Креативный директор Yammy Music: «Проект, реализованный на любом языке, может быть интересным»

Продюсер Адель Таккезе о новом поколении татарской музыки, о работе первого музыкального инди-лейбла в Татарстане и о том, каких событий не хватает Казани.

Продюсер Адель Таккезе о новом поколении татарской музыки, о работе первого музыкального инди-лейбла в Татарстане и о том, каких событий не хватает Казани.

Нужна ли Татарстану новая музыка?

Запрос на новое поколение татарской музыки, безусловно, есть, считает Адель. «Так или иначе у каждого человека есть своего рода локальная идентичность, ему интересно не только то, что происходит во всем мире, но и вокруг того места, которого он живет», — отмечает он.

Потенциальная аудитория такой музыки довольно большая, поэтому с ней нужно работать, говорит Адель. «Иногда люди испытывают интерес, но не проявляют его. И когда они что-то встречают, что цепляют их внимание, они начинают придавать этому значение», — заявляет он.

«Очень многие люди бывают жертвами стереотипов некоторых западных трендов и, находясь под воздействием этих стереотипов, они могут быть закрытыми для восприятия чего-то нового. Как показывает практика, если появляется хороший, интересный продукт, они обращают на это внимание», — отмечает он.

Трудно сказать, как я отношусь к традиционной татарской эстраде, скорее, никак не отношусь, говорит Адель. «Мне нравится ряд татарских композиторов, но не потому, что они татарские, а потому, что они хорошие музыканты», — отмечает он.

Об АИГЕЛ, Татарке и татарском языке

Проект, реализованный на любом языке, может быть интересным, в том числе, и на татарском, считает продюсер. «Например, АИГЕЛ — это действительно хорошая поэзия, очень интересно поданная и представленная визуально. Это хорошо и с точки зрения идеи, у ее творчества своя предыстория», — говорит он.

Этот проект интересен не в зависимости от языка подачи, его ценность не в том, что он татарский, а в первую очередь это хороший творческий продукт, считает Адель. 

«Язык — это коммуникация и не имеет значение, какая она. Например, исландская музыкальная сцена, несмотря на то, что в Исландии проживает всего 300 тыс. человек, то есть, в три раза меньше, чем в Казани, является такой влиятельной. Собственно, язык им не мешает быть востребованной, полезной и необходимой вообще всей мировой общественности», — отмечает он.

Что касается проекта «TATARKA», то это соответствует каким-то современным тенденциям, это медийно и вирусно, отмечает продюсер. «Проект делали ребята, которые являются одними из пионеров блогосферы в России, поэтому это зашло. Конечно, если это бы сделал кто-то, кто не имел бы такого бэкграунда, то такого эффекта могло и не быть», — заявляет он.

«Да, такие проекты вносят большие изменения в изначальный вид той или иной индустрии, но это происходит с любым языком и культурой. Это естественно, я думаю, противится этому — означает быть не прогрессивным», — говорит он.

Такие проекты способствуют развитию татарского языка, потому что, так или иначе, нужно быть в информационной повестке дня. «С точки зрения татарской культуры, чтобы быть конкурентной, очень важно находиться в повестке дня, не только здесь, в Татарстане, но и вообще в мире. Нужно мыслить масштабно, безусловно, это привлекает внимание», — заявляет продюсер.

Пока ни один из этих проектов нельзя назвать международными, поэтому надо брать планку выше и расширять географию, чтобы такие проекты появлялись по всему миру, отмечает Адель Таккезе.

Как стать участником лейбла Yammy Music?

Нет какой-то четко сформулированной системы правил и критериев, которых лейбл придерживается, рассказывает Адель Таккезе. Есть такое, что интуитивно мы понимаем что интересно, а что нет, по его словам. «В этом смысле этим в большей степени занимается Ильяс (Ильяс Гафаров — основатель лейбла — прим. Т-и), он старается видеть и находить то, с чем можно работать, как можно раскрыть потенциал. Но в целом всегда оценивается творчество», — отмечает он.

«Важно, на каком уровне творчества находится группа, важна идейная составляющая. Но бывает такое, что коллектив может иметь большой творческий потенциал, но та музыка, которая им пишется, может быть не до конца воплощенной из-за технических проблем», - заявляет продюсер.

На что очень важно обращать внимание, так это на то, что бывают люди очень творческие, но не готовые заниматься музыкой профессионально, в том смысле, чтобы это в перспективе становилось их работой, рассказывает Адель. «Есть творческие ребята, которые любят петь, писать музыку, сочинять, но не готовы работать над тем, чтобы иметь интересный сценический образ, не готовы работать с аудиторией и быть участниками некого медийного процесса. Соответственно, мы стараемся распознавать заранее и учитывать это», - говорит он.

Для лейбла это очень важно, потому что это все-таки бизнес, хотя и нельзя сказать, что лейбл ориентирован сугубо на коммерцию, говорит продюсер, добавляя, что также важно иметь исполнителей, которые хотят двигаться вперед с большой командой лейбла и постоянно работать над собой.

Между лейблом и музыкантами абсолютно дружеские отношения, какой-то формализм и субординация не уместна, рассказывает Таккезе. «У лейбла и артистов общие цели. Здесь только остается сформировать некие правила, может быть, которых стоит придерживаться, чтобы этих совместных целей достичь», — говорит он.

Нет единичной реакции, если интересы артистов и самого лейбла не совпадают, рассказывает креативный продюсер. «В этом плане лейбл никогда не старается доминировать над артистом. Артист — это творческая единица, ему так или иначе нужно доверие. Но и есть какие-то внешние вещи, которые он может не видеть, вот, собственно, этими вопросами и занимается лейбл», — отмечает он.

Каких еще проектов не хватает Казани?

Нам не хватает независимых фестивалей, где люди из абсолютно разных сфер могут объединяться для того, чтобы создать что-то совместное, говорит Адель. «Важно, чтобы была коммуникация, чтобы люди знакомились, общались, чтобы приходили новые лица», — считает он.

В Казани мало площадок для самопрезентации творческих единиц, не хватает возможностей экспериментировать масштабно, на городском уровне, считает он. Это могут быть арт-лаборатории, например, этого много в Европе, США, Азии, но у нас этого пока не хватает, по мнению Аделя. При этом нужно делать такое, что было бы характерно конкретно для города, говорит он. «Нельзя просто взять какую-то модель с более успешного с культурной точки зрения города и перенести ее сюда и здесь развивать. Я думаю, она не приживется. То есть, нужно учитывать тонкие ментальные вещи», — отмечает продюсер.