Спичрайтер и поэт

15 апреля — день рождения у Джахан Поллыевой. Она давно известна российской публике. Многие песни на её стихи стали хитами — их поют Алла Пугачёва, Александр Буйнов, Николай Расторгуев, Анастасия Спиридонова, Марк Тишман и другие популярные исполнители.

Общественность знает Джахан Реджеповну и в другой её ипостаси: как спичрайтера трёх российских президентов. При этом именно художественное творчество, литература стали для неё тем, без чего она не мыслит свою жизнь. Джахан Поллыева ответила на вопросы журнала «Казань».

— Скажите, пожалуйста, когда вы начали писать стихи?

— В ранней молодости был единственный эпизод, когда под влиянием эмоций я начала рифмовать. Но происходило это всего месяц-полтора. Потом я благополучно забыла про это и вспомнила лишь лет через двадцать пять.

— Но почему? Они вам не нравились или...

— Я просто не считала стихотворчество серьёзным делом (смеётся). Не всем же везёт иметь рядом наставника, способного донести ещё в детском возрасте серьёзность этого дела, увлечь им. В школе же нам больше преподавали язык, чем литературу. Разбор стихов не был интересным. Поэзия по-настоящему пронзает сердце лишь в «томном» возрасте. В советской школе почти всё преподавали с уклоном в историю и политику. Скучно было это обсуждать. Поэтому мне тогда больше нравилась проза. Исключением были Лермонтов и Маяковский. Только не спрашивайте, почему именно они, — долго рассказывать...

 — А ваша семья, родители как-то повлияли на увлечение литературой?

— Да. Хотя сами они ничего специально не делали. Просто у нас в семье любили языки и литературу. Разбросанные по квартире газеты и журналы, которые выписывал отец, оказались пропуском в творческую реальность...

— Вы сотрудничаете с журналом «Русский пионер». Писали для них об Ахматовой, Бродском… Каков он — мир ваших поэтических предпочтений? Без кого вы не мыслите русской поэзии?

— Собственно, вы их сами назвали. Два действительных пророка. Два стоика, связанных трудной судьбой и даром гения. Люди, прошедшие через страшные испытания, но сумевшие выстоять. Поэты и писатели такого калибра остаются навсегда.

— Вы пишете что-нибудь прозаическое?

У меня есть роман, повесть и две стихотворные пьесы. Обе пьесы, кстати, уже были опробованы на сцене — состоялись читки. Первая — для двух актёров — о проблемах в одной семейной паре была прочитана Ларисой Гузеевой и Игорем Миркурбановым. Вторую — о сложных взаимоотношениях матери и дочери — я прочла сама.

— Чем отличаются для вас стихотворения и тексты песен?

— Всем: энергетикой, лексикой, своим построением, необходимостью менять ритм внутри самой песни (из-за припева или бриджа). И это далеко не все нюансы, которые приходится учитывать. А они очень важны, если вы пишете текст уже на готовую музыку. Свои сложности стоят и перед композитором, когда ему приносят текст будущей песни.

— На ваши стихи спето много песен. Когда вы почувствовали в себе любовь к этому жанру? Что значит в вашей жизни музыка?

— Любовь к песням дана людям ещё с колыбели. Ведь мы всё время поём — то от грусти, то от радости... Но вы знаете: одно из важных для стихотворца качеств — музыкальность. Именно она задаёт ритмику строк, а не наоборот. Ну, и как поэту не писать песен? Мне кажется, большинство из них хотя бы раз в своей жизни, но это сделали. А стихи, сложенные искусственно, не поются и не трогают сердце.

Что касается музыкального образования, то с этим мне не повезло. Я с детства могла подобрать любую понравившуюся мелодию на старом мамином пианино, но в музыкальной школе не училась. По-настоящему песни стала писать только в зрелом возрасте, уже лет в сорок. Сначала для себя и своих друзей. Тогда же начала их записывать на домашние диски. Поздновато, конечно, но так уж получилось.

— Вы дружили с поэтом Андреем Дементьевым и несколько лет являетесь членом жюри Всероссийской молодёжной поэтической премии «Зелёный листок», которую организует «Дом поэзии» в Твери. Какое у вас ощущение от пишущей молодёжи?

