В День Защиты детей Уполномоченный по правам ребенка в Татарстане рассказала порталу sntat.ru, как живется юному поколению в республике.

 

Гузель Любисовна, сколько у Вас потенциальных «подопечных» и сколько из них сегодня нуждаются в особой защите?

В Татарстане около 760 тысяч несовершеннолетних, в том числе 151 тысяча – это подростки в возрасте от 14 до 17 лет. Но в особом внимании нуждаются дети так называемой группы риска: дети-сироты, дети с ограниченными возможностями и ребята, которые находятся в конфликте с законом. Сиротами у нас в Татарстане ежегодно становятся около 1 тысячи детей – примерно 2% от всего детского населения республики. По крайней мере, на протяжении последних 6 лет эта цифра остается неизменной. Конечно, хотелось бы, чтобы эта грустная статистика шла на уменьшение, но радует, что у нас нет увеличения.

Кроме того, нужно понимать, что 93% детей этой категории проживают в замещающих семьях: приемных, опекунских, усыновителей и удочерителей. По данным на конец прошлого года, только около 600 детей  находятся в различных сиротских учреждениях республики. К сожалению, половина из них имеет проблемы со здоровьем, поэтому их трудно устроить в семью. Проблематично устроить в семью и «взрослых» подростков, и так называемых «семейных» детей, то есть - из многодетных семей. Правда норма закона, запрещающая разлучать братьев и сестер, действует только для усыновления. В остальных случаях – возможны варианты. Но в каждой конкретной ситуации решение должно приниматься в интересах детей. Впрочем, даже в случае раздельного проживания детей в разных семьях речь не идет об их полной изоляции друг от друга. Важно, чтобы они общались, были вхожи в те семьи, где живут их братья или сестры.

Ну, и конечно, при устройстве младших детей в семью,  учитывается согласие старших. Но, к сожалению,  бывают исключения, когда необходимо даже скрывать от взрослых детей место нахождения младших. Потому что может иметь место эгоистическая позиция, определенный настрой со стороны старшего ребенка. У нас был мальчик, который воспитывался в детском доме, а его троих братьев и сестер передали в хорошую приемную семью, несмотря на то, что он был принципиально против. Потому что внутри семьи были очень непростые отношения. Но я пообещала старшему брату, что обязательно выясню, где его младшие, и посещу их. И я убедилась, что дети попали в очень хорошие руки, внутри этой замещающей  семьи очень сердечные взаимоотношения. Правда, когда я спросила детей, есть ли у них старший брат, они сказали, что нет. Но в перспективе, естественно, отношения между всеми детьми будут налаживаться. Ни в коем случае разрыва семейных отношений между детьми быть не должно.

С какими детскими проблемами к вам чаще всего обращаются жители республики?

Традиционно на первом месте - жилищный вопрос. Ко мне обращаются в ситуации, когда нарушены права детей на жилье. Как правило, это ситуации развода, наличие какого-то внутрисемейного конфликта: бывший муж выселяет вместе с детьми, либо бабушки-дедушки выселяют бывших снох вместе с внуками. К сожалению, в данном случае мы можем только ограничиться консультированием, можем дать какие-то юридические рекомендации. Такие вопросы решаются только в суде – с участием законных представителей несовершеннолетних.

К счастью, вопрос обеспечения жильем детей-сирот у нас в Татарстане решается в рамках республиканских программ. Ежегодно из бюджета республики выделяются на это деньги. Причем, год от года финансирование увеличивается. Этот вопрос находится на контроле у Рустама Нургалиевича и отслеживается еженедельно на субботних совещаниях. Такой подход делает эту программу реально работающей и эффективной.

На втором месте по количеству обращений - право ребенка на семью и семейные связи. То есть споры родителей, которые находятся в ситуации развода, по поводу того, с кем останется ребенок и как он будет общаться со второй стороной. Очень большое количество к нам обращаются пап, бабушек, дедушек с жалобами на нарушение прав детей и внуков, которые лишены общения с ними при разводе родителей, при раздельном их проживании. Просто идет война за детей! По закону, в таких случаях родители должны решать вопрос об общении с детьми по обоюдному согласию в интересах ребенка. Люди перестают быть мужем и женой, но они продолжают оставаться папой и мамой. И у ребенка есть право общаться с обоими. У обоих родителей тоже остается право на общение с ребенком. Если же взрослые не могут договориться цивилизованно, они идут в суд. Но я считаю, что любой судебный спор только усугубляет конфликтную ситуацию. Какое бы решение затем не выносилось, есть недовольная сторона, а значит опять - конфликт. И в результате опять страдает ребенок. Ну, представьте себе ситуацию, когда папа приходит повидаться с ребенком с судебным приставом...

