Лена Хамзина, БТИ: Четверть всех квартир в Казани подвергалась перепланировке

Руководители БТИ РТ о последствиях перепланировок, ужесточении контроля за индивидуальным жилым строительством и актуальных вопросах земельного законодательства.
Генеральный директор БТИ РТ Лена Хамзина, вместе со своими заместителями Гульнарой Бегловой и Ольгой Суворовой, дали развернутое интервью ИА «Татар-информ» в котором коснулись наиболее актуальных проблем деятельности бюро технический инвентаризации от неизменяемых тарифов, до законодательных инициатив, способных значительно повлиять на рынок недвижимости. В интервью также принял участие начальник управления методологии БТИ Радик Хабибрахманов.

Чем занимается бюро технической инвентаризации, как изменился круг решаемых вопросов?

— В последние годы БТИ стало многопрофильным предприятием.

Сегодня БТИ — это не только техническая инвентаризация, как было принято считать еще 5 лет назад.

Мы оказываем целый комплекс услуг, связанный с оформлением недвижимости. Одним из основных направлений деятельности предприятия является кадастровая деятельность. У нас в штате 92 кадастровых инженера, мы самое крупное предприятие по количеству кадастровых инженеров в республике. В рамках выполнения кадастровых работ мы решаем земельные вопросы, то есть проводим межевание, уточнение границ, планирование территории, исправление кадастровой ошибки. В отношении объектов капитального строительства изготавливаем технические планы, которые являются основанием для осуществления государственного кадастрового учета объекта. Также мы проектировщики, то есть мы готовим проекты и на индивидуальные жилые дома, на нежилые объекты, проекты перепланировки жилых помещений, проекты реконструкции и капитального ремонта. Кроме того, мы — эксперты.

Сегодня эксперты РГУП БТИ выполняют, землеустроительную экспертизу, оценочную экспертизу, строительно-техническую экспертизу Мы также оказываем услуги по энергоаудиту, являемся членами СРО, обладаем всем необходимым для выполнения энергоаудита оборудованием. РГУП БТИ обладает штатом высококвалифицированных оценщиков, оказывающих услуги в области рыночной оценки имущества.

Сейчас самое новое и самое интересное направление, которое развивает БТИ- это юридическое сопровождение оформления недвижимости: это узаконение самовольных жилых домов, узаконение перепланировок, сопровождение земельных и имущественных споров.

Особенностью работы наших юристов является то, что они работают вместе с проектировщиками, земельщиками, оценщиками, привлекая специалиста из нужной области, не выходя из здания. Таких юристов на стороне найти невозможно, поэтому с нами работать удобно.

Энергоаудит это энергоэффективность?

— Да, энергоаудит даёт обоснованный ответ на вопросы: каковы резервы и насколько можно снизить текущее энергопотребление предприятия путём реализации предложенных мероприятий, сколько средств для этого потребуется, за какой период времени инвестиции окупятся и т. д. Частные лица приходят и заказывают энергоаудит для того чтобы проверить насколько качественно они построили дом.

Нужно помнить, что от объективности и достоверности сведений, отражённых в энергетическом паспорте, напрямую зависит возможность снижения затрат и повышения экономических показателей учреждений любых форм собственности.

Из всего спектра услуг, который вы оказываете какие наиболее востребованы? Спорные, тяжелые…

— Поскольку мы, в первую очередь, кадастровые инженеры, основная доля — это кадастровые работы, т.е. это технические планы, межевые планы, акты обследования. Техническая инвентаризация также остается востребованной услугой.

Направление проектирования пользуется спросом, например, проекты перепланировок очень интересны заказчикам.

Суды охотно привлекают нас в качестве экспертов по оценочной экспертизе, землеустроительной и по строительно-технической экспертизе.

Мы — государственное предприятие и нам доверяют судебные органы.

Юридические услуги сейчас тоже очень популярное направление, Люди очень заинтересованы в качественной юридической помощи. Важно отметить, что все простые ситуации с недвижимостью принципе уже закончились. И теперь уже у людей все вопросы, которые остались, как правило очень сложные, запутанные и поэтому приходится с начала людей консультировать.

