Московский музыкант Ренат Бакиров: «Татарская музыка – это не только певцы и баянисты! Баянисты у нас лучшие в мире, кстати!»

Ренат Бакиров – сын татарского композитора, профессора Рафаила Бакирова. Живет и работает в Москве. В интервью ИА "Татар-информ" Ренат поделился мыслями о татарской музыке.

Недавно в соцсетях появился новый клип на ретро-песню «Гафу ит, иркэм» («Прости меня, родная»), некогда ставшую популярной в исполнении звезды татарской эстрады Салавата Фатхутдинова. Песню перепела молодая певица Илина Канбекова. А аранжировку сделал московский музыкант Ренат Бакиров.

Ренат и Илина – сын и внучка автора песни, композитора Рафаиля Бакирова. Песня «Гафу ит, иркэм» была создана почти три десятилетия назад в результате сотрудничества Рафиля Бакирова с татарским поэтом Махмутом Хусаином. Эта песня – своеобразная семейная реликвия в семье Бакировых. Впервые ее исполнила супруга композитора Суфия Бакирова. Запись выступления до сих пор хранится в семейном архиве.

Рафаил Бакиров – известный на Урале музыкант, композитор. В 70-е годы в Магнитогорске организовал вокально-инструментальный ансамбль «Яшьлек», который снискал популярность среди татар региона. Автор более ста песен. Известно, что «Гафу ит, иркэм» была написана композитором за одну ночь.

Стоит отметить, что новая версия песни вызвала у татарской аудитории неоднозначную реакцию. После премьеры клип активно обсуждали в соцсетях. Многие посчитали, что молодое поколение Бакировых песню «испортило», из нее «ушла душа». Поговорили с автором новой версии аранжировки, сыном композитора Ренатом Бакировым о татарской музыке и татарском слушателе.

Ренат Бакиров пошел по стопам отца и получил высшее музыкальное образование – окончил эстрадно-джазовое отделение. «Магия электрогитар, ударных, клавишных меня сразу притянула к себе и так до сих пор не отпускает, – говорит он. – Это определило мою жизнь. Гитара для меня стала всем. Где-то в 11 лет у меня появилась первая гитара, я уже с ней не расставался». Ренат в разные годы работал с разными музыкантами в разных жанрах.

– На волне перестройки, когда был пионером, у меня появилась возможность полуподпольно слушать американский рок, настоящий драйвовый рок-н-ролл, тяжелый, виртуозный хард-энд-хэви. И я считаю, мне повезло, что это произошло именно в тот период. Уже в 15 лет я играл в своей первой группе, и исполняли мы не банальные дворовые песни, а пытались уже тогда играть trash-metal... Смешно, конечно, но это было круто очень тогда. Чуть позже, когда я поступил в музыкальное училище, мой музыкальный кругозор заметно расширился, я начал слушать джаз, джаз-рок, фьюжн, соул, что в принципе до сих пор люблю и слушаю. Считаю, что это именно та музыка, на которой надо учиться любому эстрадному музыканту. Музыкальные предпочтения с годами не меняются, они только могут дополняться любыми другими направлениями. Главное, чтобы это была качественная музыка, - рассказывает Ренат Бакиров.

– А как относился папа к этим увлечениям?

– Отец, народник, баянист, оркестровый, академический, песенный композитор, особо не одобрял мои роковые предпочтения, даже конфликтовали мы с ним по этому поводу. Со временем он, конечно, смирился, а еще позже понял, что это все было не зря. Увлечение джазом он одобрял и говорил, что в этой музыке заключено все, что создало человечество в музыке. А самое главное – изучение джазовой музыки окультуривает и прививает утонченный вкус абсолютно ко всему.

«Наши певцы – лучшие в мире»

– Отец смог воспитать любовь к татарским песням?

– Он с самого раннего детства привил мне любовь к народной татарской песне, все каникулы я проводил в Татарстане в деревне у бабушки, а там пели все… Мама моя из Дрожжановского района, а папа из села Камаево Менделеевского района. В этом селе родилась Вафира Гиззатуллина. Папа ее очень уважал. Отец мне ставил пластинки с татарской симфонической музыкой. Салиха Сайдашева, Рустама Яхина. Все детство я слушал Ильгама Шакирова, Хайдара Бигичева, Флюру Сулейманову, Альфию Авзалову и многих других... Наши певцы – самые лучшие певцы в мире! Я много переслушал музыки, разных времен и направлений, по эмоциональной многогранности лучше татар никто в мире не поет! Это мое мнение, но мне есть с чем сравнивать, поверьте.

– Значит, мы можем поговорить о нашем музыкальном наследии?

– Отец и мать привили мне любовь к своей культуре, безусловно… Я не умею писать по-татарски, читаю с трудом, просто улавливая смысл. Последние годы беру татарские газеты, книги и читаю, и это хорошо помогает, кстати! На бытовом уровне разговаривать могу, понимаю, о чем идет речь. В общем, мне еще многому учиться и учиться, подтягивать мой татарский… Но наше музыкальное наследие я знаю не понаслышке. Отец всегда фанатично отдавал себя своему делу, всегда был честен и порядочен... Это для меня – живой пример, каким надо быть человеком. Надеюсь, я у него это перенял. Творчество он мое одобряет, в каком бы жанре я ни был занят, что бы ни играл и ни писал, и это меня очень радует.

