинские манипуляции. Я в Госдуме на пленарных слушаниях сделал предложение по пересмотру норм СанПиНа, Минздрав России поддержал. Я этому очень рад.

На самом деле пациенту лучше, когда он дома. Хорошо если финансы позволяют и физически он может находиться дома, когда есть кому за ним ухаживать. А если нет у пациента возможности такой, и ухаживать некому, и денег нет на сиделку, где этот пациент должен быть? Только в стационаре. В стационаре, где получит достойный уход, обезболивание, окружение пусть не близких, но хотя бы персонала.

– Где хосписы в России уже построены?

– В Москве, Санкт-Петербурге, Казани. Что такое хоспис? Хоспис – это медицинское учреждение стационарного типа, где тяжелобольные пациенты находятся на последнем этапе паллиативного лечения. У нас сейчас хосписами называются дома старости, две-три койки при отделении, общественные организации. Министр здравоохранения России Вероника Скворцова недавно сказала, что было 23 хосписа, и вдруг стало 73! Табличку можно прилепить куда угодно, а функционала это не несет.

– Владимир Владимирович, к вам постоянно обращаются за помощью другие города, чтобы вы помогли спроектировать хоспис, организовать паллиативную службу. Кому вы на данный момент помогаете?

– Проект казанского хосписа после посещения представителями Общественного народного фронта попросили в Москву, то есть они хотят сделать из нашего проекта эталон строительства стационара хосписа. На данный момент наш проект попросили Ижевск, Новосибирск, Киров.

Кстати, ОНФ попросил нашего врача как эксперта съездить с представителями организации в другие области, чтобы определить состояние паллиативной помощи в других регионах.

Главный детский специалист по паллиативной помощи Минздрава России Елена Владимировна Полевиченко недавно в Оренбурге на конференции по паллиативу сказала: «Казанский хоспис – золотой стандарт хосписов». Приятно это слышать – значит, мы идем правильным путем.

– Какова потребность в хосписах в России вообще?

– Хотя бы в каждом регионе должен быть один детский хоспис, один взрослый. Регионов 85, получаем минимум 170. Потому что по рекомендации Всемирной организации здравоохранения на 100 тысяч населения должен быть хоспис на 10 коек. Например, в Казани население – полтора миллиона. Значит, в Казани должен быть хоспис на 150 коек, а у нас всего 35.

– Если Вы получите мандат депутата, то это добавит работы и ответственности. Вы планируете основное свое внимание направить на работу за пределами Татарстана или по-прежнему акцентироваться на развитии в регионе?

– За пределы Татарстана я давно уже вышел. Я выезжаю в регионы, и к нам всегда приезжают учиться.

В основном, конечно, работа будет направлена на Татарстан. Улучшая свой регион, давать пример другим регионам. Вот по такой формуле надо работать. Лучше же хорошим примером давать другой пример.

Вот сейчас у нас стажировку проходят специалисты из Красноярска. Они просто в шоке от нашей работы, от того, какие специалисты у нас работают.

– Вы планируете построить хоспис для взрослых. На каком этапе сейчас все находится?

– Мы два года добивались участка земли, который мы выбрали, он оказался участком федерального значения. Спасибо Президенту Татарстана Рустаму Минниханову. После его обращения в Москву эту землю выделили под строительство хосписа на безвозмездной основе – это около РКБ почти два гектара. Мы уже концепцию проекта разработали.

А 26 февраля протокол решения пришел в Министерство строительства РТ и в Министерство земельных и имущественных отношений РТ для передачи этого участка земли нам.

Мы ждем сейчас документы на землю и сразу же начинаем строительство – планируем года за три построить.

Я уже написал письмо первому заместителю министра строительства Республики Татарстан Владимиру Кудряшову, приложил техническое задание. Просим в первую очередь разработать проект капитального забора, КПП и коммуникации. Дело в том, что проект около года будет готовиться. А для этого надо оградить территорию, подвести коммуникации, поставить КПП.

