«Были проекты трех категорий: социальные, спортивные и сумасшедшие»

Коронавирус заморозил многие масштабные начинания казанской «Ак Барс Арены», но жизнь постепенно налаживается и некоторые новые фишки стадион запустит уже на днях.

Автор делового блога Руслан Абдулнасыров поговорил с администрацией стадиона и выяснил у гендиректора Радика Миннахметова коммерческие планы управляющей компании, а с заместителем гендиректора Булатом Литвиновым первым прошел почти готовый экскурсионный маршрут под крышей «Ак Барс Арены» на высоте 50 метров от земли.

«Хотим продолжить крышу стадиона открытым горнолыжным спуском»

Радик, на твои плечи свалилась эксплуатация огромного стадиона после всех событий, для которых он строился. Ты начинал его строить, провел мероприятия, но каково теперь содержать такую махину?

От нас по-прежнему многие ждут окупаемости стройки, хотя рассуждать в таком контексте не стоит, по крайней мере, в России. Стадион обошелся почти в полмиллиарда долларов. Даже если он будет приносить по миллиону в год, окупаться ему пять веков. Наши реальные задачи лежат в плоскости операционной прибыли. Футбольный стадион должен зарабатывать на футболе.

Я знаю, что ты новатор и наверняка планируешь реализовать здесь какие-нибудь интересные проекты? Есть идеи, замороженные коронавирусом?

Да, некоторые событийные планы изменились. К примеру, формат республиканского ифтара, который фактически был рожден на этом стадионе. Если помнишь, мы начинали с ифтара на 2,5 тысячи человек, потом меня отговаривали от 5 тысяч, хотя я знал, что можно и 10 тысяч человек одновременно накормить, если отработать практику.

Приглашенные специалисты рассказывали, что им удавалось донести теплую еду до 3 тысяч человек за сутки, а нам надо было сразу до всех. В итоге мы сами все придумали и исполнили, а потом подняли планку до 10 тысяч. Потом из-за Кубка конфедераций и чемпионата мира два года собирали по 10 тысяч в Казанской академии тенниса, а в прошлом году снова вернулись на стадион и накормили уже 15 тысяч. В этом году планировался «Ифтар 100-летия», и мы рассчитывали уже на 20 тысяч человек, но из-за пандемии пришлось сменить формат – ежедневно мы раздавали на стадионе по тысяче порций, зато увеличили число участников сразу до 30 тысяч. Вообще, были проекты трех категорий: социальные, спортивные и сумасшедшие.

Можешь привести по одному примеру?

К спортивным можно отнести фестиваль ArenaLand, запущенный нами еще в 2017 году. На второй год мы его подшлифовали, на третий – получили продукт, к которому стремились, а в этом году хотели еще большего, ввели понятие «ареномена», который, в отличие от «айронмена», умеет все по чуть-чуть. Мы хотели разместить на стадионе лагеря компаний, в основном крупных, потому что участник должен не просто поставить шатер, а передать через его дизайн культуру, эмоцию компании, оснастить на уровне – душем, массажным кабинетом, кухней. Ареноменам от компаний предстояло 24 часа приносить своим организациям баллы, участвуя в соревнованиях более чем по 100 видам спорта. Если говорить об уровне участников, то заявки успели подать авиакомпания «Победа», Ozon…

А что за «безумные» проекты вынашиваете?

 В частности, эллипс крыши стадиона мы хотим продолжить открытым горнолыжным спуском. Некоторые считают, что это слишком дорого, но мы хотим доказать реальность идеи: и климат позволяет, и мощности стадиона – парковки, инженерные сети, общественные зоны уже есть, требуется только сам спуск. Общую архитектуру он не испортит, а для основных жителей нашего «города в городе» – для детей, – думаю, станет главным магнитом в Казани. По плану начинаться спуск должен с высоты 30 метров. К концу года хотим завершить проектные работы, в 2021-м начнем строить, а пока открываем экстремальный тур под крышей «Ак Барс Арены». Ты можешь пройти по нему первым с моим заместителем Булатом Литвиновым.

«Сделаем скоростной спуск на стальном тросе в сторону улицы Чистопольской»

Булат, мы с гендиректором поговорили о некоторых проектах администрации стадиона: судя по всему, вы придумали, как еще зарабатывать на готовой инфраструктуре?

Традиционно заработок для нас не на первом месте. Мы хотим сделать доступной для всех ту красоту, которую пока видят только сотрудники стадиона. Посетитель сможет пройти по техническим мосткам под крышей «Ак Барс Арены» до высшей точки – 50 метров над землей. Для этого мы протянули по маршруту стальной трос, к которому будут цепляться карабины гостей. Самостоятельно отстегнуться от него невозможно, и весь путь проходит в сопровождении инструктора.

 Каковы твои личные ощущения от маршрута? 

Я не большой любитель высоты, в первый раз было не очень комфортно. Потому маршрут и называется экстремальным. Всю дистанцию можно пройти минут за пятнадцать. На днях поступит дополнительное снаряжение, и, надеюсь, со следующей недели мы сможем принять первых посетителей. На маршруте, кстати, есть «тайная тропа», по которой можно подняться и на саму крышу, но пока это вариант на перспективу. В конце пути мы смонтировали прозрачный мосток, чтобы можно было посмотреть под ноги, пощекотать себе нервы.

Стекло-то толстое?

Бронированное, 16 миллиметров. 

 Кто автор этой экстремальной экскурсии?

Гендиректор Радик Миннахметов. Он много раз тут бывал во время стройки и технических обходов, вот и придумал.

Кажется, вы планировали устроить здесь бейсджампинг?