При этом у нас консультации бесплатные, специалисты из разных областей (проектировщик, оценщик, техник, юрист)собираются за одним столом, изучают все вопросы по заказчику и только потом выполняются работы.

Каким образом финансируется деятельность бюро?

— БТИ полностью хозрасчетное предприятие. Когда-то, в 70-е годы, БТИ было бюджетным, но уже много лет — это коммерческое предприятие, которое абсолютно никто не финансирует. Мы полностью находимся на самофинансировании.

Какие услуги наиболее денежные?

— Основная доля доходов поступает от кадастровых работ — примерно 85 процентов и 15 процентов от дополнительных видов деятельности: оценка, проектирование, экспертиза, энергоаудит и прочее.

На развитие, инвестиции что-то остается?

— Мы же государственное предприятие, поэтому 30 процентов от чистой прибыли, после уплаты всех налогов, перечисляется в республиканский бюджет, часть остается на развитие. Мы сами приобретаем оборудование. У нас 70 комплектов геодезического оборудования для осуществления кадастровой деятельности, это дорогостоящее оборудование стоимостью более 1 миллиона рублей за комплект. При этом у нас подразделения во всех 45 районах республики. И каждый район должен иметь такое оборудование, в каждый район нужно транспортное средство. Здания и помещения, в которых расположены наши подразделения, практически все находятся в хозяйственном ведении, мы их сами содержим, сами ремонтируем.

Проводятся ли процедуры по сокращению штата предприятия? В связи с чем приходится сокращать штат?

— Да, за последние 10 лет нам пришлось существенно сократить штат.

Во-первых, технический паспорт стал необязательным документом и поэтому объемы услуг по технической инвентаризации сильно упали.

Во-вторых, рынок очень сильно оттягивает доходы и поэтому мы оптимизируем свою численность для того чтобы сохранить рентабельность работы и обеспечить сотрудникам достойную заработную плату.

Сейчас у нас работает 400 человек, а 10 лет назад нас было в 3 раза больше.

Кто устанавливает цены на услуги БТИ?

— Последние 10 лет, мы уже не монополисты, мы работаем в конкурентном рынке, который и устанавливает цены. При этом, цены на некоторые виды услуг сейчас дешевле чем они были 10 лет назад.

На основные виды услуг, на инвентаризацию для физических лиц тарифы нам утверждает Комитет по тарифам, последний раз они пересматривались в 2011 году. Тарифы на работы по межеванию также утверждаются Комитетом по тарифам, и они были последний раз утверждены в 2014 году.

Насколько оправданы тарифы, есть ли услуги, которые предоставляются в убыток?

— Для нас проблема в том, что у нас универсальные сотрудники. Они оказывают сразу несколько видов услуг. Т. е. один человек он идет в поле, делает геодезические замеры, этот же человек потом в программе чертит документы, этот же человек принимает заявку, принимает клиента, т. е. в одном лице у нас несколько профессий сразу. Поэтому нам очень трудно вести раздельный учет. А раздельный учет дает возможность посчитать насколько та или иная услуга нам выгодна или убыточна.

Тарифы для физических лиц, которые утверждены в 11 году, не могут быть сейчас рентабельны. Поэтому перекрестное субсидирование имеет место быть между доходами, поступающими от услуг, оказанных физическим лицами и доходами от услуг юридическим лицам.

Тем более в условиях 44-го ФЗ, когда мы идем на конкурс мы для себя считаем одну цену, фактически иногда выигрываем в разы дешевле.

Можно озвучить насколько планируете изменить тариф?

— У Тарифного комитета принципиальные позиции: нужно показать раздельный учет. Мы, до 1 июля себе поставили задачу выйти на раздельный учет.

Насколько это будет точно, время покажет, и тогда мы очередной раз будем обращаться в тарифный комитет. Но, до тех пор, пока на рынке услуги оказывают за эту цену, наверное, трудно будет убедить что это низкая цена.

Из чего складываются расходы БТИ?

— Мы несопоставимы в хозяйственной деятельности с частным кадастровым инженером, потому что кадастровый инженер не несет такой социальной нагрузки, он не содержит архив в 2 миллиона дел, он не выдает бесплатно массу справок (2000 справок в месяц БТИ бесплатно выдает из своего архива).

