Ильгиз Зайниев: «Сейчас театр работает на максимальных оборотах, через год мы сбавим темп»

В театре кукол «Экият» проходит очередная театральная лаборатория, где приглашенные режиссеры поставят три эскиза спектаклей. О приглашенных звездах кукольной сцены, работе с Тимуром Бекмамбетовым и новых постановках читайте в интервью худрука театра «Экият» Ильгиза Зайниева для ИА «Татар-информ».

У вас в театре стартовала вторая кукольная театральная лаборатория «Экият-LAB». Расскажите об итогах первой лаборатории и эскизах второй.

Проект лабораторий был запущен в прошлом году, по итогам которого мы выбрали два эскиза — «Эта книжечка моя про моря и про маяк» по произведению Маяковского и «Сказка о Военной тайне, о Мальчише-Кибальчише и его твердом слове» по произведению Гайдара. Премьера постановок намечена на 19 февраля. Спектакли собраны в альманах и будут идти в Малом зале на русском языке в два акта.

В этом году к нам приехала обладательница «Золотой маски» 2020 года, театровед, драматург и режиссер Анна Иванова-Брашинская, которая будет ставить эскиз по легенде о Крысолове. Следующий постановщик — это Светлана Озерская, создатель петербургского театра HAND MADE и театрального проекта «Круглый год». Она будет делать эскиз по произведению «Русалочка». Помогать ей будет наш художник Екатерина Спиридонова. Третий режиссер — номинант «Золотой маски» и главный режиссер тверского ТЮЗа Иван Пачин. 

Пачин сделает спектакль про матч чемпионата мира по футболу Англия — Аргентина, где случился один из самых знаменитых голов в истории, когда Диего Марадона забил мяч в ворота англичан кулаком и его засчитали. Позже Марадона сказал, что это была рука Бога! 

Режиссер предложил на выбор несколько материалов, одним из которых был легендарный матч. Я выбрал его, потому что Казань считается спортивной столицей России, поэтому мы надеемся, что здесь многих этот спектакль заинтересует. Художником у него будет Ксения Шачнева, она сотрудничает с Центром современной культуры «Смена», творческой лабораторией «Угол», театральным фестивалем «АРТ-подготовка».

При этом главная задача лаборатории не создание шикарных спектаклей, а участие наших артистов в интересном процессе и открытие новых граней в профессии. 

Почему в этом году у вас нет эскизов на татарском языке? 

Опыт показывает, что с татарским материалом российским режиссерам со стороны тяжело работать в такие сжатые сроки. Тем более татарской группе театра я устраиваю «лаборатории» каждый раз, когда мы ставим новый спектакль.       

Каких результатов удалось добиться после первой лаборатории?  

Во-первых, нашим артистам она понравилась, у них появился в процессе здоровый интерес. Ведь главная цель для нас — заниматься настоящим искусством, а когда приходишь в репертуарный театр, то конвейер и быт начинают сжирать искусство и остается только ремесло. Один за одним приходится выпускать спектакли, сроки сжаты, и к этому всему добавляется долг перед семьей, которой тоже нужно уделять внимание. В рамках лаборатории люди понимают, что в течение пяти дней они перевоплощаются вновь в студентов, и в них на полную мощность начинает работать творческое начало.

В таких условиях неожиданно может получиться, что актер, работая с другим режиссером, раскроется по-новому. Может выясниться, что он умеет петь и сыграть комедию, хотя до этого играл только драматические роли. Порой после таких лабораторий я не узнаю своих артистов.     

Сейчас ваши артисты заняты в репетиции спектакля «Shurale: новая фантазия» под музыку из балета (совместный проект театра кукол «Экият» и камерного оркестра La Primavera). Расскажите, пожалуйста, на каком этапе подготовки находится постановка.

Мы репетируем и готовимся представить премьеру 29 и 30 января. Концертная версия спектакля уже прошла 7 декабря в БКЗ. На театральной сцене музыка будет идти только в записи, то есть выступать артисты будут без оркестра. Потому что из-за финансовых затрат и графиков сложно скоординировать всех вместе. 

Наша версия спектакля будет отличаться от той, которую мы показывали в БКЗ. Она будет расширена и уточнена в некоторых моментах. В концертном зале для нас были ограничены возможности по свету. Здесь же мы все сделаем в полную силу, в том числе благодаря приглашенному художнику по свету из Альметьевска Ильшату Саяхову, обладателю «Золотой маски» за спектакль «Зулейха открывает глаза» Башкирского драматического театра имени Гафури. 

