«Сын с детства мечтал о службе»: почему контрактник-татарстанец сбежал из военной части?

В СМИ появилась информация о том, что из военного гарнизона в Чебаркуле по непонятным причинам пропадают контрактники. Тогда же стало известно, что среди сбежавших наш земляк – уроженец Бугульминского района Татарстана 22-летний Данил Золотаренко. Его родные уже почти полгода не знают, где он и почему покинул часть.

«Мой сын не дезертир!»

«За полгода ни одной весточки. Он обещал решить все свои проблемы, все уладить, хотел служить дальше. Он мечтал поступить в военное училище после 9 класса, но тогда у нас не было средств на его обучение, я воспитываю троих сыновей одна. Но Данька не отчаялся, сказал, что все равно будет служить. Он даже диплом не успел получить, в тайне от меня прошел медкомиссию и ушел в армию. Так сильно он грезил о службе, практически с детского сада», — вспоминает мама Вера.

Военнослужащий бесследно исчез осенью прошлого года, но искать его начали только в январе 2020-го. Его мама — Вера Золотаренко объяснила, что сын часто бывал на учениях, и как раз в такие периоды мог по несколько недель не выходить на связь.

«Мы раньше жили в Бугульминском районе, в поселке Подгорный. Летом 2017 сына призвали в армию, в то же время мы переехали жить в Краснодар. В Бугульме у меня осталась мама. Уже летом 2018 года Данька решил подписать контракт в танковой дивизии (в/ч 89547) в Чебаркуле. Там он познакомился с девушкой, у них в декабре прошлого года родилась дочь. Но ровно за три месяца до этого события он пропал, сказал девушке, что должен быть в части, но никак с нами не связывался, это нас и насторожило», — рассказала женщина.

По ее словам, Данил ни разу не был в Краснодаре, в конце лета прошлого года он съездил в отпуске к бабушке в Бугульму, однако поехал не на поезде, а автостопом — объяснил, что потерял паспорт. В августе он вернулся в часть, продолжил службу.

Вера рассказала, что однажды сын на какое-то время перестал с ней выходить на связь. Женщина сразу же позвонила в часть, где ей сказали, что Данил на учениях. Для военнослужащего учения — частое явление, поэтому мать тогда не стала беспокоиться.

«В марте 2019 была такая ситуация, что Данька не выходил на связь. Мы тогда с ним серьезно поговорили, он сказал, что у него проблемы, что он в скором времени переведется в другую часть и службу не бросит. Я ему говорила, что, если служба — это не его, то не поздно все бросить. Но он был без ума от службы, с таким энтузиазмом рассказывал про танки, у него глаза горели, настолько ему нравилось в армии», — вспоминает женщина.

И вот ситуация повторилась в октябре 2019-го, Данил перестал звонить маме, не брал трубку — словом, снова исчез. Мать первым делом позвонила невестке, но узнав, что и дома он не появлялся, забила тревогу.

Спустя какое-то время Вере позвонил из части замполит и сказал, что ее сын не выходит на службу и спросил, не прячется ли он у нее. Тогда же он сказал, что у Данила есть некие проблемы, только какие именно, никто не знает.

«В ноябре все также не было ни одной весточки от сына, тогда я уже начала волноваться еще сильнее. Мне командиры Даньки посоветовали не поднимать шумиху, якобы я могла еще сильнее усугубить его ситуацию. „Дисбат — это не шутки, это не обычная тюрьма, всякое может случиться“, — сказали мне тогда», — вспоминает Вера.

Рассматривалась версия о том, что Данил сбежал с другом в Башкирию, были предположения, где именно его искать. Матери Данила посоветовали не поднимать шум и пообещали во что бы то ни стало найти парня.

Но материнское сердце не выдержало — в январе 2020 года Вера приехала в Чебаркуль и самостоятельно начала искать сына. Как выяснилось, Данил пропал еще 3 октября, и все это время о его местонахождении никому не было известно.

«Выходит так, что мне не говорили о его исчезновении. Все думают, что он прячется у меня или у жены, хотят выставить его дезертиром. Но я-то знаю, что он не мог исчезнуть просто так», — говорит женщина.

Приехав в Чебаркуль, женщина узнала, что ситуация сложилась так, что у приезжих контрактников неизвестные регулярно вымогают деньги, заставляют оформлять на себя займы под огромные проценты.

Суммы вроде небольшие, рассказывает женщина, но с течением времени процент набегает приличный и человек попадает в долговую яму. Как оказалось, Данил уже полгода не приносил в семью деньги. Выяснилось, что прошлым летом его избили и отобрали зарплатную карту. Об этом знала девушка Данила, но не осмелилась рассказать кому-либо — Данил велел молчать.

Вера вспоминает, что, когда она приехала в Чебаркуль, узнала, что сына уже разыскивает военно-следственный отдел. Следователь тогда сказал ей, что про розыск Данила ей ничего не могут рассказать в интересах следствия.

