Картины, которые помогают выйти замуж, или как художница из Казани бросила бизнес ради искусства

Корреспондент «Татар-информ» пообщалась с художницей, которая отказалась от бизнеса ради творчества. Сейчас Наталья Сафиуллина ездит по стране с мастер-классами и радуется успехам своих учеников.

Наталья Сафиуллина – художница. Она работает интересным, не для всех привычным инструментом – мастихином. Он похож на маленькую лопаточку. С помощью мастихина Наталья пишет натюрморты и пейзажи. Мастерская Натальи похожа на сад с прекрасными цветами. Картины, наполняющие комнату яркими красками, дарят летнее настроение, даже несмотря на осеннюю серость за окном. Когда-то художница променяла серьезный бизнес на творчество и уверяет, что ни капли об этом не жалеет.

– Наталья, вы художница, но при этом имеете юридическое и экономическое образование, как так получилось?

– Рисовала я всегда – в школе в редколлегии участвовала и даже закончила художественное училище. Но был такой период времени, когда художественная роспись была никому не нужна, началась эпоха компьютеризации. И вот, в то время я стала учиться дальше, получила юридическое и экономическое образование. У нас в Казани были три лизинговые компании, которые я поднимала с нуля.

 – В вашей семье были художники?

– Нет, художников в роду не было. Папа работал водителем, мама окончила строительное училище – была профессиональным маляром-штукатуром. Они ездили по детским лагерям и раскрашивали горки, домики. Я тогда была маленькая, и мама брала меня с собой. Может быть, эта ее работа меня вдохновила.

– Как вы снова вернулись к искусству?

– Был период, когда я просто писала день и ночь. По-видимому, это была моя внутренняя потребность. И вот, одна знакомая спросила: «Как ты это делаешь?», другая попросила: «Научи». А потом настал такой момент, когда мне надоело вести сложный мужской бизнес, я ушла из лизинговой компании и стала творить. Сейчас я уже 8-ой год организую мастер-классы и курсы повышения квалификации.

– Как называется техника, в которой вы работаете?

– Пишем мы инструментом, который называется мастихин, в технике импрессионистов. Импрессионизм с французского – это впечатление. Человек может удержать в себе впечатление только 3-4 часа максимум. Потом он переключается, внимание его рассеивается. Поэтому наша задача – как можно быстрее зафиксировать вот это впечатление, пока мы на нужной волне.

– В работе только один инструмент используете?

– Мастихины есть крупнее, есть мельче, есть круглые – разные для разных задач. Если холст большой, то мы берем крупные мастихины если, допустим, нужно прописать цветы, можно другой использовать. На самом деле, когда руку поставишь, можно писать абсолютно любым инструментом. Если прочувствовать работу мастихина, можно такие интересные картины делать, которые кистью вообще никогда не сделаешь. Кисть тоже использую — ею я, как правило, пишу портреты, потому что мастихином не получается. Над портретом работаешь уже дольше, там другая техника, прорабатывается сам характер человека.

– Чему успеваете обучить на мастер-классе?

– Люди обычно приходят с какими-то своими запросами, я еще работаю как арт-терапевт. Через краски, через картины, через сюжеты, через какие-то переходы, движения, через вот эту пластику мы можем решить проблемы человека. Есть такие волшебные картины, которые девчонок замуж выдают, кому-то рожать помогают, кому-то денег надо, у кого-то еще какие-то проблемы, может какие-то детские страхи. Я здесь снимаю страхи перед белым холстом.

– Как вы этому научились?

– Это приходит с опытом. Все сюжеты картин я проживаю сама. Иногда бывает так, что возникает какой-то замысел, картину нарисуешь и уже через какое-то время понимаешь, к чему она. Люди рисуют, а я наблюдаю за их проживанием жизненной ситуации.

– Ваши картины можно увидеть в казанских галереях?