– Что для тебя является традиционной татарской музыкой?

– Настоящая традиционная татарская музыка для меня – это наши народные песни под гармошку и баян. Нет ничего лучше, вся красота именно в ней заключена!

– А традиционный татарский национальный музыкальный инструмент?

– Традиционно наш инструмент, конечно, это гармун (баян) и татарский курай и, как ни странно, скрипка, в моем ощущении… Хотя ведь у нас был и саз популярен, и домбра. Мне бабушки рассказывали, что в стародавние времена татары на них играли повсеместно. И очень хорошо, что они сейчас возвращаются. 

– Мы жалуемся, что у татар не получила развития этномузыка. Согласен?

– Я не считаю, что у татар не развита этномузыкальная культура. Очень даже развита! Всегда с интересом слушаю, когда на основе сплава татарской музыки и других направлений появляется что-то новое, необычное. Мне удалось поучаствовать в московском музыкальном проекте «Этносаунд», идейным вдохновителем и руководителем которого является потрясающий музыкант Талгат Хасенов. Мне кажется, есть проблема в раскрутке этих проектов, помощь на республиканском уровне должна быть. Такие проекты – визитная карточка Татарстана на мировом уровне.

«Аранжировка в татарской эстраде и «шифоньеры», добавленные к баяну и живому голосу, – стыд, позор, подделка»

– В Татарстане есть попытки вывести татарскую музыку на мировой уровень, это обсуждается, и вроде что-то и делается. Что бы ты посоветовал?

– Мое мнение таково, что, допустим, татарскую традиционную эстрадную музыку очень трудно заставить слушать тех же шведов, чилийцев, австралийцев и т.д. Но в сплаве с каким-либо другим направлением, в фирменной современной обертке это может выстрелить.

– А кто должен делать эту «упаковку»?

– Татарские музыканты! Они же есть! Хотя иногда так горьковато становится, когда узнаешь, что действительно стоящий проект не получил определенной поддержки и потихоньку сошел на нет... Или бывает досадно, когда из Татарстана уезжает в поисках "музыкального счастья", не получив поддержки, незаурядная творческая личность... Взять того же Азата Баязитова, потрясающего джазового саксофониста, первого татарина, записавшего в Нью-Йорке авторский джазовый альбом, высоко оцененный мировыми джазовыми критиками. В его музыке можно услышать нашу национальную музыку, он же татарин в конце концов. Он, конечно, приезжает в Казань, дает концерты, работает и в Москве. Но таких людей нельзя отпускать из Татарстана, таких единицы! Они мощный локомотив будущего татарской музыки. Или Талгат Хасенов, я вообще считаю его гением современности, с ним практически такая же история… Татарская музыка ведь это не только певцы и баянисты! Баянисты у нас лучшие в мире кстати! В общем, нужна поддержка на всех уровнях, надеемся на нового министра культуры Ираду Аюпову.

– Значит, надо собирать кадры?

– Роль эстрадных музыкантов, инструменталистов, аранжировщиков сейчас как никогда должна выйти чуть ли не на первый план. Я не касаюсь классической музыки, это не мое направление. С ней, кстати, у нас все в порядке. Есть что показать миру, кто бы там что ни говорил, есть целая плеяда талантливых молодых композиторов-новаторов! Им просто надо дать воздух! То, что творилось в татарской эстрадной музыке до определенного момента, не выдерживает никакой критики. Даже мои коллеги по цеху других национальностей откровенно смеются уже. Традиционно певцы, баянисты – на высоте! Но аранжировки, подача концерта в форме "баян и голос вживую – остальные «шифоньеры» – это позор, это обман публики, это нечестно и это – халтура! Мой друг, потрясающий гитарист из Татарстана, как-то сказал мне, что сил нет уже смотреть по телевизору очередной концерт какого-нибудь исполнителя: «И тут звучит мною прописанное соло гитары, а изображает его какой-то непонятный тип…» Так уже русская эстрада не работает, а наши певцы все экономят на живом звуке. Аранжировки звучат так отвратно, дешевле – и ладно, нам сойдет! И это позволяют себе звезды! У нас есть потрясающие басисты, гитаристы, клавишники, аранжировщики, барабанщики и т.д., и большинство разъехались – Москва, Питер и заграница, работают на армян, евреев, немцев, англичан… Это хорошо, конечно! Но не на татар… Практически каждый болеет за родную музыку, но извините меня, кушать-то что-то нужно. Поэтому и работают там-сям, потому что в Татарстане вообще никак!

