Рябинко: «Опера "Набукко" не для всех. Кто придет с убеждением, что она статична, тот с ним и уйдет»

По признанию солистов, приглашенных на XXXIX Шаляпинский фестиваль, «Набукко» не самая популярная опера среди слушателей. Однако в истории о попытке завоевания Священного города Навуходоносором до сих пор звучат темы, характерные сегодняшнему времени: проблема отцов и детей, политические распри и отношение к религии.

«Я потерял всякое мужество и не думал больше о музыке», – пишет Джузеппе Верди незадолго до создания ключевой в своей карьере оперы «Набукко». Подавленный потерей своей семьи и провалом комической оперы «Король на час», он переезжает в дешевую комнату и ведет затворнический образ жизни. И только случай и настойчивость опытного антрепренера театра Ла Скала дает импульс молодому композитору для создания пафосного музыкального полотна.

Опера стала не только выходом из затворнического шкафа композитора, но и произвела необычайный фурор среди опероманов и критиков того времени. События спектакля, происходившие в VI веке до нашей эры, нашли отклик в сердцах итальянцев, которые провели параллель с революционными настроениями, витавшими в воздухе в год премьеры. А самого Верди стали называть «маэстро революции» во многом благодаря новым музыкальным находкам внутри произведения. Кстати, хор плененных иудеев по сей день считается неофициальным гимном Италии.

Неудивительно, что опера 15 лет шагала по мировым сценам и восторженно воспринималась публикой. Но после она была благополучно забыта почти на 100 лет. Встает закономерный вопрос – чем же сегодня это сочинение актуально? Как оказалось – многим. Даже солисты, приглашенные в этом году на Шаляпинский фестиваль исполнять заглавные партии оперы «Набукко», расставляют разные смысловые акценты в этом произведении.

Для солиста Мариинского театра Романа Бурденко (Набукко) главной темой оперы остается вопрос взаимоотношений поколений – возможно, потому что он и сам является отцом.

«Как родитель себя ведет с ребенком, так и его ребенок потом ведет себя с другими людьми. И вот это доброе отношение к младшей дочери Фенене, которая его пытается спасти, и нехорошее отношение к Абигайль – внебрачному ребенку – конечно, дает нам повод задуматься о насущных вещах. Не абстрактных, не отстраненных, а злободневных – этим Верди и привлекателен. Он всегда дает возможность что-то для себя почерпнуть», – заметил Бурденко.

Помимо конфликта родителей и детей еще одним важнейшим диалогом в опере, по словам солиста, является отношение человека и власти.

«Часто в его операх проходят воинственные темы, которые довлеют над человеком. И всё, что происходит в стране и в мире, – это большое испытание не только для каждого гражданина, но и для тех людей, которые у власти стараются этим управлять. Сегодня одной из этих проблем для нас является пандемия. И сейчас у нас есть возможность проявить свою человечность, постараться помочь, а не портить друг другу жизнь в таких непростых условиях. Я думаю, все эти намеки есть в опере», – подчеркнул вокалист.

Роман Бурденко поделился, что на его взгляд театр является помощником в преодолении глобальной проблемы. Возможность слышать живой оркестр после затянувшегося локдауна, приобщиться к культурной жизни – это путь к укреплению иммунитета.

«Поэтому не нужно бояться того, что ты в театре чем-то заразишься. Скорее это произойдет в метро или любом другом общественном месте. А театр – это храм музыки, куда люди приходят душевно оздоровиться и, возможно, решить собственные проблемы», – уверен музыкант.

Солистка Красноярского театра оперы и балета Дарья Рябинко (Фенена), которая уже не в первый раз празднует своей день рождения в стенах татарского музыкального театра, рассказала, что, по ее мнению, эта история каждым будет прочтена по-разному.

«Принято считать, что “Набукко” – опера статичная и даже несовременная. Думаю, что тот, кто придет с этим убеждением, возможно, с ним и уйдет. И не то чтобы мы на сцене старались кого-то переубедить. Я думаю, что все здесь зависит от остроты восприятия самого зрителя. Насколько актуальна религия сегодня? Конечно же, это важно. Но здесь также затронуты вопросы и любви, и долга, и вероисповедания, и того, как это все в себе совместить. У кого-то совместить не получается. Поэтому, безусловно, здесь целая жизнь, какая она есть: в постоянных поисках, метаниях и выборе», – рассказала Рябинко.

Однако солисты заметили, что в казанской постановке режиссера из Штатов Ефима Майзеля сделано всё для того, чтобы показать «Набукко» с динамичной стороны: от расстановки акцентов благодаря освещению до ярких декораций.

«Достаточно много видел режиссерских версий “Набукко”. Здесь декорации очень яркие, и вот эти двери, через которые видно Набукко в сцене его сумасшествия, то, как он появляется в засветах, как видение… Все это придает уникальности постановке», – заметил Роман Бурденко.

Еще одной жемчужиной на спектакле (помимо хора, профессионализм которого отмечают многие приезжие критики из спектакля в спектакль) стал оркестр. По словам приглашенного дирижера театра «Новая опера» Василия Валитова, высокое качество исполнения казанским коллективом оспаривать сложно.

«Дело в том, что оркестр отличает одно исключительное качество – это культура звукоизвлечения. Зачастую, когда я прихожу в новый для меня оркестр, в нем царит полная вакханалия. Музыкант всегда должен отвечать за качество воспроизводимого звука. И для меня особенно приятно, что с этим коллективом мне никогда не приходится тратить время на дискуссии на тему того, каким звуком и как это нужно исполнять», – высказал свое мнение Валитов.

Он отметил, что своим театральным оркестром Казань может гордиться, ведь благодаря кропотливой работе главного дирижера над совершенствованием коллектива перед приглашенными дирижерами встает только творческая задача – образная, собственно, для чего и приглашается маэстро.

На вопрос о несовершенствах оркестра и возможных недостатках приглашенный дирижер ответил загадочно.

«Как обычно это бывает, все музыканты видят в оркестре только одно слабое звено. Но, пожалуй, мы не будем об этом», – посмеялся Валитов.