«Что пишут»: анализ трагедии в Казани от Пивоварова, «еще один бог», откровение директора 175 школы

Связано ли прошлогоднее самоубийство другого студента ТИСБИ с недавней расправой в казанской школе, способна ли система предотвратить школьные трагедии, что произошло в казанской гимназии из рассказа ее директора – в Sntat наиболее интересные материалы российских СМИ о Казани.

История еще одного студента ТИСБИ

Год назад, 10 мая, практически в один день с трагедией в казанской школе № 175, совершил суицид 17-летний студент колледжа ТИСБИ Даниил Андреев. Он был шумным, гиперактивным ребенком, а после школы стал замкнутым, надел черную одежду и говорил, что не хочет жить, рассказала RT мать погибшего, Наталья Андреева. У Даниила пропало желание ходить в колледж, говорил о неприятностях там, он закрылся, от сеьми, конфликтовал дома, просиживал ночами за компьютером, с кем-то общался, интересовался оружием. После попытки самоубийства в психиатрической клинике парень не признался врачам в том, что его мучило, а пытался спрятаться от своих проблем, считает Наталья. Говорил, что он – бог, зло, демон, сам все решит – те же слова, которые женщина услышала от Галявиева (Галявиев устроил массовый расстрел в 175-й школе 11 мая). Андреева утверждает, что студенты знают про группы смерти, где подросткам угрожают, об этом боялся говорить Даниил. Она уверена, что следствие не открывало телефон ее ребенка. Даниил именно в нем оставил всю информацию: чем интересовался и предсмертную записку. Уголовное дело Даниила закрыли, считали, что он покончил собой из-за несчастной любви. Сейчас женщина обратилась в следственные органы с заявлением возобновить дело сына. Ей пообещали, что будут выяснять, существует ли взаимосвязь между двумя случаями.

Почему не избежали трагедии?

Была ли в Казани допущена критическая ошибка, в результате чего случился массовый расстрел в 175-й школе? Может ли быть построена система, которая способна выявлять потенциальных преступников, эти вопросы задает Алексей Пивоваров в своем фильме в программе «Редакция» на YouTube. Журналист с психологами пытается проанализировать, почему люди не сообщили о человеке с ружьем на улице. Кто-то боится, кто-то не доверяет полиции, у кого-то позиция – «моя хата с краю». Безразличие может допустить трагедию. Пройти в школу свободно нельзя, инструкции здесь все соблюдаются, но убийцу закрытые двери не сдержали. В фильме приводится в пример школа в Израиле, которую охраняют два вооруженных охранника. Депутат Госдумы РТ Александр Хинштейн приводит подсчеты: 26 тыс. росгвардейцев не хватит на 42 тыс. российских школ. Он сообщил также, что ужесточение контроля за оборотом оружия в стране идет, законы постепенно принимаются. Агрессия в подобных случаях, как правило, - отложенная месть, говорят психологи. В наших школах не хватает таких специалистов. Директор израильской школы ответил, что в его учреждении с 1 тыс. учеников работают 4 психолога и еще два нештатных. После трагедии люди говорят, не надо бояться водить детей в школу, не надо терять свое достоинство.

 «Авторитарность» спасла десятки жизней

Директор 175-й казанской гимназии Амина Валеева поминутно вспоминает события страшного утра 11 мая, когда 19-летний Ильназ Галявиев совершил чудовищное нападение на школу. Руководитель не планировала приходить в этот день на работу, но коллеги хотели поздравить ее с днем рождения. И Амина Валеева подошла буквально за несколько минут до трагедии. Она мгновенно среагировала на непонятные звуки в школе и приказала оставаться своим замам в кабинете, а по школьному радио объявила, чтобы все оставались в классах и заперли их, рассказала директор в интервью «Бизнес-online». Только два класса пока по непонятным для Амины Валеевой причинам остались открытыми. Как выяснилось, дети в панике и страхе выпрыгивали из окон, когда опасность уже миновала, не понимая, что происходит в коридорах здания. Но никто не ответит, было бы лучше, если бы ученики открыли двери, чтобы оценить ситуацию, рассуждает директор школы.

Она еще не успела поговорить со всеми коллегами и постепенно восстанавливает картину произошедшего. Галявиев не был ни среди отличников, ни в «группе риска». Директор не понимает его мотивов. Она предполагает, что нападавший на школу перестал стрелять, потому что у него наступил «лимит жестокости». После ареста убийцы Валеева сама проходила по классам, учителя и дети открывали двери на ее голос. Директор школы знает, что о ней отзываются как об авторитарном руководителе, не все ее одобряют. Переживая горе, что не смогла уберечь детей и учителей, она сообщила, что в любой момент готова уйти из школы, понести наказание, если заслуживает того. Ожидая негативные комментарии, она два дня не могла заглянуть в телефон. Но когда открыла его, увидела слова соболезнования и поддержки. Сообщения и письма шли из разных уголков страны.