Многие строительные фирмы уже готовы сейчас помогать, выделять стройматериалы, мы пока хоть складировать начнем это всё. Учитывая, что фирмы помогают материалами, себестоимость строительства хоть немного упадет, как и при строительстве первого хосписа.

– Сколько средств собрано сейчас?

– Есть средства, собранные именно на строительство, – это порядка 30 миллионов. Есть деньги фонда, которые тоже пойдут на стройку. Мы даже свою, пусть небольшую, заработную плату тоже вкладываем в работу хосписа. Это наш образ жизни, всего нашего коллектива, это наш второй дом, который должен быть красивым, должен приносить людям положительные эмоции.

– Проект хосписа же уже готов? Как он будет выглядеть?

– Готов. Во-первых, внизу будет тридцать хосписных коек, на втором этаже тридцать коек будет гостиничного типа, койки сестринского ухода.

То есть это будет пансионат 60+, где люди смогут какое-то время пожить, может, дожить до последних своих дней в комфортных условиях, будут двухместные номера, зоны отдыха, бильярдные, душевые, прогулочные дворики, все для комфортного доживания.

Почему мы выбрали концепцию двухместных номеров? Чтобы людям не было скучно. Если человек захочет быть один, он может быть один, захочет вдвоем – будет вдвоем. Сейчас мы подписываем меморандум с французским русским домом, он находится в Париже. Это дом доживания, пансионат такой. Мы сейчас просто для начала хотя бы меморандум подпишем об обмене опытом по строительству и нахождению пациентов в таких домах.

Я думаю, что какой-то сдвиг будет, ведь доброта не знает преград, доброта не знает ни санкций, ни войн, потому что когда люди творят добро, им границы не нужны, добро распространяется именно добром.

– Владимир Владимирович, наверное, у вас часто спрашивают о прозрачности расходов и доходов. Как вы отвечаете на такие вопросы?

– Самое главное – это прозрачность расходов, чтобы люди видели, на что пожертвованные деньги потрачены. Первое – это на сайте опубликовано. Второе – Министерство юстиции, налоговая – это все прозрачно: когда людям нечего скрывать, они просто работают. Пожалуйста, приезжайте проверяйте.

Любые отчеты покажем, всё что надо. Принцип у меня такой: человек должен знать, на что идут деньги. Одна бабушка, честь ей и хвала, она постоянно шлет по десять рублей нам на хоспис, и только попробуй не выложи ей отчет, всякое же может быть – сбой в компьютере, с сервером проблемы, она следит и звонит: «Почему нет?» Мы всегда ее благодарим. Всегда все можно проследить.

Владимир Вавилов коротко сам о себе

  • Я не сторонник распыляться. Помните, раньше делали магнитофон, приемник, проигрыватель – все в одном, но ничего не работало. Вот так же и с человеком. Взялся за одну цель – делай хорошо то, что ты знаешь, тогда никто тебе в спину не скажет: «Вот, взялся не за то», не плюнет тебе в спину. 

  • Вот мое дело – паллиативная помощь, которая заключает в себе медицинскую составляющую, психологическую и духовно-социальную. 

  • Даже при планировании нового здания мы в первую очередь подумали о духовности – мы построим около здания церковь и мечеть, чтоб люди могли со стороны зайти помолиться и пациенты и родственники чтобы могли зайти. И на колясках чтобы смогли заехать, и на кровати бы мы могли пациента завезти.

  • Мы сейчас подписываем договор с Уполномоченным по правам ребенка о совместной работе. Мы хотим помогать родителям детей, которые нуждаются в паллиативном уходе, с жилищными проблемами. Мы в этом направлении работаем.

  • Ко мне многие обращаются за помощью, я даже кандидатом еще не был, а ко мне приходили по разным вопросам. Чем могу, я помогаю. Я же все-таки член Общественной палаты уже третий созыв, поэтому опыт работы есть.

  • Моя цель – помогать тем, кому никто не хочет помогать. Эта особенная черта моего характера. Потому что на некоторых людей махнут рукой, а у меня нет такой привычки, я хоть чем-то помогу. Мы, например, уже для трех семей, у которых детки больны онкозаболеванием, добились квартир. Это тоже радует.