К сожалению и в подобных семейных конфликтах мы можем ограничиться только консультацией о нормах законодательства и советом договориться в интересах ребенка.  В спор между гражданами мы не имеем права вмешиваться.  

А мамы часто жалуются, что, мол, муж или бывший муж забрал ребенка и не отдает? Как, например, в случае с жительницей Казани Марией Келдал, которая в начале мая буквально взорвала интернет сообщением, что ее 4-летнюю дочь папа-турок спрятал на своей Родине и не отдает матери.

Со стороны мам к нам тоже поступают обращения, но реже. Наверное, потому, что при разводе родителей наши  суды, в основном, определяют проживание детей с мамой. Причем, если ребенок не достиг 10 летнего возраста, то его мнение для суда не являет определяющим.
Ко мне примерно один раз в год поступают и обращения по поводу нарушения прав детей, рожденных в международных браках. Но в прошлом году было уже два таких обращения.

Хочу особо подчеркнуть, что когда речь идет о международных браках и разводах, то эти ситуации очень сложные. И всем нашим женщинам и мужчинам, которые решаются на международные браки, я бы рекомендовала заранее изучить семейное законодательство страны супруга или супруги, или хотя бы с ним ознакомиться. А у нас, как правило, сначала попадают в сложную ситуацию, а потом начинают, что называется, бить по хвостам – бегают по инстанциям с просьбой о помощи.

Кстати говоря, два года назад Россия ратифицировала Гаагскую конвенцию о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей. Она как раз касается взаимоотношений между родителями, которые являются гражданами разных стран и после развода «делят» ребенка. Но механизм ее применения в отношении наших граждан очень сложен. Российская Федерация, как новая страна, которая ратифицировала этот документ, имеет право применить его в каком-то конкретном случае, если только другая сторона ратифицировавшая ее раньше, признает Россию в качестве участника этой конвенции. Поэтому, перед тем, как заключать брак с иностранкой или иностранцем, необходимо на всякий случай поинтересоваться, признала ли страна «второй половинки» Россию участницей этой конвенции или нет. Если да, то спор о детях можно будет решать проще. Дело в том, что обычно решение о совместном проживании с ребенком выносит суд одной страны, а в это время ребенок находится в другой стране и там это решение трудно исполнимо. А конвенция позволяет это противоречие урегулировать: решение нашего суда будет обязательно к исполнению на территории того государства, которое признает Россию участником конвенции.

Не секрет, что в некоторых странах институт Ювенальной юстиции позволяет изымать ребенка из семьи из-за синяка, который, по мнению органов опеки, доказывает факт насилия в семье. Возможны ли в Татарстане такие ситуации?

Ну, начнем с того, что в нашей стране Ювенальной юстиции нет. И все опасения по поводу того, что те ювенальные технологии, о которых мы знаем по многочисленным сюжетам из-за рубежа, у нас реальной почвы не имеют. Во всяком случае, на территории Татарстана. И если кто-то мне скажет, что это не так и такой случай есть, я тут же к нему подключусь и буду в нем разбираться. За всю мою практику был только один похожий случай. Но и тогда после нашего вмешательства маме оставили детей. Без реально виновного поведения родителей, никто у них ребенка не отнимет. Наше законодательство очень четко прописывает права кровных родителей на воспитание своих детей.

Предусмотрено только одно основание для отобрания ребенка и оно прописано в 77-ой статье Семейного кодекса — это если дальнейшее пребывание в семье представляет угрозу жизни и здоровью ребенка. Но в таком случае органы опеки незамедлительно сообщают о том, что ребенок отобран у родителей, прокурору и в течение 7 дней обязаны подать в суд исковое заявление об ограничение их родительских прав или об их ограничении. У нас в республике около тысячи детей ежегодно выявляются как оставшиеся без родительского попечения, и примерно 700 из них, как правило, оказывались в такой ситуации. Но, поверьте мне, решения о лишении родительских прав или их ограничении наши суды просто так на пустом месте не выносят.

