Одна конфета на восьмерых, птица-проводник и свежие следы медведя: как прошли съемки фильма режиссера из Казани в горах Северного Урала

20 Октября 2019

    Автор материала: Александра Давыдова
    Режиссер из Казани Елизавета Киселева вместе со съемочной группой отправилась через перевал Дятлова к геологическому памятнику – столбам выветривания, чтобы снять фильм «Место силы». Ранее ИА «Татар-информ» уже рассказывал о победе девушки на форуме «Алтай – территория развития», где ей удалось завоевать грант в 500 тыс. рублей для реализации проекта. Какие препятствия ждали команду в пути? Как путешественникам удалось справиться со страхом и преодолеть себя? Когда фильм выйдет на экраны и где его можно будет увидеть? Об этом молодой режиссер, а также героиня фильма Рамиля Фатхутдинова рассказали корреспонденту информагентства.

    Преподаватель тхеквондо, монтажер, госслужащий и безработный: как проходил кастинг актеров фильма

    Подсказка от птицы и преследовавшие в дороге неудачи: мистика перевала Дятлова

    Девять дней без возможности принять душ и полное отсутствие мобильной связи

    Снег, грязь и свежие следы медведя в тайге: какие сложности возникли в пути к Маньпупунер

    Фестивали, питчинги и творческие встречи со съемочной группой: когда фильм «Место силы» появится на экранах

    Преподаватель тхеквондо, монтажер, госслужащий и безработный: как проходил кастинг актеров фильма

    Лиза, когда мы встречались в прошлый раз, еще не было известно, кто станет героями фильма. Расскажите, как проходил кастинг? Каких актеров вы подобрали и по каким критериям это делали?

    Л.К.: Все прошло не так, как я ожидала. В моей голове было определенное представление, а на кастинг пришли совершенно другие типажи – это не хорошо и не плохо. И когда я начала подбирать героев, то для меня главным критерием была их мотивация: зачем они идут в этот поход, на каком перепутье стоят. Важно также было желание пойти именно по такому пути – на Маньпупунер, через перевал Дятлова, то есть интерес к местам съемок.

    Герои подобрались максимально в стиле режиссера-документалиста Сергея Мирошниченко – жизненными, простыми, зритель может ассоциировать их с собой. У меня нет знаменитых актеров: Адам преподает детям тхеквондо, Алия работает в госучреждении, Рамиля – монтажер на ТНВ, Марат недавно уволился с работы и ищет себя.

    Как много заявок поступило от потенциальных героев? Из каких городов было большее количество участников кастинга?

    Л.К.: Было больше ста заявок. Интересовались из разных городов России и даже из зарубежья. Очень много заявок было из Сыктывкара – республики Коми, куда мы и отправились в поход, много участников было из Москвы, Сочи, из Питера. Участники из других городов присылали свои видео, а с теми, кто прошел во второй этап, мы созванивались для собеседования. Для казанцев мы провели очный кастинг. На собеседовании я с каждым героем разговаривала около получаса, мне было важно понять, какие они люди и как могут поступить в экстренных ситуациях.

    В итоге получилось так, что все герои, которых я выбрала, были из Казани. Это не нежелание принять людей из других городов, просто так сложилось, что именно эта четверка мне приглянулась больше всего. Я подбирала их во взаимодействии, компоновала много четверок. Много думала бессонными ночами и в итоге решила поступить так. Может быть, это живая энергетика людей, которую я почувствовала, когда проходил кастинг.


    В прошлом интервью вы говорили о том, что планируете уложиться в 500 тыс. и полностью проспонсировать героев. Хватило ли запланированного бюджета?

    Л.К.: Мы договаривались обо всем на постоплату. Какие-то вещи, билеты герои покупали за свой счет, мы их сохранили и все постепенно возмещаем. У нас не хватило финансирования на звукорежиссера и оборудование для него, и это будем решать на постпродакшн (период обработки видеоматериала после съемок эпизодов фильма, - прим. Т-и), будем нанимать опытного саунд-дизайнера. У нас были хороший диктофон, камера, петлички, но не было профессионального звукорежиссерского оборудования, поэтому придется потратиться на монтаж.

    Какое техническое оборудование вы брали с собой для съемок?

    Л.К.: Нам изначально советовали надеяться на себя, поэтому мы взяли максимальное количество мощных пауэрбанков (внешних аккумуляторов, - прим. Т-и). У нас было четыре камеры: две обычные, экшн-камера и дрон. Мы планировали подзаряжать их на горных модулях, которые были через каждые 20 км. Но оказалось, что они работали от солнечных батарей, солнечная погода бывает далеко не всегда, и они часто разряжены. Вот здесь нас очень спасли пауэрбанки.

