«События» встретились с семьями беженцев, которые рассказали, как бросили все и убежали к родственникам лишь бы остаться живыми [ФОТО + ВИДЕО]   [ЭКСКЛЮЗИВ]

 

Подарок на день рождения


Свой девятый день рождения Тимур Кришко запомнит на всю жизнь. Мама впервые не купила торт, и одноклассники не пришли поздравить. Зато был «фейерверк». Это соседний с Краматорском Славянск бомбили из «града». Так мама сказала, говорит Тимур, сам он, конечно, этого не видел. Мама строго на строго запретила выходить на балкон смотреть и к окнам подходить. Обняв полуторагодовалую сестренку Ангелину, они вместе с мамой так и сидели в коридоре своей квартиры на девятом этаже и загадывали желание: что бы кончилась война.

 

 

- Страшно, когда систему град включали, это когда много ракет пускают в одну точку, - рассказывает Тимур. - А так, я видел, как стреляли, еще новые БТРы, и танки, и пушки, и укрепления на блок-постах из мешков с песком с отверстиями, чтобы стрелять.

 

Это все Тимур видел, когда они с бабушкой, дедом и сестренкой бежали из Краматорска. Выехали в четверг в половине седьмого утра на автобусе, а до границы с Россией, до которой всего-то 280 километров, добрались только в субботу утром. Колонна из семи автобусов, по одному нельзя - расстреливают, рассказывает бабушка Тимура Татьяна, ехали лугами и лесами.

 

 

- Все оставили, что только нажили за столько лет - и квартиру, и машину, и гараж, и огород, взяли внуков и поехали, - говорит Татьяна.- Все бросили ради внуков. Дочь с зятем там остались, дожидаются, может лучше будет...

 

- Мама звонит и рассказывает, что каждый день все хуже и хуже, - перебивает бабушку Тимур. - Воды нет, света нет. Тоже на сумках сидят, может и поедут.

 


Деда у Тимура зовут Николай. Он молчаливый. Вообще старается не говорить, потому что как только начинает - к горлу подкатывает ком. Никогда он не думал, что на старости лет придется вот так начинать жизнь с начала, что на своей исторической родине окажется на правах беженца. Они с супругой ведь в Краматорск переехали в 80-х годах. А до этого жили здесь - Татьяна в Новой Туре, Николай в Залесном. У родственников в Юдино и остановились сейчас.


- Неделю, ладно, две недели, а потом что делать? Надоедать им? - рассуждает Николай, и подумав немного добавляет. - Надо было все-таки детей вывозить оттуда, переживаю очень за дочку, бомбят постоянно.


В миграционной службе по Татарстану Третьяковым назначили прием на 29 июля.



Остались только таксисты
 

Фотограф Фарит Сейфуллин в Казань приехал из Славянска. С собой взял самых дорогих - жену и тещу. Дочь давно живет во Львове, но ехать решили в Россию. В Славянске у Фарита осталась квартира и собственное дело - фотостудия, он 18 лет назад ее открыл. У тещи - свой дом.

 

- Живя там не очень хотелось все бросать и уезжать. Только когда взорвали соседний дом и волной выбило все окна в студии, тогда загрузили по полной багажник и поехали, - рассказывает Фарит.

 

 

В Казани они поселились у племянника в однокомнатной квартире. В тесноте, зато живые, Господь помогает, говорит Фарит.

 

В ФМС их записали на 7 августа. До этого есть время подумать за каким статусом обратиться.

 

- Пока не знаем, как правильней все это сделать. Если получишь статус беженца, то потом не сможешь не то, что вернуться, даже съездить. А там недвижимость. Пока решаем, как лучше сделать, чтобы там не потерять. Хотя там даже за небольшие деньги никто сейчас ничего не купит. Не то, что продать, даже если приплатишь, никто не возьмет, - смеется Фарит. А что еще ему остается? Думать только о хорошем. Падать духом нельзя.

 

В его родном городе сейчас нет света, воды, газа, телефонной связи. Но уезжать оттуда не все жители торопятся. Его соседка бабушка - божий одуванчик, как говорит Фарит, У нее в доме все окна побило, когда рядом мина взорвалась, но она не может по состоянию здоровья никуда уехать. Фарит оставил ей продукты, воду, когда уезжал в Россию. Но есть и такие, которые остаются в Славянске несмотря на опасность.