Как пандемия отразилась на ваших новогодних мероприятиях?

Мы сыграли 113 спектаклей. Единственное, не было хоровода вокруг елки. Но мы придумали новый формат. В спектакле-интермедии дети помогали персонажам и участвовали в спектакле не сходя со своих мест. Судя по отзывам, зрителям он полюбился. 

Возможно, в будущем году мы будем экспериментировать и соединять несколько форматов. Так легче актерам, и складывается ощущение, что и зрителям. 

Сколько у вас сейчас спектаклей в репертуаре на татарском и русском языках? Увеличивается ли популярность татарских спектаклей в театре?

Наверно, один к двум. То есть один спектакль на татарском языке, два на русском. Спрос на татарские постановки есть, и, несмотря ни на что, нужно продолжать их выпускать. Например, «Тыпырдык» («Топотун») мы сделали специально для малышей на татарском языке. Мы написали около десяти песен-обучалок вместе с композитором Эльмиром Низамовым и поэтессой Резедой Губаевой.  

Я считаю, что если спектакли качественные, то они будут популярными независимо от языка, на котором они идут. 

Есть ли у вас в планах создавать спектакли с новыми героями татарских сказок, которые менее известны, чем, например, Шурале или Су Анасы?

Мы ищем новых авторов, и я сам пишу сценарии, но самое главное — отслеживать, что смотрят современные дети. Сейчас многим ребятам не интересна советская мультипликация, как, например, моему поколению. В театре кукол действуют такие же законы. 

Сейчас у меня в планах сделать постановку по произведению Наки Исанбета «Мырау батыр». Пока его в театре не ставили. Для людей моего поколения это был известный герой детства — Мырау батыр. Думаю, родители захотят привести на эти спектакли своих детей, потому что сами выросли на произведениях с этими героями. 

На русском языке у нас появится спектакль про барона Мюнхаузена, «Алиса в стране чудес» и один беби-спектакль. 

Расскажите о ваших репертуарных беби-спектаклях.

Сейчас у нас их три, один на татарском — «Хәерле көн» и два на русском языке — «Добрый день!» и «Приключения пингвиненка Пинка». При этом, если будет спрос, мы любой русский спектакль сможем сыграть на татарском. Ведь такие постановки скорее настроены на визуальное общение с детьми. Спектакли ограничены по времени примерно 20-30 минутами, это связано с психологией восприятия ребенка. 

Однако тема беби-спектаклей в России еще мало изучена. Есть, конечно, специалисты, но большинство людей в театре не разобрались в этом направлении. Ведь это что-то между аниматорством и обычным спектаклем и в тот же самый момент не то и не другое. 

Готовитесь ли вы к Шомбай-фесту в 2022 году, принимая во внимание ограничения из-за пандемии?

Фестиваль проходит у нас раз в три года, и предыдущий мы успели провести до всех этих событий с коронавирусом. И у нас есть в запасе еще полтора года для подготовки. 

Мы сейчас думаем, как переформатировать фестиваль, потому что есть мечты сделать его одним из лучших фестивалей России. Сейчас мы ищем какие-то уникальные новшества для него. Пока это фестиваль хороших спектаклей, но не более.   

У вас с успехом прошли показы спектакля для взрослых про легендарную певицу Альфию Авзалову — «Альфия». Планируете ли вы дальше создавать подобные спектакли и увеличивать количество взрослой аудитории?

Да, в этом наша главная репертуарная задача, чтобы зритель любого возраста смог прийти к нам и найти для себя духовную пищу. Средний возраст в репертуаре у нас представлен хорошо, а вот для детей и взрослого направления постановок мало. 

Несмотря на то что «Альфия» считается спектаклем для взрослых, в то же время она не 18+. Дети с удовольствием его смотрели. Также мы выпустили универсальный спектакль для всех возрастов «Старик из деревни Альдемеш» Туфана Миннуллина.

В этом году мы хотим сделать спектакль «Адамнар» («Люди») по произведению Галимджана Ибрагимова про голод в 1921 году. Надеюсь, летом мы сможем его выпустить. Участвовать в создании спектакля будет наш художник Сергей Рябинин, композитор Эльмир Низамов, режиссером буду я. 

Если нам не помешает пандемия, то к нам должен приехать режиссер Евгений Ибрагимов, многократный обладатель театральной премии «Золотая маска», и он входит в топ-5 кукольных режиссеров России. Сейчас проживает в Чехии.  