 – Да, мы ведь не замечаем своих, а любим привозить со стороны и восхищаться ими…

– Я очень радовался, когда смотрел по ТНВ концерт "Ветер перемен", когда играл эстрадный оркестр, вживую. Были приглашены потрясающие московские музыканты, многих я лично знаю. Аранжировки были махровые, приджазованные, фирмовые ... Но – есть одно но… Оркестровые вставки тутти, порою просто нота в ноту повторяли те же тутти и вставки с известных американских джазовых стандартов известных оркестров Куинси Джонса, Каунта Бэйси и других. Плагиатом это не назовешь, конечно, это неплохо в общем-то, но отсутствием оригинальных идей – безусловно. Вышел потрясающий трубач (Вадим Эйленкриг – ред.) играть соло – фирма несусветная, очень круто! Но этим трубачом мог бы быть Рустем Галиуллин, например, – потрясающий джазовый трубач, татарин! Закрыв глаза, я практически всех музыкантов визуально в этом оркестре заменил на татар-инструменталистов, фирмачей, которых слышал вживую, с которыми работал, которыми восхищаюсь!

– То есть мы такой же результат могли бы получить, собрав в проект татарских музыкантов…

– Неужели было трудно сделать сборный оркестр из татар-эстрадников? Или думаете, их не существует в природе? Да полно их, Аллага шокер! И аранжировки были бы более оригинальными, не похожими ни на что, тот же Талгат Хасенов с этим справился бы блестяще! Подобные вещи в конце 70-х делал Ильгам Шакиров, в 80-е делал Ренат Ибрагимов... Это все уже было... Еще раз повторю, что я рад этому событию: начало положено, просто этим надо более продуманно заниматься. Все будет хорошо!

– Ты покритиковал татарскую эстраду. А у нас ведь еще есть наш Элвин Грей…

– Да, не могу не отметить Радика Юльякшина. Аллах послал татарам его! Это свежайшая струя в нашу эстраду. Этот человек наконец-то начал делать ставку не только на голос, а на всю составляющую сразу. На аранжировки, шоу, свет, звук, движения. Для него важно всё. Интерес к эстраде на татарском вне Татарстана резко возрос благодаря ему. Молодец парень! Мне не все нравится, что он делает, тут дело вкуса, но это безусловный прорыв! Пожелать только ему одного хочу, чтобы у него появилась команда из крепких музыкантов инструменталистов!

– Можешь назвать кого-то еще?

– Хорошие тенденции есть, и слава Аллаху! Оскар Юнусов вот – наш татарский рокер. Это интересное смысловое направление, татарами еще особо «не паханное». Такого я еще не слышал. Потенциал у нас огромный, развиваться надо по всем музыкальным фронтам! Наше музыкальное достояние, что мы сейчас имеем – оно никуда не денется, при условии, если мы будем дальше развиваться. Не будет развития – татарская музыка начнет умирать! 



«Есть большое желание работать с Татарстаном. Хотел бы быть полезным своему народу»

– А сам мог бы работать в Татарстане?

– Есть мысли переехать в Татарстан. Так что я открыт для предложений, работ и всяческих проектов. Хочется все-таки больше приносить пользу своему народу. Имея опыт работы и с российскими, и с западными звездами и не звездами, думаю, все это было не зря, многому я научился, многое могу сделать для татарской музыки. Хочу в Казани сделать свой сольный гитарный концерт, состав у меня очень хороший. Парни – одни из лучших музыкантов-инструменталистов на постсоветском пространстве. Хочу записать инструментальный фьюжн-альбом из авторских композиций. Ну а если ничего не выгорит, уеду в Японию или Китай, давно туда зовут работать (улыбается). У моего отца много не исполненных никем песен. Я их аранжирую в данный момент для своей племянницы Илины Канбековой, и думаю, до конца года мы доделаем альбом.

– Какое качество татарского народа ты бы выделил?

– Что мне нравится в татарах – так это упрямство, по-доброму хорошее такое, и способность возрождаться, казалось бы, из ничего, как птица Феникс. Особая душевность, доброта есть только у татар, татарская способность сопереживать и принимать все близко к сердцу – это вообще уникальная черта! Что не нравится – это зависть, татарская лютая зависть – откуда она только взялась? Мне бабушка рассказывала, что такого практически никогда не было, появилась не так давно… Не нравится разобщенность. Смотришь в той же Москве на таджиков, абхазов, дагестанцев, грузин – как они поддерживают друг друга, друг за друга горой! Татары так, группками-группками, порой сами друг друга загрызть готовы… Это просто обидно… Недопустимо.

– Кто из татар для тебя является авторитетом?

– У меня, как, наверное, у любого другого татарина, авторитеты те же. Тукай, Джалиль, Ильгам Шакиров. Очень уважаю Минтимера Шаймиева. Очень непросто приходилось нашему Бабаю. Лавировать в то время между и на грани – это невероятно непросто, как ему все это удалось! Личность Салавата Фатхутдинова сопоставима личности Шаймиева, но только в музыке. Ему ведь тоже приходилось начинать свою карьеру с сельских клубов под баян, и все выше и выше. И лавировать… Ох и времена были тогда... С годами начал понимать, насколько крутой у меня отец! Беззаветно, не получая никаких дивидендов, он только писал, делал, репетировал – для народа, для музыки, на общественных началах, от всего сердца! Таких единицы. Дай Бог ему здоровья!