Считается ли нарушением прав детей, если подростки в столь юном возрасте вступают в брак и рожают детей? И кто в этом случае виноват?

На сегодняшний день Семейный кодекс, и федеральный и наш, республиканский, допускает снижения брачного возраста до 16 или даже до 14 лет при наличии на то уважительных причин. В Татарстане в прошлом году вступили в брак 172 несовершеннолетних. Это меньше, чем в 2013-ом, когда узаконили свои отношения 206 несовершеннолетних. Но ранние браки это тоже исключительные случаи -  когда есть угроза жизни и здоровья, либо когда имеет место быть беременность несовершеннолетней девушки или рождение у нее ребенка и есть намерение со стороны отца узаконить отношения. Такие разрешения выдаются органами опеки и попечительства — несовершеннолетним от 16 до 19 и министерством образования и науки Татарстана - тем, кому от 14 -ти до 16- ти. Я в эти ситуации не вмешиваюсь – у меня нет на это прав и полномочий. Хотя иногда приходится. Так, например, был один случай, когда девочка уже находилась на позднем сроке беременности, а органы опеки даже не знали об этом. И возник вопрос, кто будет законным представителем будущего ребенка, поскольку мама – сама еще ребенок. Решить этот вопрос было необходимо для юридического оформления статуса ребенка. Хотя бы для того, чтобы мама могла без травмирующих факторов и процедур забрать своего малыша из роддома. Мы тогда подключились, и все необходимые документы были максимально быстро оформлены.

Но по большому счету, ранних браков и ранних беременностей не должно быть. Я разделяю озабоченность следственных органов нашей республики по поводу неблагоприятной ситуации с преступлениями против половой неприкосновенности несовершеннолетних. А ведь каждое вступление подростков в половую связь, потенциально может свидетельствовать о совершенном в отношении него преступлении и должно стать предметом пристального внимания со стороны правоохранительных органов. 

Сколько обращений Вам поступает ежегодно, и на кого чаще всего люди жалуются?

Эта цифра примерно одинаковая каждый год. Так в 2014-м поступило 1231 обращение. Среди них есть разные, например, просто, консультирование, а 614 обращений были оформлены как жалобы. В большинстве случаев граждане обжалуют какие-то решения, принятые органами публичной власти. Чаще всего это органы местного самоуправления, второе место – у руководителей различных негосударственных организаций, на третьей позиции – решения территориальных органов федеральных органов власти.

Значительное количество жалоб на противоправные действия в отношении детей поступает на учителей и сотрудников детсадов. Я считаю, что их не должно быть вообще. Ведь эти люди - профессионалы, они педагоги, они должны знать, как справляться с конфликтными ситуациями. Пусть подтягивают психологов, пусть разговаривают с детьми, с родителями. Они должны сразу разрешить конфликт в интересах ребенка. Так что если родители жалуются, никакие проверки с моей стороны даже не нужны. Если человек дошел до меня, значит, конфликт разрастается. А если есть конфликт, значит, есть соответствующая негативная ситуация, в которую втянуты дети.

Соответственно, им не комфортно, и это негативно влияет на их образовательный процесс. В таких случаях я сразу пишу заключение, как правило, в адрес главы района или начальника управления образования, что я усматриваю нарушение прав ребенка и прошу устранить ситуацию. Если они посчитают нужным кого-то наказать, это их право, я не пытаюсь навязывать свою позицию. Родителей я информирую о таких мерах реагирования с моей стороны и предлагаю в случае не разрешения ситуации еще раз обратиться ко мне.

Буквально на прошлой неделе на приеме в Высокогорском районе ко мне обратилась мама с жалобой, что один из учителей начальной школы обижает ее ребенка. Я направила свое заключение в адрес руководства района, но ситуация до сих пор не разрешилась. Будем работать дальше.
Правда, один раз было, что после моего вмешательства педагог, на которого мне жаловались, подала на меня в суд. Мама воспитанника детского сада одного из райцентров Татарстана, рассказала мне, что заведующая, заметив, что ребенок случайно описался, взяла его подушку, вытерла ею лужу на полу, бросила ее на кровать и заставила ребенка спать на этой подушке. После моего заключения в адрес главы муниципалитета я получила совершенно неожиданный ответ: мол, факты подтвердились и заведующая наказана - разжалована в воспитатели. Вы представляете мое недоумение? То есть они максимально приблизили к детям человека, которого вообще к ним подпускать нельзя! Правда, после моего повторного заключения, они ее все же уволили. А через некоторое время я получаю повестку в суд: бывшая заведующая детсадом подала исковое заявление. Она оспаривала мое заключение, которое, по ее мнению, явилось основанием для ее увольнения. Но суд отказал в удовлетворении иска.