    Подсказка от птицы и преследовавшие в дороге неудачи: мистика перевала Дятлова


    Вы прилетели с группой людей, которые не знают, что их ждет, в горы. Что было дальше?

    Л.К.: У нас был гид, также к нашей группе присоединился опытный турист, он не участвовал в съемках, но время от времени помогал нам. В первый ничего не происходило, мы просто сели и вместе поужинали, а уже на следующий день отправились на перевал Дятлова. И здесь нас настигло первое серьезное переживание: мы все взяли разный темп, съемочную группу и гида отправили вперед. Пройдя некоторое расстояние, мы заметили, что к горным модулям, где мы оставили часть оборудования, еду, подъехали джипы. Гид вернулся, чтобы следить за ними, поэтому дальше мы отправились в одиночку. Там на первых 1,5 км мы заблудились, не знали, что делать, и потеряли 2 часа времени. Тогда было непонятно, что делать, чтобы выжить. С одной стороны думаешь: «Я хочу снять фильм». А с другой стороны хочешь выжить и довести команду до конца здоровой. Во второй день мы и вовсе заблудились ночью, было очень страшно. Дальше уже таких проблем не возникало.


    Перевал Дятлова – загадочное место, о котором ходит много легенд. Когда вы до него добрались, заметили ли что-то необычное, мистическое?

    Л.К.: Один из героев сильно смеется над тем, что я верю в мистику. Честно говоря, я бы не пошла снимать туда фильм, если бы не верила в энергетику этих мест. Когда ты находишься на перевале, вроде ничего необычного не происходит, но какая-то сильная энергия идет изнутри этого места. С одной стороны, я не смогла этого полностью прочувствовать, потому что работала как режиссер. Но могу сказать, что именно там произошел мой любимый момент фильма – очень мощный контраст реакции героев. У кого-то была буря негативных эмоций, а кому-то было все равно.

    Потом произошла ситуация, которая действительно заставляет поверить в мистику: герой, который, скажем так, не очень хорошо вел себя в этом месте, начал отставать, у него заболела нога, будто это место на протяжении всей экспедиции высасывало у него энергию. Именно ему было сложнее всех пройти этот путь.

    Был еще и такой момент: когда мы шли с перевала Дятлова по туманной местности, дорогу было почти не видно. Вдруг мы увидели птицу и попросили ее показать нам путь. Она взлетела и села на метр дальше, а когда мы дошли до этого места, увидели горные модули. Мы это восприняли тогда на грани юмора и сумасшествия. Не знаю, мистика это или нет, но как будто что-то помогало.

    Р.Ф.: Мы долго шли до перевала, и накопилась усталость. Когда ты достигаешь своей цели, происходит взрыв эмоций. Мы все прочувствовали это, когда пришли туда. Мне было очень тоскливо от понимания, что в этом месте погибли люди, и эта тоска и боль начали выходить наружу. А потом стало максимально спокойно и хорошо, произошло какое-то обнуление. Я мысленно разговаривала с этим местом.

    Девять дней без возможности принять душ и полное отсутствие мобильной связи


    Какие еще значимые места вы посетили за время экспедиции?

    Л.К.: Мы думали подняться еще на священную гору Отортен, но из-за того, что была почти нулевая видимость и скользкие камни, мы не смогли этого сделать. Проходили также горный лагерь «Щебенка», в тот момент выпал снег, и мы не знали, можно ли идти вперед.

    Одной из самых важных точек для нас был Дом Олега, стоящий посереди поля, где нет воды, леса, дров. В 2015 году там зимовал отшельник (Олег Бородин, - прим. Т-и), с едой ему помогали туристы. Сейчас этот дом заброшен, но туристические группы стараются его поддерживать, ведь там можно спастись от холода. (Бородин умер от переохлаждения в январе 2016 года, его кремировали, а прах захоронили рядом с домом, – прим. Т-и).


    Какие моменты в пути доставляли больше всего дискомфорта? Как был организован ваш быт?

    Р.Ф.: Девять дней не моешься, потом прилетаешь и кайфуешь. У нас не было возможности даже помыться. Хотя, однажды я все-таки даже постирала носки около речки. Спасали нас влажные салфетки, но они закончились на полпути.

    Л.К.: Был такой критический момент: в последний день экспедиции у нас закончилась еда, крупы хватило только на завтрак, и это учитывая, что мы ели всего по два раза в день. В горах была нелетная погода, и мы не знали, заберет ли нас вертолет. Нам тогда пришлось делить одну конфету на всю группу из восьми человек.

