«Пострадавший должен чувствовать защиту, а подозреваемый — закон»: как работают следователи Казани

Можно ли доказать вину человека в преступлении только по его голосу? Как сказалась пандемия на работе следователей? Как установить контакт с преступником? Об этом в интервью ИА «Татар-информ» рассказала заместитель начальника Следственного управления УМВД России по Казани Анна Гурьянова.

С чего началась ваша работа в полиции? 

Я начинала свою работу с должности следователя. Мне казалось интересным восстанавливать события и понимать, почему человек решился на то или иное преступление. Каково было мое удивление, когда первое расследуемое мной дело было возбуждено на моего знакомого, с которым я училась в одной школе. Он знакомился на вокзале с девушками, приглашал их в отель и обкрадывал. На вопрос: «Зачем ты это сделал?» он отвечал, что они сами соглашались с ним идти. 

С чего начинается расследование уголовного дела?

Все начинается с подачи заявления пострадавшего. Затем по результатам проверки мы принимаем решение, нужно ли возбуждать уголовное дело. Если состав преступления есть, мы начинаем допрашивать пострадавших, свидетелей, запрашиваем необходимую информацию. После этого у нас появляется подозреваемый — следователь начинает работать с ним. Очень важную роль играет личность преступника — от этого зависит даже мера пресечения, которая будет ему избрана. 

Какие преступления сейчас происходят чаще?

На особом контроле у нас сейчас находится мошенничество. Методы аферистов стали куда изощреннее и, так скажем, технологичней, потому что подключают IT-технологии. Например, недавно мы расследовали дело — молодой человек знакомился с женщинами на различных сайтах. В основном выбирал матерей-одиночек, потому что они менее защищены. Затем он втирался к ним в доверие и говорил, что ему нужны деньги на операцию или для поездки к ней. Одна из девушек даже заложила свою квартиру, чтобы отдать ему деньги. 

Мы его быстро нашли, однако вину мужчина не признавал. Одна из девушек записала разговор по телефону с ним, поэтому мы пытались заполучить образец его голоса. Он даже на избрании меры пресечения говорил шепотом. Благодаря смекалке нам удалось записать его голос и доказать его вину. Сейчас он уже отбывает наказание. 

Таких преступлений, как кражи, грабежи, разбои, становится меньше, но они все-таки случаются. Из последних историй могу вспомнить разбойное нападение в цветочном магазине.

Мужчина в маске ворвался в киоск, ударил женщину и выхватил у нее сумку и телефон. Видеозаписей с камер не оказалось, но эксперты и следователи очень хорошо сработали на месте преступления. Пострадавшая рассказала, что слышала звук от шин автомобиля. Недалеко от киоска мы действительно нашли следы авто. 

Кроме того, в квартале от места преступления кинологи нашли украденную сумку, на ней обнаружили ДНК преступника. Вскоре мы задержали двоих мужчин, но вину они не признавали. Более того, нашлись свидетели, которые предоставили им алиби — якобы в момент преступления они были в бане. Но во время допроса выяснилось, что свидетели не могут подробно вспомнить детали того дня и путаются в показаниях. Кроме того, по камерам мы установили, что машина подозреваемых проезжала недалеко от места преступления. В итоге дело было направлено в суд, сейчас мы ждем его решения. 

Сложно ли следователю выстроить контакт с участниками дела? 

Нужно уметь правильно разговаривать с человеком. Пострадавшего важно успокоить и дать понять ему, что он не один. Только в доверительной беседе человек расслабляется и начинает вспоминать детали преступления. На самом деле в нашей работе очень многое зависит именно от них — для обычного человека это неважно, но для нас это может быть значимой зацепкой. 

У вас бывали такие случаи, когда маленькая деталь помогла раскрыть преступление?

Недавно к нам поступило дело, где пострадавшими оказались две бабушки, обманутые цыганкой. Оказалось, что она живет за пределами Татарстана. Мы выехали, привезли ее сюда и допросили. Все шло хорошо, пока к нам не приехал их барон и не привез ее сестру, которая была похожа на подозреваемую как две капли воды. Но нам помогла одна из бабушек — она вспомнила, что у обманувшей ее цыганки были серьги. У привезенной сестры уши оказались не проколоты — такая маленькая деталь помогла нам довести дело до конца.

В пандемию всем приходится носить маски. Стало ли сложнее устанавливать личности преступников?  

В большинстве случаев опознание подозреваемых мы проводим в маске. Задача пострадавших усложнилась — теперь они должны определить преступника по глазам, походке или голосу. 

Подобный случай у нас был недавно. Во время допроса пострадавший рассказал нам, что уже видел этого человека. Мы посмотрели записи с камер видеонаблюдения и поняли, что за день до преступления неизвестный караулил свою жертву около подъезда. В этот момент он был без маски, поэтому мы установили его личность и задержали.

Что бы вы хотели пожелать своим коллегам в ваш профессиональный праздник — День сотрудников следственных органов? 

Я хотела бы пожелать коллегам и их близким здоровья, семейного благополучия и, конечно, отличной службы. В нашей профессии важно, чтобы пострадавший чувствовал защиту, а подозреваемый — законность. Быть иначе не должно.