Московский режиссер Гюзель Султанова, вдохновившись произведением классика «В метель», написала сценарий к короткометражке. Он уже собрал целый веер наград престижных фестивалей, осталось дело за малым - экранизировать.

 

Представьте себе картину: начало XX века. Мустафа - молодой человек лет 26, возвращается в родную татарскую деревню с солдатчины. Он едет домой в сильный буран, по пути вспоминая детство и маму, которую очень сильно обидел перед отъездом. Она в это время лежит при смерти в своей избе, но ждёт и верит, что сын вернется. И последнее, что она увидит в своей жизни, - это его силуэт у двери. Только ласковых слов: «Мамочка, родная...» женщина уже не услышит. Вы узнали сюжет новеллы «В метель» Шарифа Камала? У нас в Татарстане ее читали многие. Теперь есть шанс, что об этом произведении услышат на кинофестивалях всего мира. Режиссер Гюзель Султанова (которая, к слову, уроженка Набережных Челнов) адаптировала эту историю в сценарий к 20-минутной короткометражке. Вопрос лишь в деньгах - чтобы снять фильм, нужны миллионы рублей. Сейчас в Министерстве культуры республики решается вопрос о финансировании экранизации. А мы тем временем расспросили Гюзель Султанову о том, что ее вдохновило на создание такого кино, об интересе к татарам за рубежом и, конечно, о ней самой.

- Гюзель, как вы решили стать режиссером?

- Я закончила МГУ, социологический факультет, кафедру культуры. Со школьной скамьи мечтала быть режиссером, но судьба привела меня в режиссерское кресло не по прямой. Закончив университет, я поработала какое-то время по профессии, социологом. На тот момент у меня накопился определенный материальный бэкграунд, я решила вопрос с жильем в Москве и поняла, что пора осваивать профессию, о которой грезила. И поступила на Высшие курсы сценаристов и режиссеров (ВКСР). Сейчас работаю на разных проектах. Снимаю короткометражное кино, телевизионные программы. Моя последняя короткометражная картина «Снежинка» второй год ходит по фестивалям - мы получили более 15 призов, в том числе два Гран-при. Буквально на днях пришло приглашение из Австралии!

- А в Казанском международном фестивале мусульманского кино собираетесь участвовать?

- Мы отправили «Снежинку», и, насколько я поняла, нас возьмут. Если да, то я с удовольствием приеду. У меня родной брат живет в Казани и много родственников, совмещу приятное с приятным.

- Вы давно живете и работаете в Москве. Почему решили обратиться к корням и снять фильм именно на национальную тему?

- Я дочь татарского народа, и меня волнует культура моей нации, я выросла с этим. Честно говоря, я грущу, потому что у меня нет возможности часто общаться с родственниками, разговаривать на родном языке. Я уже, приезжая в республику, недельку осваиваюсь, чтобы начать говорить по-татарски без акцента. Это было для меня естественным решением: снять «татарскую» историю по мотивам произведения татарского писателя.

«Тёплые слова родителям нужно успеть сказать при жизни»

- Почему именно «В метель»?

- Я впервые прочитала новеллу лет шесть назад, и она меня очень тронула. Тогда я еще училась на Высших курсах сценаристов и режиссеров, ездила в Казань, собирала видеоматериал по музеям города к своему проекту, который, к сожалению, потом закрылся. В музее Шарифа Камала я познакомилась с директором, и он обратил мое внимание на эту новеллу. Я до этого и не знала, что есть такой писатель. Взяла книжку, стала читать, и мне она очень понравилась, потрясла до глубины души. Здесь, наверное, есть и какие-то личные мотивы, потому что я вижу в этом способ для себя сказать своим родителям, что я их люблю, и все остальные теплые слова, которые нужно говорить им при жизни. Я считаю, что эта тема касается каждого.

- Вы хотите, чтобы всё было аутентично: деревня тех времен, обстановка, костюмы. Не было мыслей адаптировать произведение к нашему времени?

- Нет, я считаю, что эту историю надо показывать в историческом ключе, потому что именно там есть примечательные этнографические детали. Сейчас уже всё не так у татар, раньше было более жёстко, сильнее подчинялось канонам ислама, дети при разводе оставались у отца - в наше время так почти не бывает. И мне очень хочется передать историю, дух народа, потому что мало кто знает, как жили татары, какой быт у них существовал. Поэтому для меня очень важно показать все стороны жизни татарского народа - и материальную, и духовную культуру. Я горда своими корнями: наша нация дала немало великих деятелей культуры: и композиторы, и поэты, и художники.

