Импровизационный спектакль «16+»: бесконтактное насилие, или нейронные связи от Туфана Имамутдинова и Нурбека Батуллы

В театре Кариева завершила свою работу лаборатория «Импровизация в театре», организованная творческим объединением «Калеб». Занятия под руководством молодых хореографов и режиссеров шли в течение трех месяцев. Похоже, результат получился довольно спорный. Корреспондент ИА «Татар-информ» Рузиля Мухаметова посмотрела первый импровизационный спектакль в Татарстане и делится впечатлениями от увиденного.

О намерении организовать лабораторию «Импровизация в театре» представители объединения «Калеб» и театра Кариева сообщили на пресс-конференции в ИА «Татар-информ». Объясняя замысел проекта, хореограф Кариевского театра, обладатель «Золотой маски» и один из педагогов лаборатории Нурбек Батулла наглядно показал, что же это такое – импровизация. Его чрезмерно свободное поведение кого-то позабавило, а кто-то был шокирован увиденным.


«Настоящее творчество начинается с импровизации»

«Создавая этот проект, мы решили поделиться своим опытом, – прокомментировал Нурбек Батулла. – Импровизация – это демократичность, там и роль режиссера меняется, там нет привычного нам режииссера. Но все же есть какие-то приемы, упражнения. Мы думаем, что импровизации можно научиться. Настоящее творчество начинается с импровизации. Жизнь сама по себе импровизация, мы не знаем, что произойдет в следующий момент».

Поэт Йолдыз Миннуллина пояснила, что импровизация, хоть она и предполагает свободу, все же имеет какие-то границы и точки. Одной из таких точек авторы видят итоговую постановку под руководством российского актера и режиссера, выпускника Санкт-Петербургской академии театрального искусства, лауреата премии «Золотой софит» Андрея Феськова.

«Возможно, получится интересный проект. Сначала у нас была задумка – проводить «Калеб-баттлы», состязания между театрами, поэтами, композиторами. Из таких мероприятий новый продукт не появляется. Для участника польза от него не очевидная, она не учит чему-то новому, просто действует в рамках имеющихся знаний и навыков. Мы решили превратить это в лабораторию, хотим попробовать сделать какой-то новый продукт», – рассказала Йолдыз Миннуллина. 

На пресс-конференции хореограф Марсель Нуриев поделился своим пониманием задачи импровизационного действа. «Это попытка понять границы своего тела. Как далеко ты можешь зайти и есть ли этому границы? Это заново открывать себя. Американский хореограф Тив Пэкстон нашел этот путь. Это уже не просто контактная импровизация, это философия жизни», – отметил он.

«Иногда хотелось бросить»

Таким образом, 24 февраля начались занятия. Основам импровизации участников лаборатории учили педагоги Нурбек Батулла, Туфан Имамутдинов, Марсель Нуриев. Кроме того, с актерами по оригинальной технике занимался педагог и режиссер Ильдар Мусин, учил их внутренней свободе.

Актриса Кариевского театра Лилия Низамиева после одного из тренингов призналась, что курсы помогают ей открывать профессию заново. «Мне интересен этот новый прием. Для меня актерская профессия уже становилась не такой интересной, как раньше. Значит, мне было необходимо открывать профессию с новой стороны. Много было моментов, когда мы не понимали, иногда и бросить хотелось. Но нельзя оставлять на полпути. Я как педагог это понимаю, но не могла избавиться от впитавшегося в тело стереотипа».

Профессиональные артисты обучались на тренингах лаборатории, однако в итоговом импровизационном спектакле они не участвовали.

Информация из Википедии: Театр импровизации – вид театра, спектакли которого создаются методом импровизации.

«Первобытные люди» на сцене

Итак, 22 мая зрителю был представлен импровизационный спектакль «16+», который стал третьим этапом работы в лаборатории.

Среди зрителей в Малом зале театра можно было увидеть министра по делам молодежи РТ Дамира Фаттахова – руководимое им ведомство оказало финансовую поддержку проекту, а также поэта Рузаля Мухаметшина, председателя Всемирного форума татарской молодежи Табриса Яруллина, литературоведа Миляушу Хабетдинову и других.

Стоит отметить, что это был первый импровизационный спектакль в Татарстане, представленный в стенах государственного театра. И этот спектакль назывался «16+».

Что это означает? «16+» – это еще не «18+». Если какие-то трагические случаи, то без натуралистичного их изображения. Если намек на интимные отношения, то без демонстрации действий сексуального характера, а если ненормативная лексика, то укладывающаяся в рамки цензуры. Это никак не 18+.