Мысль была, но пока от нее отказались, потому что крыша не имеет подходящей точки для безопасного и эффектного прыжка. Зато появилась другая идея: мы хотим сделать троллей с одной из площадок – скоростной спуск на стальном тросе в сторону улицы Чистопольской. Сейчас всё просчитываем и согласовываем.

Интересно, сколько весят конструкции крыши?

13,5 тысячи тонн держатся на восьми опорах. 

Сколько будет стоить проход на маршрут?

Думаю, не дороже тысячи рублей, в будни дешевле. Будут и групповые скидки.

С таким ценником, полагаю, можно рассчитывать на спрос. Только совет посетителям – приходить после 16 часов, когда не так жарко.

«Заполняемость в последние годы стала болезненным вопросом»

Сколько посадочных мест на «Ак Барс Арене»?

Общая вместимость чуть больше 45 тысяч человек, из них около 2 тысяч – закрытые VIP-места. Но заполняемость в последние годы стала болезненным вопросом: когда-то «Рубин», бывало, собирал больше 40 тысяч болельщиков, теперь приходят в среднем 10-12 тысяч человек, и только на игры уровня «Спартака» продаем по 20 тысяч билетов. Впрочем, пока мы в любом случае не имеем права пускать больше 4,5 тысячи человек по спецрегламенту. Эта квота выбирается, но это лишь 10% от фактической емкости. 

Боитесь игр со «Спартаком»?

С чего бы? Мы «Спартак» обыгрывали не раз, а их боевых фанатов бояться надо не нам, а администрации города. Стадион они не портят, да и кресла у нас антивандальные, по 100 долларов за штуку. Первый посадочный ярус, к примеру, уже семь лет служит, хотя небольшой процент на амортизацию все равно закладывается в бюджет матча. Хотелось бы еще убрать решетки, которые стоят перед гостевыми трибунами, но пока мы не добились согласования. Только для фанатов «Рубина» удалось снять ограждение.

Раньше стадион назывался «Казань Арена». Почему изменилось название?

 Мы просто продали «Ак Барс Банку» название за хорошую сумму – подписали контракт на три года и надеемся продлить сотрудничество после.

Сколько человек работают на стадионе, во что обходится его содержание в целом?

В обычный день вместе с аутсорсингом и техническим персоналом работают не больше 200 человек, из них около 50 – управленческая команда. Современный стадион на 45 тысяч зрителей обходится примерно в 200-250 миллионов рублей в год. У нас ведь порядка 130 тысяч квадратных метров только под трибунами, из них около 68 тысяч квадратов отапливаются. Примерно 20 тысяч квадратов отведено под коммерцию – фитнес, детские образовательные проекты и другие, хотя сейчас не все они работают в полную силу. Может быть, кажется, что на стадионе ничего не происходит, но его ежедневный трафик составляет 2-3 тысячи человек.

Само поле дорого содержать?

Это зависит от количества матчей, но поле не главная статья затрат. Гораздо дороже коммуналка – отопление, электричество.

 Какова общая площадь застройки и платите ли вы земельный налог, будучи муниципальным предприятием?

Территория занимает 32 гектара, но от налога мы освобождены – нет смысла перекладывать деньги из одного кармана в другой. Мы этим объектом управляем с 2012 года, и до сих пор в России нет стадиона, который окупал бы собственную эксплуатацию. Возможно, открытие «Спартак Арены» это изменит, но в случае «Спартака» в принципе сложно отделить кошелек команды от кошелька стадиона. Нашей задачей был выход в ноль, а возврат 16 миллиардов, вложенных в строительство, не подразумевался, ведь это инфраструктурный проект.

В то же время мы остаемся одним из самых коммерчески эффективных стадионов в стране – в прошлом году были признаны номером один по этому критерию и даже получили федеральную награду.

Но другие такие стадионы тоже активно эксплуатируются?

Такой в России пока один, а отдаленно похожих – восемь, и им, конечно, сложнее. У нас была большая фора по времени, да и развивались мы на волне интереса к чемпионату мира. Остальным управляющим компаниям стадионы достались уже после чемпионата.

Сколько всего у вас арендаторов?

 Договоров около тридцати, считая и просто офисы, и относительно крупные проекты. Торговли как таковой нет: согласно концепции, проекты должны увязываться либо со спортом, либо с семейным отдыхом. KidSpace стал первым якорным арендатором, принес детский трафик. Затем подключились фитнес-залы для родителей. Сейчас в разработке офисный центр, который замкнет цикл: человек приехал на стадион, ребенка оставил в детском центре, сам пошел на работу, пообедал тут же в ресторане...

 Торговли нет совсем? Фастфуд же, наверное, есть, и он, должно быть, лишился выручки из-за пандемии?

 Заметного падения по выручке нет, но на аутсорсинг мы отдаем только воду и снэки.

 Как организован быт футболистов?

 У них отдельный секретный вход, через который сейчас можно пройти только со справкой об отсутствии COVID не старше двух дней. У каждого футболиста в раздевалке именное кресло, есть массажный кабинет, душевая и джакузи со льдом для восстановления мышц после матча. У нас четыре раздевалки, и все они одинаковые. А то, знаете, английские клубы иногда хулиганят – строят раздевалки для соперников с черными потолками, или кресла в них ставят под уклоном, чтобы деморализовать команду.

 Давно хотел узнать: почему на Западной и Восточной трибунах билеты различаются в цене?

Это потому что матчи обычно начинаются вечером, в 17.30 или позже. В это время солнце бьет на Восточную трибуну, что не так комфортно.

Жителей через дорогу от стадиона беспокоил огромный медиафасад с рекламой. Как у вас складываются отношения с ними?

 Медиафасад доставлял горожанам «удовольствие» в 2013 году, когда его только смонтировали. Два первых месяца шла круглосуточная пусконаладка – в этот период люди и жаловались. То была временная техническая необходимость, а теперь медиафасад работает до 22.00.