    Р.Ф.: На протяжении всего пути у нас не было абсолютно никакой сети, для связи нам давали трекеры, через которые мы писали смс родным, что мы живы и все нормально. Был один вечер, когда вдруг на нас что-то нашло, и мы все начали писать сообщения родственникам, что все хорошо. У всех почему-то появилось желание отписаться.


    Не было желания остановиться и сказать: «Все, хочу домой»?

    Р.Ф.: Горы принимают не всех, это факт. Некоторые люди, которые казались сильными, оказались слабыми на дух. Меня они приняли хорошо, я отдохнула, хотя было очень тяжело. Путь казался громадным и сложным в физическом и эмоциональном плане – ты просто идешь и думаешь, как выжить. А когда все прошел, оборачиваешься и думаешь, как было классно. Несмотря на все трудности, я бы повторила это.

    Л.К.: Я приехала бодрая, прыгала по горам, не понимая опасности. Так было в первые несколько дней. А когда добавился вес и нужно было идти весь день, то стало ясно, что иногда не стоит рисковать ради кадров и важно пройти этот путь здоровой. В основном, я копалась в героях и не проживала ситуацию сама. В доме Олега, помню это чувство, я вышла ближе к месту, где захоронен прах, и впервые почувствовала себя наедине с собой, это была минута спокойствия и отдыха от копания в другом человеке. У меня, как у режиссера, была такая проблема. Я не была сама собой и, возможно, хотела бы пройти путь еще раз, но уже как герои.

    Снег, грязь и свежие следы медведя в тайге: какие сложности возникли в пути к Маньпупунер


    Вы добрались до финальной точки – столбов выветривания, горы Маньпупунер. Какие чувства это вызвало у вас?

    Р.Ф.: Это был восьмой день, когда мы шли с большими тяжелыми рюкзаками. Усталость была дикая, болели ноги, у некоторых проявились скрытые травмы, и мы на последнем издыхании пробирались через тайгу. Хотелось скорее дойти и продумать, проговорить свои переживания. А все оказалось по-другому: мы пришли к столбам, и как только я увидела верхушку, в голове наступила полная тишина, я забыла все свои вопросы. Я шла и улыбалась, было просто хорошо. Ты понимаешь, что прошел огромный путь, и видишь финал. В итоге я просто поблагодарила место за опыт и весь этот прекрасный мир. Было такое хорошее очищение.

    Л.К.: Последний день был сложным, мы шли по тайге, по грязи и снегу, по свежим следам медведя, что тоже очень пугало. У многих было чувство: «Спасибо, что дошел живым». Осознавать все, переосмысливать произошедшее с нами начали уже после экспедиции.

    Лично у меня сбылась маленькая мечта – я побывала в месте, к которому стремилась 5 лет, и еще сняла об этом фильм. На протяжении всей экспедиции у меня было ощущение, что место поддерживает меня, как будто природа обнимает. Я чувствовала, что возникают препятствия, какие-то экстренные ситуации, но все это скоро разрешится. Это, скорее всего, происходило, чтобы у меня были интересные ситуации в фильме.

    Удалось ли команде сплотиться? Были ли какие-либо серьезные конфликты?

    Р.Ф.: Конфликты были, а как без этого? Незнакомые люди в горах – естественно, у нас были притирки. Другой вопрос, смогли ли мы это все прожить, пережить, забыть, отпустить.

    Л.К.: В конце, после всего, что мы прошли, наступила гармония, некое родство. Когда мы вернулись домой, мы уже настолько привыкли друг к другу, можно сказать, породнились.


    Какие моменты в экспедиции вызвали самые сильные впечатление?

    Л.К.: Самые сильные чувства у меня были в начале пути, в вертолете. Когда ты летишь, видишь эту красоту природы, осознаешь, что мощный проект впереди, что ты собрала команду, собралась психологически и делаешь что-то необычное для многих режиссеров. А потом буря эмоций была, когда все закончилось и мы улетали. Я даже пустила слезу, грустно было, что все закончилось, даже в город не хотелось возвращаться. Когда вернулась в Казань, я вышла в городе на улицу и почувствовала себя дикаркой – люди вокруг, машины.

    Р.Ф.: Да, в городе стало даже как-то скучно – все у тебя готово, ты думаешь, где вот эта перчинка, где интрига, где эти внутренние переживания, а выживу ли я. Все стало обычным, банальным и неинтересным. Но с другой стороны, появились новые знания, с которыми можно продолжить свою жизнь, повернуть ее как-то по-интересному.

    Фестивали, питчинги и творческие встречи со съемочной группой: когда фильм «Место силы» появится на экранах


    Справились ли герои со своими функциями?