«Меня подозревали в том, что я прячу у себя в Краснодаре сына. Мне что, делать нечего? Зачем мне тогда было ехать, оставлять работу, отпрашивать младшего сына со школы?» — говорит Вера.

Взволнованная мать ходила в прокуратуру в Миассе, требовала, чтобы взяли заявление на розыск сына, везде, по ее словам, ей отвечали одно и то же — якобы поисками не занимаются. Вера обзвонила все инстанции, связалась даже с поисковым отрядом «Лиза Алерт», где ей посоветовали распространить информацию о сыне в соцсетях, но просили не указывать, что он военнослужащий.

Вера пробыла в Чебаркуле неделю, после поехала в Бугульму, но и там она не получила никакой информации о Даниле. Женщина обратилась в комитет солдатских матерей.

Из соцсетей Вера узнала о том, что из чебаркульского гарнизона пропал еще один контрактник — 23-летний Наиль Кидрячев из Башкирии. Тогда-то женщина связалась с его родителями и узнала, что происходит в этом военном гарнизоне.

«Я узнала от Земфиры (мамы Наиля Кидрячева), что сын неоднократно жаловался ей на издевательсва и на поборы на службе. Людей попросту вгоняли в долги, якобы весь этот процесс контролирует некая группа дагестанцев. Человек стоит у банкомата, его там же подкарауливают и грозятся отобрать всю зарплату. Что это вообще? Как такое можно допустить?» — негодует женщина.

Следователи по-прежнему советуют матери Данила не устраивать переполох, сама женщина считает, что ее сына настолько сильно запугали, что он спрятался и за все это время ни разу не попытался связаться с родными.

«Он у меня не трус, он может за себя постоять. Но он рос спокойным, неконфликтным парнем, у него никогда не было таких проблем, возможно, он просто растерялся в этой ситуации», — рассуждает женщина.

Вера вспоминает, что сын всегда был очень ответственным, а узнав, что в скором времени станет отцом, летал как на крыльях. По словам женщины, в их семье, где растут три сына, новость о скором рождении внучки стала полной неожиданностью.

«Он ведь молоденький совсем, я, конечно, сказала, что рановато еще, но он так был счастлив! Он говорил мне: „Мама, у меня будет дочка, представляешь, дочка!“ Но он даже не успел расписаться со своей девушкой, пропал еще за несколько месяцев до рождения ребенка», — вспоминает женщина.

Гражданская жена Данила Анна рассказала, что в сентябре 2019 года, приехав в часть, она стала свидетелем того, как командир части пообещал ее мужу поговорить с кредитором и уговорить его снизить проценты по долгу. Но при этом парень в любом случае должен был расплатиться. Паспорта у Данила при себе не было, утверждает девушка. По ее словам, Данил взял у кого-то деньги в долг на свои нужды, но за короткий срок набежали большие проценты. 12 сентября Данил посадил девушку в автобус до дома, а сам остался в части. После этого он уже не выходил на связь.

«Я думала, Данил решил разорвать отношения. Я не стала навязываться. Не думала, что все настолько серьезно. В начале октября мне позвонили из части, спрашивали, не у меня ли Данил прячется. Очень волнуюсь за него, лишь бы живой нашелся, решили бы все эти проблемы», — говорит девушка.

Совпадение?

История с башкирским контрактником Наилем Кидрячевым, к слову, развивалась по такому же сценарию.

Земфира Кидрячева рассказала изданию URA.RU, что ее сын самовольно покинул расположение части, не выдержав долговых обязательств. Якобы у Наиля постоянно вымогали деньги, систематически обижали, из-за чего парень был вынужден снимать жилье за пределами части.

По информации URA.RU, в 2019 году ФСБ сообщило о том, что были вычислены члены преступной группы, годами отбиравшие деньги у военнослужащих чебаркульского гарнизона. Возглавляли ее выходцы из стран СНГ и Северного Кавказа — когда-то они отбыли там срочную службу, а после остались и занялись рэкетом. У неместных военнослужащих, не имеющих никакой поддержки, спокойных и податливых, они требовали деньги, смартфоны и ценные вещи. В целях оказания психологического давления у ребят отбирали документы и зарплатные карты.

От следователей Вера узнала, что военным контрразведчикам удалось выявить 17 потерпевших, а в ноябре 2019 года в Чебаркуле арестовали двоих военнослужащих, вымогавших деньги у сослуживцев.

Мать Данила Золотаренко задается вопросом, почему ее сына выставляют дезертиром, ведь он знал, куда идет служить, знал, что такое армия. Женщина убеждена, что ее сын добровольно ни за что не отказался бы от службы, а сбежал, устав от давления и угроз.

«Я очень хочу во всем этом разобраться, в первую очередь, хочу найти сына. Верю и надеюсь, что с ним все хорошо», — говорит женщина.

Вымогали или сам влез в долги?

