Тысячный заболевший COVID-19 в Москве: «Я не верил этому вирусу, считал, что это выдумки»

Раян Ахмедзянов, как он сам утверждает, тысячный заболевший коронавирусом житель Москвы. Он один из немногих, кто отважился открыто рассказать о своей болезни и ведет об этом свой блог. «Татар-информ» пообщался с москвичом.

«Врачи работают сутками»

«Я всегда был одним из "неверующих" в коронавирус людей, да и вообще никогда не верил в серьезность какого-либо заболевания: когда у меня поднималась температура, я продолжал ходить на работу и придерживался мнения "само пройдет"», — пишет Раян. ⠀

«Многие меня спрашивают, как я заразился. Одна из главнейших причин — мое неверие и халатное отношение. Кроме того, я также подвергал риску всё свое окружение: родных, близких, сотрудников и т. д. После того как у меня поднялась температура, я по своему обыкновению продолжал ездить на работу. ⠀

На третий день я почувствовал сильное недомогание и остался дома. Только на следующий день я вызвал врача. Он меня осмотрел, взял тест (хорошо, что я недавно побывал за границей, иначе  бы тест у меня не взяли).⠀

Ровно через 4 дня мне позвонили и сообщили о положительном результате теста на коронавирус, а через полчаса приехала "Скорая". Даже после всего этого я продолжал не верить, и, когда приехали медики, я просил их оставить меня дома. Но, естественно, они мне отказали, так как температура была 38,7. И вот я уже собираю вещи, выбрасываю скоропортящиеся продукты из холодильника, и меня отвозят в изолятор. ⠀

Первый день в изоляторе был достаточно тяжелым: я сильно потел, просыпался от пота и кашля каждые два часа, тяжело было даже вздохнуть. На следующий день пришли подтверждения о моих осложнениях: оказалось, у меня двустороннее воспаление легких.

Сейчас мне по-прежнему тяжело вздохнуть, но температура уже спала, так как мне дают мощные противовирусные. Утром просыпаюсь с ощущением слабости, кашель до сих пор есть. Но я не теряю позитивный настрой и верю, что скоро всё пройдет! Читая комментарии поддержки, я быстро прихожу в себя. ⠀

Больница, в которой я лежу, сейчас переполнена: за два дня привезли более 600 человек. Мой этаж переполнен, не хватает банально даже капельниц (дают одну капельницу на двоих). Сегодня я видел, как везли женщину на каталке без сознания.

Палата двухместная, болею вместе с соседом. Ему 63 года, поэтому лечение продвигается хуже, чем у меня. Сегодня ему стало совсем плохо.

Врачи работают сутками на износ. Ситуация действительно серьезная, скоро так будет во всей Москве. Поэтому, пожалуйста, соблюдайте все меры предосторожности, оставайтесь в самоизоляции! В первую очередь, не соблюдая всех мер, вы подвергнете риску старшее поколение! Молодые легче переносят вирус, и то были смертельные случаи. Повторюсь, оставайтесь дома! Реальность серьезнее, чем кажется. Берегите себя и своих близких!»

«Стараюсь быть на позитиве»

— Раян, расскажите пожалуйста о себе, кто вы, чем занимаетесь.

— Я татарин по национальности, родом из Кисловодска, живу в Москве, сейчас у меня свое креативное агентство «Раян-Медиа». Родился я в 1992 году скромной, обычной семье, отца не было, мама Элеонора воспитывала одна. До 20 лет я жил с ней в одной комнате. потом 6 лет назад я приехал в Москву, работал на стройке сварщиком, жил в строительных вагончиках. Потом я открыл свой бизнес.

— Вы знаете, где заразились?

— Как я уже писал в блоге, заразился я по причине своей халатности, потому что не верил этому вирусу, считал, что все это выдумки. Я был за границей, но не думаю, что из-за этого. В начале марта я был в Южной Африке, но, скорее всего, я заразился в Москве. Несмотря на то что у меня температура, ходил на работу, не надевал маску и заразил других людей — своих коллег. Это всё из-за моей беспечности.

— А как вы именно заразились, есть ли у вас какие-нибудь предположения?

— Нет. Это могло быть где угодно.

— В торговых центрах… или как?

— Да, вполне может быть. Взялся за ручку такси — и готово.

— Какие у вас симптомы?

— Из симптомов — высокая температура, ломота в теле, тяжело дышать. Больше ничего нет. Сейчас состояние стабильное.