 

- У нас дальний родственник - таксист. Он говорит: «Куда я сейчас поеду? У меня сейчас такие заработки, которых в мирное время не было!». Выезжают потому что все партизанскими тропами, где нет постов, последние деньги отдают чтобы выехать.

 

Сейчас Фарит ищет работу. Он уверен, что с его ремеслом не пропадешь. Он классный фотопортретист. Хотя, конечно, понимает, что рынок этими услугами в Казани пресыщен.

 

- Я не белоручка, готов к любой работе, но лучше всего у меня фотографировать получается. Я же 25 лет этим занимаюсь, - говорит Фарит.

 

Пока Фариду предложили работу не по специальности. За 500 рублей в день он будет сортировать, и грузить вещи и продукты, которые казанцы передают в качестве гуманитарной помощи жителям Украины.



Взяли только две сумки



Надежде и Алексею по 30 лет. Их дочке Настеньке 5. Они беженцы из небольшого украинского городка Угледар, который еще не успел «засветиться» в страшных военных сводках, но 3 июня семья решила бросить все и уехать в Россию.

 

 

- 3 июня  недалеко от Угледара обстреляли блокпост. И тяжело просто было идти на работу, зная, что семья в городе. Что придешь домой, а там руины, - рассказывает глава семейства. - Решил, что надо куда-то вывозить семью.

 

У супруги  Алексея Надежды в Казани живет родная тетя. Поэтому и решили поехать сюда. Вообще родители Надежды родом из Казани, но 35 лет назад уехали за длинным рублем на угольные прииски.

 

- Мама, папа там остались, волнуюсь за них. С нами они не хотели ехать тогда, а сейчас хотят, но боятся. Это нам повезло - доехали. Ой, как они сейчас жалеют, что в молодости из Казани переехали на Украину, - тяжело вздыхает Надежда.

 

- У меня мать с Ростова, она туда к родственникам уехала. Отец в Угледаре остался, - продолжает рассказ супруги  Алексей. -  У него там родители, он не хочет их оставлять.

 

До границы с Россией семья добиралась мелкими перебежками. На попутках, электричке, автобусах. К самим пунктам пропуска шли по полям пешком. На троих взяли только две сумки с вещами - летними и осенними. Первое время, надеются, помогут родственники.

 

- Все время на шее у родственников не будешь сидеть, поэтому  работу хотим  найти. С этим проблем не будет, - надеется Алексей. - Дело в документах, без разрешения на временное убежище не дадут работу.

 

В конце июля семью ждут в миграционной службе. 90 дней со дня приезда они могут находиться в России на законных основаниях, потом нужно получить разрешение на временное убежище или проживание, которое дается на год и только после этого можно просить вид на жительство.

 

 

Алексей в Угледаре работал на шахте, а Надежда барменом в кафе.

 

- И мысли не было никогда, что станем беженцами. Знали, когда войны идут, бывают беженцы, всегда переживали за них. Но никогда не думали, что нас это коснется, - говорит Надежда, держа за руку дочку Настю, которая радостно прыгает в луже. Для девочки приезд в Казань - это неожиданное приключение. Папа с мамой ей не говорят, зачем это вдруг решили уехать из дома.

 

-  Не надо ей пока этого знать. Она смотрит по телевизору это все. Спрашивает - это у нас в городе? Я говорю - нет. Не хочу, чтобы она знала.



Официально

 

По данным федеральной миграционной службы по Татарстану из Украины в Казань приехали 224 человека. Четыре из них получили статус беженцев, еще 24 разрешение на временное убежище. Остальные ждут, пока до них дойдет очередь, чтобы сдать документы в ФМС. Квоты для мигрантов выделенные Татарстану федеральным центром на 2014 год давно выработаны, но для украинских беженцев делают исключение.

 

Читайте также по теме: 

 

В миграционной службе Татарстана очередь из украинских беженцев

 

В Татарстане беженцам из Украины готовы предоставить рабочие места

 

Дарья Турцева

фото: Ринат Назметдинов