Он должен приехать к нам со своей командой и с нашими артистами будет делать спектакль по восточной поэзии — Руми, Омар Хайям и др. Пока неизвестно, будет ли там текст, но ассоциативный и образный ряд сохранится. Сценарий он тоже напишет самостоятельно. 

Хватает ли у вас времени ставить спектакли у себя и в других театрах, писать сценарии и все это совмещать?

Времени хватает, но становится все тяжелее. Чтобы писать, что-то времени все меньше. Сейчас в театре мы обновляем репертуар и поэтому выпускаем много спектаклей. Это занимает массу времени. Когда мы наберем необходимый объем репертуарных спектаклей, то нам удастся приостановиться и выпускать «меньше, да лучше».

Сейчас театр работает на максимальных оборотах, и так тоже невозможно. Еще год мы так поработаем и потом сбавим темп. Всего нам нужно набрать около 20-30 спектаклей, из которых 10 у нас уже готово.   

Расскажите о спектакле «Полиционер». Почему, на ваш взгляд, он так не приглянулся критикам?

Пьеса «Полиционер» написана еще в 2011 году, участвовала в конкурсе «Новая татарская пьеса», занимала призовое место. Тогда ее хотели ставить, но в итоге за нее никто не взялся. Туфан Имамутдинов про нее знал и захотел поставить. Мы переделали немного второй акт и сделали ее в театре.

Спектакли бывают удачными и неудачными. Судя по всему, при премьерном показе не хватило прогонов, однако при разговоре с директором театра Тинчурина он сказал, что спектакль идет на ура. 

Смена милиции на полицию — это только повод для того, чтобы начать спектакль, а проблемы и человеческие отношения внутри него остаются актуальными в России и по сей день. 

У меня в прошлом году вышло десять премьерных спектаклей, половины из которых я даже не видел.  

Есть ли у вас рамки в комедии, за которые вы не выйдете никогда? 

Чаще всего мы сами себе цензоры. Хочу привести пример спектакля «Мэхэббэт FM», где была пародия на Государственного Советника РТ Минтимера Шаймиева и Президента РТ Рустама Минниханова. После предпремьерного показа все журналисты написали об этом. Заголовки были в духе «В театре Камала пародируют Шаймиева и Минниханова». На один из спектаклей пришел Минтимер Шарипович и после увиденного сказал мне одну фразу: «По-молодежному, но очень умно».

Мне кажется, если с уважением относиться ко всем, критиковать, а не издеваться, то любой человек на любой должности это сможет воспринять. На моей практике не было такого, чтобы кто-то что-то запрещал к показу. 

У вас есть возможность сказать режиссеру, чтобы он что-то поменял в спектакле, если его ставят по вашей пьесе? 

Обычно я отдаю пьесу, и дальше работает режиссер. Иногда могу лишь поменять какие-то моменты, если меня просят. Я ни на кого не обижаюсь, если они пьесу сокращают или меняют тексты местами. Порой как режиссер я сам могу так делать. Сегодня основная вина, если спектакль не удался, лежит прежде всего на режиссере.   

Например, Туфан Имамутдинов в конце спектакля «Полиционер» добавил, что на поклоне каждому из артистов параллельно дают сроки за те или иные деяния — в пьесе этого не было. Мне понравилась эта находка. 

Вашу совместную работу с Тимуром Бекмамбетовым — «Ходжа Насреддин» поставили в Театре Наций. Отслеживаете ли вы судьбу спектакля?

Я видел фотографии и видеоотрывки спектакля. Полноценная премьера намечена у них на февраль. Кстати, «Театр Наций» в будущем планирует привезти этот спектакль в Казань.  

Хотели бы еще поработать в таком формате с Бекмамбетовым?

Если он позвонит, то я с радостью соглашусь. Недавно я работал над сценарием его нового фильма «Фау-2. Побег из ада», который выйдет этой весной. 

Также я сейчас работаю с режиссерами из Москвы, которые хотят снять полнометражный фильм для одного из российских стриминговых каналов. 

Какие предложения вам приходят из других театров?

Слава богу, нет-нет да звонят, приглашают. Спасибо руководству театров за их отношение ко мне. К сожалению, дела в своем театре вынуждают меня от многого отказываться. На этот сезон я принял предложение Набережночелнинского театра кукол и Мензелинского татарского драматического театра. Надеюсь, что в тот момент, когда к нам в театр приедут другие режиссеры, я смогу поехать и поставить у них спектакли.