А мы эти функции несем, мы официально платим зарплату, мы платим налоги. С частным кадастровым инженером, в этом смысле, сложно конкурировать.

Насколько нужно поднять существующие тарифы?

Наши предложения: хотя бы на коэффициент инфляции за эти годы.

Почему они тогда не повышают?

В первую очередь, это непопулярные меры.

Но у нас тема повышения тарифов во главе угла не стоит. Это не цель предприятия повысить тарифы. Цену диктует рынок. Нам еще важно удержать клиента качественным результатом.

Гульнара Беглова (ГБ): Бывают кадастровые инженеры которые в принципе только пришли на рынок, и считают, что на этом рынке можно очень хорошо заработать. Они оказывают услугу за копейку и тем самым они снижают общерыночную стоимость. Потом они с рынка уходят. Потому что понимают, что здесь очень серьезная конкуренция и в принципе не такой доход как они ожидали. То есть, на этом много денег не заработаешь. А цены, которые они определили, на рынок повлияли, они остались.

Отвечая на ваш вопрос, почему же цены не повышаются, можно сказать, что они не повышаются потому что появляются временные игроки, которые оказывают влияние на цену. Они уходят, а влияние остается.

А те предприятия, которые работают много десятилетий, на них это как раз таки отражается. Когда в конкурсе выигрывает тот, кто минимальную стоимость предлагает, он же снизил стоимость, сделал работы себе в убыток, потом, предположим, закрылся, а мы-то остались с этой ценой.

Ольга Суворова (ОС): И следующий конкурс могут начинать играть с той цены, с минимальной.

В Государственную Думу внесен законопроект про учет. Что это за законопроект и чтобы хотело БТИ в нем видеть?

ГБ: Вот у нас был технический учет и исключительно технические паспорта. При совершении сделок техпаспорт был обязательным документом. Со временем от этого отошли и с 2013 года в полном объеме осуществляется кадастровый учет и технический учет, какой он был раньше, на основании технических паспортов, не осуществляется.

Но сейчас органы государственной власти понимают, что вместе с техническим учетом перестал существовать и учет жилищного фонда.

Потому что предмет кадастрового учета и предмет учета жилищного фонда — это разные вещи. И информация разная.

На сегодняшний день Правительством Российской Федерации разработан проект закона о внесении изменений в Жилищный кодекс. Заключается он в том, что нужно дать определение учету жилищного фонда и определить алгоритм его осуществления.

По нашему мнению, законопроект очень сырой, на самом деле он не предусматривает участие Бюро технической инвентаризации в работе по учету жилищного фонда, и мы сейчас конечно свои предложения по поводу усовершенствования этого законопроекта сформулировали.

Наши предложения заключаются в чем: чтобы учету подвергались все объекты недвижимости, которые относятся к жилищному фонду, в законопроекте этого к сожалению, нет.

В законопроекте не указано как определять организации, которые будут осуществлять учет жилищного фонда.
Мы считаем, что это должны быть государственные организации, возможно, Бюро технической инвентаризации. Хотя мы конечно же прямо не говорим, что давайте будет осуществлять БТИ, но наш взгляд этим должен заниматься государственный измеритель.

Соответственно мы предлагаем хранить документацию, которая по результатам государственного учета жилищного фонда будет осуществляться и хранить по типу как мы храним архивы БТИ.

Это все очень важно, и наша задача донести до Государственной Думы мнение, что в предложенном варианте законопроект, к сожалению, сырой, его надо обязательно дорабатывать. Потому что предложенный законопроект, не достигает ту цель, ради которой этот вопрос поднимается.


Сколько «хрущевок» в Казани?

— У нас нет учета такого что это именно «хрущевка», но по нашим предположениям это где то 1600 домов в Казани.

Как расцениваете программу реновации?

ГБ: Сторонники и противники всегда будут, просто надо понимать, что у каждой 5-этажки, той же самой «хрущевки», есть срок эксплуатации, который наверняка при строительстве был заложен.

Есть же программа капитального ремонта.

ОС: Да, состояние улучшается значительно. Кто-то не попадает в программу капитального ремонта. От жителей тоже много зависит кто, как содержат свой дом. Дом-дому рознь.

