Лейтенант медицинской службы фронтовой аптекарь Роза Рыбина рассказала, как дошла до Берлина и спасала солдат.

 

Когда началась война, 16-летняя Роза училась в казанском техникуме на фармацевта. Проходила практику в Бугульме, там и услышала о начале боевых действий. Группу выпустили досрочно. Тех, что постарше, сразу на фронт. Более юных - восстанавливать аптеки в освобожденных городах. Вскоре и Роза получила повестку. Попала в медико-санитарную роту знаменитой впоследствии Гомельской дивизии. Стала военным аптекарем на Первом Белорусском фронте.

- На войне стало страшно, когда осколки начали долетать. Особенно если найдешь где-нибудь котелок воды и вымоешь голову, и тут еще осколки летят. Тебе кричат: «Иди в окопы!» Как же я пойду в окопы? Я только голову вымыла, мне сейчас опять песку насыплет. А потом где я снова воды возьму? Нас прямо заталкивали в эти окопы. Ну молодые были, по молодости не так всё это воспринимается, - рассказывает Роза Рыбина.

Приезжая на место, медики первым делом искали уцелевшие дома. Мыли их, чистили, обшивали простынями и обустраивали отделения: хирургическое, эпидемиологическое, аптеку. Если жилья не было, ведь от деревень нередко оставались одни печные трубы и развалины, ставили большие палатки. Но иногда и палаток не хватало. Тогда строили шалаш.

- Такой большой, плотный, хороший шалаш. Обшивали его изнутри плащ-палатками, простынями, ставили стол, и рабочее место было готово, - с улыбкой вспоминает Роза Исхаковна.

Пока одни разбивали медицинский лагерь, эпидемиолог спешила проверить качество местной воды. Ведь враги не только минировали источники, но и отравляли. Линия фронта всегда была близко.

Раненых доставляли прямо с поля боя. Тех, за кого не брались полковые врачи, оперировали хирурги роты. На Розе лежала ответственная задача - обеспечить медиков всем необходимым, а это было непросто. Это ведь сейчас в аптеке вам продадут нужные лекарства. А тогда на фронте фармацевт должен был сначала приготовить их. И, невзирая на бомбежки и полевые условия, нужно было обеспечить полную стерильность.

- Я должна была приготовить лекарства. Ампул ведь не было, как сейчас. Всё было в бутылочках 500-граммовых с притертой пробочкой. Растворы делали прямо на ходу. Также дистиллированную воду гнали. У меня был санитар, который этим занимался и дрова доставал. Он воду гонит, а я сижу готовлю препараты, - поясняет аптекарь.

Лекарства нужно было делать в больших объемах и разной дозировки. Например, новокаин нескольких видов: 0,5%, 2%, 5% - или глюкозу: 5%, 40%. А еще физраствор, гипертонический раствор и массу других препаратов. Но главная сложность - всё нужно было сделать очень быстро.

- Тут уже сестрички бегут: «Ой, Роза, давай скорее! Везут и везут раненых». Я говорю, что стерилизовать надо, никуда не денешься. В автоклав ставим стерилизовать, засекаем, сколько времени. И вот эти горяченькие бутылочки они бегут, везут в свое отделение, - говорит ветеран.

Пока мы беседуем, Роза Исхаковна листает альбом с фотографиями. На них многочисленные боевые подруги и друзья. Прошло уже 70 лет, но она хорошо помнит все имена и судьбы. С одной из пожелтевших карточек весело улыбается девушка в форме, лейтенант медицинской службы. Внуки часто просят показать этот снимок – полюбоваться, какой красивой бабушка была в молодости.

Впрочем, в роте все девчонки как на подбор - симпатичные. Так что без романов на войне тоже не обходилось. Командиру в этом отношении приходилось туго, надо было зорко стеречь красавиц. Если во время перерывов в штабе показывали кино или устраивали танцы, следил, чтобы девушки вернулись вовремя.

На войне всем было тяжело, но женщинам - особенно. Розе лишь немногим повезло - служила не среди мужчин, а в основном с такими же девчонками, как она сама.

- Мы все-таки медсанрота, тут врачи, все девочки вокруг, с точки зрения гигиены лучше и не так страшно. А вот связистки, радистки - каково им-то было?! Так что я все равно считаю, война - это не женское дело, - убеждена Роза Исхаковна.

Когда дошли до Берлина и советские войска заняли Рейхстаг, тысячи наших бойцов расписались на его стенах. Боевые товарищи Розы Исхаковны, да и сама она, тоже не удержались. Но здание было почти полностью исписано, особенно снизу. Подняться выше было непросто. После ожесточенных боев лестниц не осталось, одни перила.

- Солдатики-мужчины как-то сумели по ним вскарабкаться наверх, а мы, девчонки, стоим внизу. Стали смотреть: тут подпись, там подпись. Люди уже до нас здесь были и расписывались. Писать тоже особо нечем. Какой-то камушек, уголек или мел, если найдешь. Я посмотрела, думаю - где же расписаться? И вдруг читаю: «Я Ваня из Рязани». Говорю, ну вот и хорошо, а я Роза из Казани! Взяла и написала это снизу. Теперь кому ни расскажу, все хохочут, - смеется Роза Исхаковна.

С фронта она вернулась 20-летней девушкой. Вышла замуж, родила и воспитала трех дочерей, а потом и трех внуков. Недавно появились правнуки. Любимую работу участница не бросала и после войны, сорок лет проработала в Казани фармацевтом.

Даже после выхода на пенсию ее можно было встретить за прилавком одной из аптек на Аделя Кутуя. Бывшие коллеги не забывают почетную сотрудницу, регулярно навещают и поздравляют с Днем Победы.