    Л.К.: Я изначально не возлагала на них такую ношу, сказала: «Живите, не стройте из себя кого-то другого, будьте искренними и помогите мне вас раскрыть». Был момент за время экспедиции, когда все начали ходить разным темпом, – кто-то убегал вперед, кто-то отставал и шел сзади. Я тогда напомнила ребятам, что мы снимаем фильм и надо бы держаться всем вместе. На это мне ответили: «Лиза, это жизнь, ты хотела правды – вот она».

    Чему вас научила поездка?

    Л.К.: В физическом плане я могу сказать, что у меня теперь есть походный опыт. Я знаю, что мой организм может многое выдержать. Также я получила и некий моральный опыт, но пока мне сложно об этом говорить. Для меня проект еще не закончен, мне же дальше с ним работать, у меня очень большой этап монтажа, продвижения впереди.


    Р.Ф.: В первую очередь я поговорила с собой, открыла себя с другой стороны – оказалась сильнее, чем думаю. Я поняла, что очень сильно хочу жить, хочу увидеть весь мир, найти классных открытых людей, получить максимум того, что можно получить от жизни.

    Лиза, вы говорили, что герои, экспедиция – все получилось не так, как вы задумывали. Когда все идет не по плану, часто бывает тяжело завершить работу. Не возникает ли сейчас отторжения к проекту?

    Л.К.: На этапе кастинга у меня был ступор. Было представление о героях, о будущем фильме, но все пошло совсем по-другому. Тогда продюсер сказала мне: «Лиза, ты взяла на себя функцию Бога? Хотела документалистику – на, получай?». Я как-то переосмыслила и забыла эту фразу. Когда мы были в походе уже около шести дней, все вновь пошло по-другому, не по задумке. Я опять начала думать, расстраиваться, а потом вдруг: «Лиза, ты опять включила функцию Бога? Ведь цель – раскрыть человеческую душу с точки зрения кадров, планов. У тебя все это есть, это будет интересно, психологически получилось по-другому, но это не есть плохо».


    Когда завершится работа над фильмом, и где зрители смогут его увидеть?

    Л.К.: В декабре мы заканчиваем монтаж, после чего подаем на прокатное удостоверение, это отнимет около месяца. Дальше уже будем думать, на какие фестивали отправить фильм. Я рассчитывала только на российские фестивали, но мне подсказали, что нужно выходить и на международные – там любят такие темы и русскую специфику.

    Есть планы попробовать поучаствовать в питчингах: выиграть поддержку по продвижению или найти продюсера. Скорее всего, у нас также будут гастроли по регионам – показ фильма в рамках частных встреч. О прокате речи не может быть – документалистика не очень удачная история для этого. Также, конечно, нас поддерживает местное телевидение. В конце следующего года, думаю, мы сможем уже выложить фильм и в соцсети.






    Самое читаемое
    Комментарии







    Интервью

    «Набираем людей, как в отряд космонавтов»: Глава МВД РТ о «Казанском феномене», полицейских-антихакерах и доверии населения

    Какие критерии сегодня предъявляют будущим полицейским, почему ОПГ из 90-х уже никогда не вернутся на казанские улицы, из-за чего современные мошенники все чаще используют интернет, а также о проблеме безопасности российских школ и доверии простых людей в интервью с генеральным директором АО «ТАТМЕДИА» Андреем Кузьминым рассказал министр внутренних дел Татарстана Артем Хохорин.

    Интервью

    «Все, что показывают в фильмах про конкурсы красоты, – неправда»: миссис Россия International 2019 о соревнованиях красавиц и реакции семьи на участие

    В Ростове 19 октября завершился конкурс «Миссис Россия International 2019». Победительницей стала 36-летняя жительница Казани, мама троих детей. О том, почему она впервые решила участвовать в подобном конкурсе и что изменилось в ее жизни после победы, обладательница короны рассказала корреспонденту «Татар-информ».  

    еще больше новостей

    © 2019 «События»
    Сетевое издание «События» зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи,
    информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 18 апреля 2014 г. Свидетельство
    о регистрации Эл № ФС77-57762 Создано при поддержке Республиканского агентства по печати и массовым
    коммуникациям РТ. Настоящий ресурс может содержать материалы 16+

    Политика о персональных данных
    Об утверждении Антикоррупционной политики АО "ТАТМЕДИА"
    Для сообщений о фактах коррупции: shamil@tatar-inform.ru

    Адрес редакции 420066, г. Казань, ул. Декабристов, д. 2
    Телефон +7 (843) 222-0-999
    Электронная почта info@tatar-inform.ru
    Учредитель СМИ АО "ТАТМЕДИА"
    Генеральный директор Садыков Шамиль Мухаметович
    Заместитель генерального директора,
    главный редактор русскоязычной ленты
    Олейник Василина Владимировна