Каким образом строятся ваши отношения с частными компаниями…

ОС: Я не считаю, что мы кого-то стараемся ущемить. У нас каких-то тесных взаимоотношений, чтобы мы постоянно в какой- то связи работали с кадастровыми инженерами — нет. У них свой бизнес, у нас своя работа, мы мало от каких принципов отошли в своей работе.

В связи с такой обширной конкурсной деятельностью действительно мы вынуждены снижать цены, но мы всегда доходим до той границы, ниже которой нам нерентабельно работать.

Кадастровые инженеры могут это сделать, либо не могут, но все равно выигрывают за более низкую стоимость.
Что касается качества, я могу сказать, что у нас качество только повысилось. По сравнению с кадастровыми инженерами, и по сравнению с нами же самими.

Мы вынуждены с учетом имеющейся конкуренции на рынке качество повышать.

— Что касается каких-то наших конкурентных преимуществ, бесспорно у нас есть архив. Мы 90 лет его содержим и мы можем просмотреть всю историю объекта, с заказчиком более детально проговорить, обсудить все возможности и предложить какие-то пути решения зная историю объекта.

ОС: Но содержание архива нам не дешево стоит. К хранению архива есть определенные требования, нас регулярно проверяют. Есть определенные требования и к содержанию самого инвентарного дела, — Сейчас кадастровый инженер делает документ и у него нет обязанности сдавать его в архив. То что сделал кадастровый инженер, нигде не хранится. Он завтра бизнес закрыл свой и все потерялось.

И это наверняка когда-то будет проблемой. Что в архиве дырки появятся. Человек, который к нам обращается с заявкой, он знает, что он через 5 или 50 лет придет и найдет свою картинку на сегодняшний день в том виде в котором она есть. Через 5–10 лет и тем более больше, отыскать у кадастрового инженера историю объекта очень проблематично, я думаю, будет.

Особенно когда это крупное предприятие, огромные производственные площадки. У них через годы возникают какие-то проблемы, кто, кому, что, перераспределил, какой-то цех, продал. Возникают вопросы. Всегда можно вернуться к истории, у нас эта информация хранится вечно.
Кадастровые инженеры этого не делают.

БТИ лоббирует такую тему, чтобы только БТИ занимался кадастровым учетом?

ГБ: Нет, мы лоббируем тему, что технические паспорта на объекты жилого фонда вправе изготавливать только государственные и/или муниципальные унитарные предприятия, так называемые БТИ. Как раз в этом и заключается недовольство наших конкурентов — частных организаций, кадастровых инженеров.

Дело в том, что у нас на сегодняшний день существует Постановление Правительства РФ № 1301, которое говорит, что техническую инвентаризацию жилого фонда осуществляют исключительно государственные и муниципальные унитарные предприятия — Бюро технической инвентаризации. Но, к сожалению, мы столкнулись с такой проблемой, что жилищный фонд инвентаризуют все, кому не лень.

Мы отстаиваем свои интересы законным путем, мы обращаем внимание и органов прокуратуры, на то, что учет жилищного фонда выпадает из правового поля.

Если бы учет жилищного фонда вели исключительно мы путем составления техпаспортов, мы бы и отчет полноценный могли сдавать органам государственной власти. На сегодняшний день мы не можем этого сделать потому что не только мы инвентаризируем жилой фонд.

На самом деле недобросовестно конкурирует как раз таки этот кадастровый инженер, который составляет тех паспорт в нарушение закона.

Т.е. документ, именуемый «техпаспорт», может быть составлен только муниципальным или государственным БТИ. А тот документ, который составлен частной организацией либо частным лицом, он техпаспортом именоваться не может. И вообще техпаспортом являться не может.

Это что за постановление?

— Это Постановление Правительства от 13.10.1997го года № 1301 «О государственном учете жилищного фонда в Российской Федерации».

Получается компромиссный вариант, заключается в том, что нужно распространить действие, либо включить в это постановление еще каких-то участников и обязать их регистрировать?

ГБ: Понимаете, сейчас же законопроект Правительства РФ как раз направлен на то чтобы усовершенствовать это Постановление и создать более современные методы учета жилфонда. Как раз таки, отдав учет жилищного фонда, в руки государственному предприятию, государство понимает, что отчет с достоверной информацией будет предоставлен одним лицом.