— Меня радует творчество молодых. За последние лет пять их стало гораздо больше — виден рост интереса к стихам. И состав поэтов стал сильнее... Членам жюри уже есть с чем сравнивать. Конкурсу «Зелёный листок» Андрей Дмитриевич отдал много сил и своей души. Тверь — город, где он родился, вырос и где по его инициативе стали проходить эти конкурсы. Это лишний раз доказывает, что участие видных деятелей литературы способно серьёзно влиять на творческий климат в любом регионе страны. И, конечно, немалую роль сыграла в этом и супруга Андрея Дмитриевича.

 — Как, на ваш взгляд, сегодня организована литературная жизнь в регионах? Слышно ли кого-то из российских национальных писателей в столице?

— Мы с вами знаем, что в последние годы на федеральном уровне приняты программы, направленные на популяризацию национальных литератур. Например, «Программа поддержки национальных литератур народов РФ», в рамках которой проводятся семинары и фестивали, издаются прекрасные антологии произведений национальных авторов. Но, конечно, этого недостаточно, эти программы нужно расширять, ибо национальных писателей по большей части знают лишь в их собственных и близлежащих регионах. Наверное, эта проблема связана и с проблемами художественного перевода. Однако я уверена, что в поддержке стихотворцев многое зависит от республиканских и губернских властей. К примеру, в той же Тверской области была учреждена премия имени Андрея Дементьева. На мой взгляд, это один из вдохновляющих литературную общественность примеров. Таких премий должно быть гораздо больше.

 — Время, когда любители поэзии заполняли стадионы, осталось в прошлом, но можно ли сегодня, сейчас, поднять интерес к поэзии в обществе.

— Интерес вырос. И те люди, которые раньше заполняли стадионы, не слушают стихи, а многие пишут их сами. Площадок для показа и обмена творческими проектами достаточно. Вопрос в другом: «а судьи кто?» Все, кто читает чужие стихи в открытом доступе? Или всё же профессионалы, эксперты?

У меня нет ответа. Стихи — особенный продукт. Любят их далеко не все, но они порой могут нести столько знания, сколько не даст и учебник.

— Среди множества направлений, которыми вы профессионально занимаетесь, есть и пиар-работа. Как вам кажется, нужно ли пиарить поэтов и писателей?

— «Пиарить» для русского языка слово, конечно, странное. Между тем оно в большом обиходе и сегодня может подразумевать очень разные модели: как хорошие, так и плохие. Это ещё и один из способов рекламирования с определёнными целями разных объектов, товаров, бизнесов, отдельных личностей etc. Этот термин может иметь и обратный — негативный — смысл. Вы спросите, почему я про это говорю? Потому что здесь всегда есть две разных стороны одной медали, белое и чёрное. Всё зависит от того, кто именно этим занимается.

Что касается меня, то был опыт работы с прессой, начиная с конца 90-х годов, и позже он был востребован вновь. Но не могу сказать, что это меня увлекало с головой. Просто надо было решать задачи, исходя из ситуации и своих убеждений; соблюдая приличия и правила поведения в обществе.

 — Как вы относитесь к профессиональным писательским сообществам? Нужны ли, например, Союзы писателей или это пережиток прошлого?

— Писательские сообщества, я думаю, нужны. Но добровольные и не обязательно масштабные. Мне кажется, время больших съездов прошло (особенно для людей, пишущих свои произведения дома). Но нужно максимально защитить их авторские права, обращать внимание на их трудности, помогать в трудных ситуациях, в конце концов.

Да, всё, что не меняется на протяжении десятилетий, имеет шанс превратиться в застывшую форму. Но всё равно надо пробовать искать подходящие для сегодняшних времён формы объединения.

— Как вам кажется, каково будущее русской поэзии, а возможно, и поэзии вообще?

— Будущее российской поэзии рождается сегодня. Те, кто внимательно следит за изменением поэтического ландшафта, знает про это много больше, чем я. Мне хотелось бы сказать лишь одно: русская и российская поэзия в целом — это наша национальная гордость. Очень хотелось бы, чтобы её традиции, помогавшие подняться нашим гениям и стать известными во всём мире, никуда не делись, не ушли… Они себя оправдали и достойны продолжения.

Интервью подготовила Алина Ермолаева для журнала «Казань»