Одним словом, и название, и тема, и направление спектакля – 16+. Каждый понимает по-своему, решает по-своему.

Что мы увидели? На первый взгляд, хаос артистов в зрительном зале, если хорошо подумать, является абстракцией. Жизнь человека до того, как он додумался прикрыть интимные места фиговым листом. Будто участники, разрушив культурные основы, вернулись в первобытные времена.

Отсутствие определенного языка у спектакля – также намек на докультурное состояние человека. Это ведь импровизация – каждый доносил то, что хотел, на том языке, который он захотел использовать. Звучали и русский, и татарский языки. То есть спектакль не имеет каких-то национальных особенностей.

Фотограф и хореограф, педагог лаборатории Марсель Нуриев всего несколькими движениями в ходе спектакля показал, что импровизация тоже может быть профессиональной. Его «танец» настолько выделялся – можно сказать, блистал крупицами золота среди окружающего его дикого движения. Массовка вокруг Марселя хорошо подчеркивала это противопоставление. Но Марсель на сцене побыл недолго, задал тон начинающему разваливаться действу и прошел к зрителю.

Представление продолжалось. В какой-то момент зазвучали матерные слова – это актеры читали стихотворение, приправленное нецензурной лексикой. Возможно, это уже была некая грань – часть зрителя ушла из зала. В защиту организаторов могу сказать одно: это стихотворение звучало не из уст актера, а возможно, вошедшего в образ зрителя.

Позже в социальных сетях появилось видео, где кураторы лаборатории Нурбек Батулла и Туфан Имамутдинов извиняются за нецензурные слова, прозвучавшие в спектакле.

«Сегодня во время импровизационного спектакля «16+» в театре Кариева прозвучал мат. Мы хотим взять ответственность за это на себя и извиниться перед всеми, кого это могло оскорбить или ранить. Нам искренне жаль, но так как это была полная импровизация, то случилось то, что случилось», – написали они. Это заявление также поддержал куратор спектакля Андрей Феськов.


«Пока папы нет дома»

Импровизационный спектакль вышел в те дни, когда главный режиссер Кариевского театра Ренат Аюпов работал в Башкортостане. Название «16+» в «переводе» на язык традиционного театра, пожалуй, может звучать так: «Пока отца нет дома». Пока папы нет, дети, естественно, балуются, разве маме одной с ними справиться? Детям хочется пошалить.

«Отцовской руки на тебя нет», – говорит героиня по имени Минзифа в спектакле Рената Аюпова по пьесе Рабита Батуллы «Прости меня, мама». Сыгравшая в этом спектакле Халида Сунгатуллина была среди зрителей импровизационного спектакля. Правда, до конца не осталась…

Вот так татарам было суждено увидеть импровизационный спектакль в стенах Кариевского театра. Ну а если будем реалистами и подумаем: что это дает театру? Развитие для артистов театра – пожалуй, нет, так как участниками спектакля стали «люди с улицы». Может ли этот спектакль привести в театр нового зрителя? Те, кто пришел на импровизационный театр, вряд ли придут на остальные спектакли театра, потому что это немного нестандартный, «продвинутый» зритель.

Возможно, организаторам не стоило представлять результаты лаборатории зрителю. Потому что в этом случае не помогают даже советы Нурбека Батуллы.

«Я бы дал один совет: надо ставить непонятные спектакли. Если произведение искусства мне полностью понятно, если я строю в своей голове критические схемы, значит, это мне знакомо. Значит, это не рождает в моей голове новых нейронных связей. По мне, у искусства и цель такая – создавать новые нейронные связи. А это не совсем просто.

Нам не надо бояться… Если непонятно, надо обратить внимание. А если понятно… ага, этот влюблен в эту, затем он ей изменит. Во втором акте все помирятся, все персонажи споют вместе и занавес закроется. Если такой, то он нам не дает новых нейронных связей», – высказывался Нурбек Батулла на круглом столе, посвященном теме границ в татарском театре.

Слава нейронным связям!

Да, слава нейронным связям! Кажется, нейронные связи этого спектакля эхом отзовутся и будут иметь продолжение.

Конечно, тюркским народам импровизационные представления очень близки. Искусство акынов у киргизов и казахов – это тоже импровизация. А что если нам ориентироваться на это тюркское направление импровизации?

Возможно, Кариевскому театру и творческому объединению «Калеб» надо вывести в мир именно это искусство акынов-импровизаторов. А педагогами позвать прославленных акынов Востока.