Когда учет жилищного фонда попадает неограниченному кругу лиц, то собрать достоверную информацию об объектах учета не представляется возможным.

Получается должен быть некий центр где это все собирается?

ГБ: Да.

Поговорим про кадры. Каким образом попадают в БТИ, кто готовит специалистов?

— Средний возраст сотрудников БТИ 38 лет. 77 процентов — это женщины. 70 процентов имеют высшее образование. Но по образованию, это, как правило, строители, юристы, и теперь уже землеустроители. Но это буквально несколько лет. Сейчас мы действующих сотрудников отправляем и они получают землеустроительное образование, для того чтобы подтвердить аттестат кадастрового инженера. А вообще, ежегодно 80 процентов сотрудников проходят у нас переобучение и переквалификацию в том или ином виде.

Основные кадры это кто у вас?

— Строители.

Выпускники КГАСУ?

ОС: В основном, приходят ребята из строительного техникума, параллельно с работой у нас они еще получают высшее образование и вот из таких специалистов как раз и вырастают настоящие профессионалы. Потому что они вот как бы от сохи понимают, что нужно делать.
Их начинают обучать на простейших объектах и потом они уже с годами становятся высокопрофессиональными кадастровыми инженерами.

В чем сложность работы кадастрового инженера?

ОС: Ну у нас объекты совершенно разные, это может быть и энергетический комплекс, и дорожное хозяйство, и железнодорожные какие-то объекты, т. е. там нужно быть специалистом не только в инвентаризации, кадастровом деле, но и обладать знаниями в других областях. Потому что мы должны заказчику предложить пути решения проблемы.

У нас, как правило, заказчики приходят с задачей на результат, а как к нему прийти мы должны проконсультировать от и до, все шаги прописать, из-за этого мы должны быть технологами в своем деле и правовыми консультантами в части законодательства.

Все это, как правило, нужно сделать в кратчайшие сроки и зачастую у нас бывает очень много срочных объектов которые нельзя сделать некачественно, потому что это очень значимый объект.


ГБ: По новому закону, кадастровый инженер несет очень большую ответственность за свою работу. Любая жалоба, недовольство его работой — это рассмотрение жалобы в СРО, в апелляционных комиссиях, потом в судебном порядке. Раньше такого не было.

С нового года кадастровые инженеры работают по новому закону, так называемому единому закону-218, там закреплена большая ответственность и это конечно очень сильно подстегивает на качественный результат работы.

У вас интересная работа?

Это очень интересная и очень сложная работа, многоплановая, творческая. Каждый заказчик — это индивидуальный проект. Здесь ничего не повторяется.

ОС: Мы еще и психологами работаем (смеется). Потому что каждый заказчик — это боль какая-то. У каждого какая-то проблема, свой вопрос. Согласитесь, что каждая перепланировка она индивидуальная, и чтобы ее узаконить это нужно обладать недюжими знаниями.

По поводу изменений в законодательстве…

ГБ: Основное изменение в законодательстве связанно с тем, что, если раньше кадастровый учет объектов осуществлялся отдельным законом по результатам работы кадастрового инженера, а потом уже люди шли по отдельному закону регистрировать свои права в Росреестре, сейчас этот закон единый№ 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

У нас сейчас нет отдельно кадастровой палаты, отдельно Росреестра. Единым органом регистрации выступает Росреестр. Все идут на учет и регистрацию прав именно туда.

ГБ: По старому законодательству кадастровые инженеры могли сами отправлять документы, то есть любое лицо могло выступать заявителем по осуществлению государственного кадастрового учета. И зачастую мы на себя брали эти функции и кадастровые инженер, подготовивший документы, отправлял их по информационным источникам. Если возникала некая проблема в его документах, он узнавал об этом первым, устранял проблему и заказчик получал только готовый результат.

Сегодня такая процедура оказалась исключена. Заявителем выступает непосредственно правообладатель, т.е. непосредственно только правообладатель может обратиться в Росреестр и подавать документы.