Будет ли после смертельного ДТП со школьным автобусом в Нижегородской области проведена проверка соблюдения прав детей организациями, которые занимаются в Татарстане перевозками?

Это компетенция других контрольных органов, но мы держим вопрос на контроле. Тем более впереди лето, и перевозок детей становится больше. И все такого рода мероприятия контролируются на уровне республиканской комиссии по организации летнего отдыха детей. Но я хочу особо подчеркнуть, что на сегодняшний день правила организации перевозки детей четко определены Постановлением правительства Российской Федерации. И нужно просто их соблюдать. А ответственность за соблюдение ложиться, прежде всего, на тех, кто непосредственно эти перевозки организует – на руководство образовательного учреждения или спортивной организации. Ну, и, конечно, родителей, которые должны требовать соблюдения норм безопасности для своих детей. По ночам, например, вообще не должны детей перевозить. Однако, невозможно, чтобы  контролирующая организация стояла за спиной каждого. И, к сожалению, некоторые  этим пользуются. Буквально вчера еду по Казани и вижу старый автобус с детьми, который перевозит их явно не по правилам: салон переполнен, надпись «заказной». В общем, нарушения на лицо.

А как наша республика выглядит по сравнению с другими регионами в плане соблюдения прав ребенка?

Знаете, когда я начинаю рассказывать, что у нас делается в этом плане, коллеги из других субъектов всегда машут руками: дескать, можешь не продолжать, конечно, у вас все хорошо, потому что возможностей больше. Во многом это так, хотя, конечно, у нас есть свои проблемы. Но Татарстан – лидер не только в экономическом развитии, но и в сфере поддержки детей. В республике создаются максимально благоприятные условия для жизни и развития подрастающего поколения. Взять хотя бы нашу беспрецедентную программу по дошкольному образованию, строительству новых детсадов, реконструкции и ремонту старых. Тут мы лидеры, безусловно. Редкий субъект может похвастаться тем же. А какое внимание у нас на протяжении нескольких последних лет уделяется и строительству, реконструкции и ремонту школ! Не секрет, в каком запущенном виде были школы в сельской местности. А сейчас, когда я приезжаю в село, я вижу, что местная школа по своей оснащенности и материально- технической базе нисколько не уступает городской. Конечно, это радует. Кроме того, у нас 154 школы – 10% от общего количества, оборудованы по программе «доступная среда» для детей с ограниченными возможностями. Это, конечно, только первый шаг к инклюзивному образованию, но очень важный, без которого оно было бы в принципе невозможно. Дальше надо прилагать усилия, чтобы эти дети, наконец-то, перешагнули порог наших школ.

Еще одни повод для гордости – строительство фельдшерско-акушерских пунктов. Они очень важны для здоровья детей, которые растут в сельской местности. А взять те же самые сельские клубы, которые повсюду ремонтируют за счет средств, выделенных из республиканского бюджета? Есть школа, есть ФАП, есть клуб – село будет жить и там будут рождаться дети.

Особенно хочется отметить заботу руководства нашей республики о талантливых и одаренных детях. 15 лет исполняется нашему фестивалю «Созвездие». И это не просто фестиваль, это детское творческое движение, аналогов которого нет ни в одном субъекте Российской Федерации. Понятно, что без соответствующей базовой поддержки нашего Лидера Рустама Минниханова, это движение было бы просто невозможно и не могло бы так долго существовать.

Мне не верят мои коллеги из других регионов, когда я рассказываю, что у нас практически в каждом муниципальном районе есть обязательный минимальный набор: спортивный комплекс, бассейн и крытая хоккейная коробка. Даже в сельских районах. И все это существует и работает на бюджетные деньги республики в рамках республиканских программ. Я считаю, что у нас в Татарстане делается все, чтобы наши дети росли здоровыми, умными и талантливыми.   

Читайте также:

Рустам Минниханов: «Ребенок сегодня должен быть здоров и иметь возможности получить хорошее образование»