По данным издания URA.RU, истории, когда из чебаркульского гарнизона пропадают военнослужащие, случаются периодически. Помимо Данила Золотаренко и Наиля Кидрячева, в октябре пропадал 20-летний контрактник из Оренбурга, а в ноябре — 22-летний военнослужащий из Пермского края. Стоит подчеркнуть, все они приехали в Чебаркуль из других регионов.

Новость об исчезновении военных мгновенно разлетелась по всем уральским пабликам. Пользователи комментировали ситуацию по-разному: кто-то был уверен, что в Чебаркуле все спокойно и ситуация надумана, но нашлись и те, кто сам сталкивался с подобной ситуаций.

«Да бред сивой кобылы! У меня муж контрактник и ничего подобного там нет. И тем более дедовщины! Походу парняга задолжал кому-то много и решил потеряться!» — пишет Наталья Г.

«Когда муж служил еще не здесь, в другом регионе, очень тогда популярно было обращаться в микрозаймы. Проще в такой ситуации просто „загаситься“ и дать телефон своего непосредственного командира, тогда и начиналась такая долбежка по долгам. У мужа тьфу-тьфу здесь в подразделении никто не бегает и, слава богу, потому что это лишняя головная боль. Мы подобное проходили в другом гарнизоне. Бывало даже такое, что вместе собирались и искали по адресам подчиненных, которые забили на службу, чтоб быстрее их уволили», — пишет Яна Д.

Анатолий Александров — бывший военнослужащий одной из частей в Забайкальском крае рассказал свою историю. По его словам, такая практика рэкета действительно существует. Если человек сам в состоянии дать отпор, а не поддаваться угрозам, то от него отстанут.

«Как-то раз в день зарплаты на выходе из банкомата ко мне подошли трое парней, я сразу смекнул, что все, сейчас либо добровольно я должен буду отдать кровно заработанные, либо мне влетит. Сказали прямо: „Смотри, в этой жизни со всеми надо делиться, смекнул?“ Смекнул, конечно. Объяснил, что я могу за себя постоять и под кого-то подстраиваться не собираюсь. Обратился даже к командиру. На всякий случай, но сумел самостоятельно выкрутиться без особых последствий, больше вопросов ко мне не было. Тут ведь как себя поставишь, как покажешь свой характер. Но уверен, что рэкет в отношении молодых военнослужащих действительно существует», — рассказал Анатолий.

Такую же точку зрения высказал в беседе с ИА «Татар-информ» офицер одной из дальневосточных частей, который просил не указывать в репортаже его имя. Мужчина считает, что поборы среди военнослужащих — явление частое, но причины самые разные.

«Очень часто бывает так, что контрактники по собственной воле влезают в долги, потом не справляются с выплатами, начинают прятаться. Бывает и так, что действительно у военнослужащих, прибывших издалека, не имеющих никакой поддержки, начинаются подобные проблемы. Все ведь от характера зависит: мягкие неконфликтные парни больше подвержены моральному давлению со стороны более психологически устойчивых товарищей», — рассказал офицер.

По мнению собеседника агентства, у военнослужащего всегда есть возможность решить свои проблемы. Для этого необходимо обратиться либо к непосредственным командирам, либо в военную прокуратуру, либо в военно-следственный комитет.

«Вообще есть понятия „дезертирство“, „невыход на службу“, и „самовольная отлучка“. Последнее понятие применимо в отношении солдат-срочников, „невыход на службу“ касается контрактников — когда без объяснения причин они отсутствуют на работе до 10 дней. По истечении этого срока наказание обычно выносится в административном порядке. К примеру, это может быть выговор или арест на гауптвахту. Если же человек более 10 дней не появляется на службе без объяснений, встает вопрос о возбуждении уголовного дела», — приводит пример военнослужащий.

«Главное, чтобы нашелся!»

На днях от источника URA.RU стало известно о том, что пропавший месяц назад Наиль Кидрячев нашелся — он сам пришел в часть. На данный момент военные проводят разбирательства, выясняют, при каких обстоятельствах Кидрячев покинул расположение части. Также известно, что 12 февраля его уволили со службы в связи с невыполнением им условий контракта. Сейчас он находится в отпуске, после будет исключен из списков части. Вопрос о возбуждении в отношении него уголовного дела пока не поднимался.

Мама Данила рассказала, что она посоветовалась с военным юристом и уже написала письмо в Министерство обороны РФ.

«Я хочу, чтобы мне помогли найти сына! Хочу придать огласке всю эту ситуацию. Хочу выйти на все федеральные каналы. Я уже полгода не знаю, где мой сын, жив ли он! Пусть перестанут уже об этом умалчивать, парни же целенаправленно идут служить, зачем им отравляют жизнь?!» — рассуждает женщина.

Уважаемые читатели, мы обращаемся к вам! Если вы знаете, где может находиться Данил Золотаренко, просим сообщить его матери. Почти полгода родные военнослужащего ничего не знают о его местонахождении. Не знают даже, жив ли он. Номер телефона матери Данила 8-900-294-32-98