Дело в том, что одновременно подается заявление на регистрацию права и на постановку на кадастровый учет. А кадастровый инженер заявителям по регистрации права не может выступать, так как не его право регистрируется.
Почему не сделали для исключительных случаев, когда осуществляется исключительно кадастровый учет (такие случаи тоже есть), не понятно.

По новому закону, когда есть проблема в документах, Росреестр выносит решение о приостановлении осуществления учета и регистрации, и это решение получает непосредственно правообладатель и он не понимает, что с этим делать. Поэтому, конечно, гражданам важно понимать, что в таких случаях нужно идти к тому кадастровому инженеру, который подготовил этот документ.

Бывает какие-то недочеты, ошибки могут быть чисто технические, которые за один день можно устранить и получить потом в итоге готовый результат.

Но часто у нас люди, не понимая что делать, идут в апелляционную комиссию оспаривать эту «приостановку», это затягивается на несколько месяцев ненужной работы, и результат, в принципе получается никакой.

Поэтому всем гражданам наставление такое: если не осуществлен кадастровый учет или регистрация права, по каким-то причинам получено уведомление о приостановлении осуществления этих действий, лучше обращаться к кадастровому инженеру, с просьбой разъяснить в чем здесь проблема.

ЛХ: По ряду государственных объектов, муниципалитеты дают нам доверенность для предоставления их интересов в Росреестре, чтобы ускорить процесс регистрации.

Практикой муниципалитетов нельзя воспользоваться?

ГБ: дело в том, что, когда гражданин приходит, с ними заключается договор на выполнение кадастровых работ. А чтобы его интересы предоставлять, нужна нотариальная доверенность, а нотариальная доверенность — это денежные средства, это 1,5–2 тыс. руб дополнительно. Поэтому не все считают это целесообразным.

ОС: Тем более гражданин же не знает, может у него не возникнут проблемы.

Как оцениваете ситуацию с перепланировками?

ОС: Раньше, когда технический паспорт был обязательным документом для регистрационных действий, перепланировка выявлялась сразу уже на момент сделки.

Теперь уже технический паспорт не нужен и перепланировка только на совести хозяина квартиры.

И как правило идут узаконивать тогда, когда думают, что пора продавать квартиру. Чтобы покупатель не задал вопрос, а узаконена ли у вас перепланировка? Хозяин квартиры идет за узаконением.

Но, как правило, перепланировка у него уже совершена, и тогда у него единственный выход: через суд. Здесь начинается наша работа, наши проектировщики, наши техники и юристы могут осуществить все действия для того чтобы помочь человеку узаконить через суд перепланировку.

Есть перечень работ, которые неузаканиваемы. И поэтому мы сразу говорим, если у человека сделаны такие перепланировки как проем в несущей стене, как вынос отопления на балкон, разрушение стены между балконом и комнатой, — мы сразу говорим, что эта перепланировка не узаканивается.

Когда человек надумал делать перепланировку лучше прийти к нам заказать проект, мы за него сходим санэпидемстанцию, сходим в администрацию, получим все согласования на эту перепланировку. Зато человек сразу будет знать, что вот этого делать нельзя, а вот это можно. И это более правильный прямой путь. Но, к сожалению, чаще бывает наоборот.

На рынке предлагают идти в суд. То есть все ломать делать, а потом через суд узаконивать.

ГБ: Сейчас практика другая, на сегодняшний день администрации районов подходят к этому делу тоже очень серьезно. И много очень случаев когда действительно перепланировка затрагивает несущие стены, либо не соответствует нормам законодательства. В таких случаях муниципальные органы предъявляют встречные иски о приведении жилого помещения в первоначальное состояние.

Это чревато тем что после проведения перепланировки за хорошие деньги, вам придется это все в первоначальный вид приводить.

ЛХ: Администрация не будет молчать если это незаконно.

Какие-то масштабы перепланировок можно описать?

—  К нам по вопросам перепланировок в прошлом году к нам обратились около 2500 человек по Республике Татарстан (за проектами либо за заключениями перепланировки).

На наш взгляд — это капля в море перепланированных квартир.

А сколько квартир с перепланировкой в Казани?

— Каждая четвертая, наверное.

ГБ: И самая большая беда в том, что граждане, которые перепланируют жилье без проекта, они не понимают, что-то можно делать, а что-то нельзя.