— Вас уже сейчас лучше?

— Да. Сейчас я иду на поправку. И через неделю, надеюсь, меня выпишут.

— Раян, судя по всему, вы и сейчас кашляете.

— Да, сухой кашель, но уже лучше.

— Когда вы начали болеть?

— 25 марта. Вот уже две недели.

— Кто вас лечит? Врачи в «скафандрах»?

— Да, в спецодежде, но лечат нас самые обычные врачи. Это переоборудованная городская кардиологическая больница № 15. Я вот спрашивал лечащего врача — оказалось, что он раньше работал самым обычным кардиологом.

— А врачи что-то обнадеживающее говорят?

— Нет, они ничего не знают. Я одного врача спрашивал, когда будет пик или спад эпидемии, она ответила: «Если бы я знала что-нибудь, то сегодня же выступала об этом по телевидению».

— Как вас лечат?

— Ставят систему, дают антибиотики. Те, которые дают при СПИДе, гепатите B, — «Калетра», остальные уже не помню.

— Везде говорят, что надо пить воду. Вам тоже это говорят?

— Да, нам тоже ежедневно 1,5 литра чистой воды дают. 

— По телевидению мы видим страшные кадры. На самом деле это так?

— Я могу сказать только то, что заболевших очень много. В этой больнице уже не хватает мест. Но я не могу сказать о других. Единственное, что я могу сказать, тут пожилому человеку стало плохо и он потерял сознание. Мы с мужчинами из других палат его на руках занесли в палату. Еще одна пожилая женщина потеряла сознание. А так мы не выходим из палаты, нам строго-настрого запрещено выходить даже в коридор. Лежим в своих палатах.

— Свидания, получение передач запрещены?

— Да, контакты запрещены полностью. Кормят нас очень хорошо, три раза в день в закрытых контейнерах приносят еду. Я слышал, что в некоторых регионах заболевшие живут только за счет родственников. Но в Москве не так.

— А у вас крепкое было здоровье, иммунитет у вас был хороший?

— Да. Не жаловался.

— Вы курите? Ведь говорят, что курящие в зоне риска…

— Нет, я некурящий.

— Есть кадры, как люди, у которых обнаружен вирус. убегают от врачей. Как думаете, почему? В больнице так страшно?

— Это от внутреннего ощущения свободы. Человек и взаперти может чувствовать себя свободным, а некоторые и на свободе чувствуют себя закрытыми. Я на позитиве, таких психологических проблем я не испытываю.

— Раян, про коронавирус говорят, что это заболевание элиты — мол, заболели люди, которые отдыхали в Куршевеле, в Италии. Вы как думаете?

— Я, скорее всего, не соглашусь с этим, потому что ездить за границу сейчас могут позволить себе многие, даже студенты. Если взять в масштабах страны, то можно назвать их… средним классом.

— А кто сейчас поступает в больницу, их всех можно назвать средним классом или элитой?

— Нет. Поступают и самые обычные люди.

— А где они заразились, как думаете?

— Да где угодно это могло быть. Вирус очень заразный.  

— Вы пишете, что ваш сосед по палате чувствует себя хуже, чем вы.

— Да, он чувствует себя хуже.

— Некоторые люди пишут, что вы ведете блог ради хайпа.

— Нет, это не ради хайпа. У меня двухстороннее воспаление легких. Тем более с точки зрения бизнеса мне не очень самому выгодно говорить о своих болезнях, но, несмотря на это, я готов рисковать ради других.

Я сам по себе позитивный человек. Я сначала тоже думал, надо ли это обнародовать, но все-таки решил, что надо рассказать о ситуации, чтобы люди себя берегли. Нет, это не хайп. Я сам не верил этому, поэтому я всех предостерегаю от контакта с людьми и призываю к самоизоляции. Так как мы, молодые, переболеем, а вот взрослому поколению будет несладко.

Я не «жертвлю» и не теряю позитивный настрой. И слава богу, у меня организм оказался крепким. И врачи лечат хорошо. Не падаю духом и не паникую.  

— Как восприняли ваши близкие эту ситуацию? Есть ли те, которые перестали общаться, боясь заразиться?

— Нет, все поддерживают. И если посмотреть, комментариев тех, кто меня поддерживает, больше, нежели тех, кто оставляет негатив.

— А что бы вы посоветовали остальным?

— Соблюдайте меры предосторожности. Ходите в масках, чаще мойте руки. Старайтесь быть на позитиве.