– Нет, я нигде не выставляюсь, только участвую в общегородских программах. В этом году я ездила в Красную Поляну как представитель Татарстана от Палаты ремесел. За месяц я там провела более 200 мастер-классов, то есть 200 человек написали картины. Очень приятно и интересно, например, когда дети радуются моменту создания изображений своими руками. Участвую в мероприятиях благотворительных фондов, к примеру, в тех, что организует фонд Анжелы Вавиловой, в ДРКБ с маленькими пациентами рисую. Везде где нужно порисовать, там я. (смеется).

– Маленькие пациенты пишут особенные картины?

– Дети не осознают, что они больны, они просто творят. Они воспринимают это, как само собой разумеющееся. Для них нет каких-то запретов, они берут и рисуют. Любой ребенок рисует особенно. У него нет еще «заморочек» взрослых, он просто творит. Например, когда ребенка просишь нарисовать маму, он всегда берет желтый карандаш. Желтый – это цвет безусловной любви. И ребенок видит этот ореол свечения над мамой и всегда рисует ее с желтыми волосами. Не важно, мама блондинка или брюнетка, он видит ее такой.  

– Что вы обычно рисуете с детьми?

– Иногда мы выбираем определенный сюжет, иногда они сами рисуют. На одном из мастер-классов в школе у меня был такой сюжет — ежик в яблоках. Когда я спросила у первоклашек, какого цвета у нас ежик, они ответили – фиолетовый. Я спрашиваю: «А живого ежа видели?» Они говорят: «Видели». «Ну, и какого же цвета живой еж?» – спрашиваю я. Они опять отвечают: «Фиолетовый». Причем, хором! Вот такое у них мировосприятие! В результате они мне нарисовали фиолетового ежа в оранжевых яблоках.

– С кем интереснее работать, с детьми или со взрослыми?

– Я со всеми люблю работать. Взрослые – это те же самые дети, но когда-то они себя ограничили в чем-то и не позволяют себе раскрыться. А когда снимается страх перед белым холстом, они такие невероятные вещи выдают!

– Какая из ваших работа самая масштабная?

– Самая масштабная работа – это моя интерьерная живопись. Я расписываю стены в учебных заведениях, кафе, ресторанах, квартирах. А если на холсте, то здесь у меня сейчас самая крупная – метр на два – вот эта, с кораблем. А вообще, были работы и крупнее.


– Есть ли среди ваших работ любимая?

– Я все свои картины люблю. Пока я работаю над картиной, я переживаю ее, и она у меня любимая.

– Художники часто самокритичны, как вы оцениваете свои картины?

– У меня была ситуация, когда мне моя картина не понравилась. Ее подарили женщине, у которой была глубокая депрессия, и эта картина всколыхнула в ней положительные эмоции. Тогда я поняла, если мне картина не нравится, значит, я ее пишу для кого-то. То есть найдется человек, кому она обязательно нужна.

– Я обратила внимание, на многих ваших картинах – цветы...

– Они меня больше всего вдохновляют. Цветы – это символ жизни, поэтому, каким бы цветок не был – простеньким или роскошным – он всегда по-своему красив.

– Творчество кого, из известных художников вам больше всего нравится?

– Мне просто нравятся люди, которые что-то создают, творят и передают свое впечатление о жизни другим, передают свое мастерство. Мне близка и очень интересна жизненная позиция Айвазовского. Он был адмиралом, содержал множество благотворительных фондов, вел активный образ жизни и это здорово. Был многогранным человеком и этим мне интересен.

– Вашу жизнь что наполняет?

– Как правило, я участвую в мероприятиях в Казани, во всевозможных арт-галереях в других городах. Много езжу с мастер-классами по всей России. В этом году объездила все черноморское побережье – у меня очень плотный график. Сейчас принимаю участие в конкурсе «Женщина года». Это мой новый этап и попытка заявить о себе в другом качестве. Мне интересно участие в проекте – 50 претенденток и каждая успешна и чем-то интересна. Хочется познакомиться с ними, узнать поближе, пообщаться – это тоже здорово! Хочется найти новый источник вдохновения во время участия. У меня уже несколько идей на эту тему родилось.