Мы живем в домах и не понимаем, что над нами, что под нами, и чем это может обернуться. Мы же слышим по телевизору, тут обрушился дом, там обрушился дом. И частыми причинами этого, как раз таки, становится перепланировка.

И граждане должны понимать, лучше им прийти к компетентному лицу-проектировщику заказать проект, и уже с чистой совестью произвести перепланировку зная, что последствий которые могут обернуться гибелью людей, в результате его перепланировки не будет.

Вы озвучили что каждая вторая квартира с перепланировкой, на чем основан этот вывод?

ГБ: Это наше в первую очередь предположение, потому что действительно очень большой поток, иногда просто люди приходят, говорят, что у нас весь дом перепланирован или они друг-с другом, общаются однотипную перепланировку делают.

ОС: Раньше более лояльный подход к перепланировкам был и администрация в том числе. Мы смотрим инвентарное дело, у нас принято вносить изменения в инвентарное дело в случае перепланировки. И когда мы видим, что везде внесены изменения, вот на этом и складываются наши впечатления что это половина.

Я живу в 5-этажке панельной, там 1 этаж — парикмахерская…

ОС: Сейчас уже скорее всего не дадут разрешение.

В фасадной стене там проем нельзя делать?

— Да. Ну сколько уже понаделано.

Но там ничего не сделаешь уже?

ГБ: Ну почему. Укрепить, усилить можно, просто гарантии что благополучно простоит этот объект нет конечно. Но даже если и сделано что-то надо обратить внимание на, то чтобы усиление конструкции было произведено.

Никто не говорит, что категорично в несущий стене проем ни в коем случае делать нельзя. Нет, возможно. Просто это необходимо конструктору, проектировщику просчитать насколько дополнительная нагрузка будет и что надо туда поставить, чем усилить чтобы было все нормально.

ОС: Эти проекты БТИ как раз и делает.

Как обстоят дела с незаконным строительством домов, коттеджей?

ГБ: В прошлом году изменилось законодательство. Если раньше строили индивидуальные жилые дома без получения разрешения на строительство и это было нормально, потом ставили на учет при наличии документа на землю и регистрировалось право, то сегодня ситуация изменилась.

Чтобы кадастровый инженер выполнил кадастровые работы, изготовил технический план на жилой дом, ему обязательно необходимо разрешение на строительство. К сожалению, у многих граждан такого документа нет.

Этот документ был нужен для человека самого, что он имеет право строить там дом конкретных определенных параметров. Ранее он не нужен был в регистрирующий орган. А сейчас он нужен кадастровому инженеру.
И поэтому мы очень много рассматриваем ситуаций, оказываем юридическую помощь именно в узаконении самовольных построек в виде индивидуальных жилых домов.

Это решается исключительно в судебном порядке, потому что законодательство другого пути признания права собственности на такие объекты не знает.

Это очень сложный процесс. Подать заявление в суд можно только один раз, поэтому человек, который идет от имени правообладателя, он должен быть очень грамотным юристом, должен правильно преподнести суду что данная постройка имеет право на существование, что соблюдены все нормы, предоставить соответствующие доказательства(сбор доказательств тоже не легкая работа и иногда даже бывает дорогостоящая).

В зависимости от судов, иногда спрашивают и заключение экспертов о том, что дом выдержал все градостроительные нормы и правила и строительные нормы, и правила.

Поэтому зачастую узаконение самовольного дома может обойтись где-то в 70 тыс. руб. Это единственный порядок признания права собственности. БТИ такие услуги на сегодняшний день оказывает.

Радик Хабибрахманов (РХ): На сегодняшний день есть возможность оформления земельных участков, которые люди сами захватывают. По городу Казани можно увеличить свой земельный участок на 4 сотки. Для этого необходимо обратиться к кадастровому инженеру и составить схему, потом обратиться в исполнительный комитет чтобы увеличить свой земельный участок.

Это земельный налог?

— Это увеличивает земельный налог, но эти 4 сотки он соответственно будет выкупать за 15 процентов от кадастровой стоимости.

РХ: Но в каждом районе свои нюансы есть. Процедура предоставления такого земельного участка может отличаться. Поэтому каждый случай рассматривается индивидуально.