Игрушечная литературная жизнь Казани, рэперы и киносценарии: интервью с поэтессой Анной Русс

На днях поэт и музыкант из Казани в очередной раз стала победителем Всероссийского поэтического слэма. О случайном участии в слэме, коронавирусном 2020 годе и новых песнях читайте в интервью Анны Русс для ИА «Татар-информ».

Вы прославились как слэмовый автор, затем изменились — и вот опять вернулись в это пространство поэтического баттла. Вам что-то дает такое возвращение?

Я не менялась. Это, скорее, обстоятельства вокруг изменились. До 2009 года я жила в Москве, и вся литературная жизнь проходила рядом. Я во всем участвовала, меня все знали. Если бы тогда уже существовали соцсети [в нынешнем виде], я бы, наверное, была звездой. 

Сначала была победа в командном чемпионате по поэзии, потом слэмы. Каждый день про меня кто-то писал в ЖЖ, и я надеялась, что если я перееду в Казань, то все равно смогу постоянно ездить на фестивали и поэтические вечера. Но оказалось, что в 800 километрах от Москвы все эти состязания уже не кажутся такими значимыми. 

Здесь литературная жизнь представляется чем-то игрушечным. Не потому что казанские поэты менее интересны, чем московские, а просто нет среды подходящей. Когда мы приходим друг друга слушать, то вечно какую-то неловкость испытываем за то, чем занимаемся. Ну, и не ходим в итоге почти, и не выступаем практически.

Я вот в 2012-м победила на Всероссийском слэме и с тех пор особенно ни в каких состязаниях за пределами Казани не участвовала, поэты вообще не любят состязаться. 

В Казани время от времени кто-то пытается проводить баттлы, но не очень удачно.

Ну и вот я как-то по своим делам оказалась в Москве, а там отборочный [тур] слэма. Ну, думаю, чего бы нет. И выиграла. А потом точно так же, когда назначили дату финала Московского слэма, подумала — мне же как раз в Москву надо, заодно и поборюсь. И опять выиграла. Так я попала на Всероссийский слэм, который раньше проводился в Красноярске. Туда бы я, может, и не собралась, а тут как раз была в Санкт-Петербурге и решила, что поеду домой через Москву. Это все был четкий план фортуны, которому я не мешала выполняться. И вот я чемпион России. Ура. 

А что вообще дает слэм? И нет ли конкуренции со стороны рэперов за внимание публики?

Вообще слэм дает три минуты драйва, или шесть минут, если во второй тур попадешь. В эти минуты совершенно четко ощущаешь, что живешь. А рэперы — ну, какая тут конкуренция. Они давно уже поэтов на этом поле обыграли. Мы для них, наверное, совсем трилобиты.

«Такие веселые времена, всё просто»

У вас за последние несколько лет вышли две поэтические книги («Теперь все изменится» и «Sторис» — прим. ред.) и музыкальный альбом («Криптолюбовь» — прим. ред.). Отсутствие зримых результатов творческого труда длилось с 2006 года, но закончилось все же в 2017-м. Что-то переменилось? Отклик стал больше?

Я ничего не заметила, честно. Не думаю, что книги — это самые главные результаты труда. Я за эти годы получила всероссийские премии «Звездный билет» и «Триумф», выпустила альбом своих песен с музыкантами, поучаствовала в постановке двух поэтических спектаклей, написала сценарии двух десятков чуть ли не самых популярных в мире живых квестов и начала писать сценарии для кино. А книги — так все эти стихи в интернете есть. Когда кто-то хочет почитать тексты Анны Русс, он просто вбивает в «Гугл», а не заказывает книжку. Такие веселые времена, всё просто.

В критике иногда говорят, что у вас почти религиозные (в некотором смысле) стихи. Это действительно так? Или все же социальная, грубо говоря, проблематика важнее?

Я пишу про то, что мне кажется удивительным. В это время для меня проблематика важна примерно так же, как выбор размера. То есть я не думаю «напишу-ка я этот текст о новой этике», примерно так же, как не думаю «напишу-ка я этот текст четырехстопным дактилем». Просто первая строка в голове появляется, и ты за ней идешь.

У нас искусством создавать владеют одни, а искусством продвигать — другие 

Что нужно сделать, чтобы увеличить интерес людей к поэзии? И вообще в стране, и в Татарстане в частности.

Как и в любом творческом направлении — деньги, продюсирование и толковые координаторы. То есть в одной точке должны сойтись привлекательная площадка, обаятельный и нестандартный SMM и классный контент, то есть хорошие авторы. 

Бывает, что площадка есть, а человека, который пригласит туда именно тех самых поэтов, нет. Или есть и площадка, и поэты, но никто не знает, как это продвигать. Или продвигают хорошо, но не то. 

Например, может выйти прекрасно изданный поэтический сборник, но в нем половина авторов будет из числа знакомых составителя. Или есть паблик в соцсетях с тысячами подписчиков, и там публикуют стихи Мандельштама, Бродского и администраторов паблика. 

При таком раскладе совершенно непонятно, как людям искать в Сети хорошие стихи. 

А ведь все просто решила бы зарплата для администраторов, которыми могли бы стать ребята, разбирающиеся в современной поэзии, и вложения в продвижение. Потому что искусством создавать владеют одни, а искусством продвигать — другие. Хорошо бы их подружить между собой.

Расскажите, как вы пережили локдаун и коронавирусный 2020 год? Как он повлиял на ваше творчество?

Мне прямо неловко об этом говорить. Я получила заказ на сценарий полнометражного фильма, весь карантин писала этот сценарий и жила на гонорар. Мне повезло. Ну, и я написала много всего — стихов, песен для «Попрыгуна и Гвоздей», всяких киношных идей.