- А этот исторический материал доступен, сохранился? Или же надо заново всё «копать»?

- Сама новелла написана в начале XX века, еще до Первой мировой войны. Герой возвращается с солдатчины. То есть по историческим меркам это произошло не так давно, это пора моих дедушки с бабушкой. Я слушала их воспоминания, рассказы о детстве, есть много фотографий. Думаю, в музеях и в деревнях можно поискать и арендовать предметы быта той поры, в театрах найти костюмы. Надеюсь, что найти и восстановить всё это будет нетрудно. В организации подготовки и съемках мне берется помогать казанская кинокомпания «Белый лист», продюсер Алина Ризванова. Сложнее будет отыскать деревню: сейчас они все осовременены проводами, газовыми трубами и антеннами. Но будем работать на пост-продакшн, «замазывать» всё это.

- Каким вы видите итоговый вариант фильма? Это должна быть красивая картинка с живописными пейзажами, чтобы человеческая трагедия разворачивалась на фоне прекрасного, либо это должно быть что-то тяжелое, серое и гнетущее?

- Здесь нужно отталкиваться от того, что действие фильма разворачивается в буран, в котором почти ничего не видно. Герой едет в поле, всё белое, монохромное. Но цветными пятнами будут всплывать его воспоминания из детства. Чем драматичнее они будут, чем жёстче обращается он со своей матерью, тем менее цветными становятся и его воспоминания. Самые первые годы, сцены, когда он еще любит маму, - это самое солнечное пятно. И им, кстати, закончится фильм, это как символ памяти и бесконечной материнской любви, что осталась с героем даже после ухода матери. То есть будет контраст между действием в настоящем времени, когда он едет в метель и когда всё черно-белое, и его воспоминаниями-снами. К кульминационному моменту все краски начнут сгущаться, давить на него. Буран выхолащивает главного героя, замораживает его и тихо убивает. С другой стороны, этот белый снег очищает его, смывает всю грязь с души. 

«Кино в Татарстане есть!»

 - Насколько я знаю, сценарий приняли на ура?

- Да, он участвовал в первом питчинге дебютантов при Московском международном кинофестивале, попал в шорт-лист. И еще он участвовал в конкурсе сценариев «Доброе кино» в рамках фестиваля «Лучезарный ангел» и стал лауреатом. Пока, к сожалению, мы не нашли финансирования. Но проект сейчас находится на рассмотрении в Министерстве культуры Татарстана. Мы надеемся, что найдутся средства на его воплощение. В Москве мы их пока найти не можем.

- А как в Татарстане обстоят дела с финансированием фильмов?

- Я, честно говоря, мало об этом знаю. Но мне кажется, что в последнее время движение началось, минкульт начал выдавать деньги, поддерживать своих кинематографистов.

- Как вы можете оценить уровень кинематографа в Татарстане?

- Мне сложно судить, но могу сказать точно: «кино в Татарстане есть». Каждый год выходит полнометражный фильм, много документального кино. К сожалению, оно не на слуху и в контексте российского кино татарское кино не «гремит», что меня печалит. Хочется, чтоб гремело! С другой стороны, трудно назвать республику, чье кино прямо-таки гремело бы в масштабе страны. Мы не хуже других, хотя хочется попытаться быть лучше.

- А снять короткометражку - это дорого?

- В нашем случае - да, деньги очень большие, несколько миллионов рублей. Там очень много компьютерной графики, очень сложные постановочные художественные сцены с бураном. Понятно, в настоящую метель снимать нельзя, съемки нужно организовывать: везти большие пропеллеры, делать искусственный снег, рисовать графику. А учитывая, что это короткометражный фильм, никакого проката ему не светит, кроме фестивального. На то, что деньги «отобьются», рассчитывать не приходится.

«Не надо нас равнять с татаро-монгольским игом!»

- Но разве в случае успеха этот фильм не сработает на престиж республики во всем мире?

- Это однозначно! Это, прежде всего, вклад в культуру и престиж республики в международном кинопространстве. Более того, я думаю, что это кино, учитывая этнографический контекст, будет более чем интересно зарубежному зрителю. Там вообще мало кто знает, что такая национальность существует. Я, например, когда езжу в Европу и говорю, что я татарка, люди долго пытаются понять, кто это, что это. Одни думают, что это другая страна, не Россия. И Казахстан примеривают, Таджикистан. Приходится долго объяснять, что у нас большая республика, большая нация, огромное историческое и культурное прошлое и что не надо нас равнять с татаро-монгольским игом, наша национальность не имеет к этому отношения, что наши предки - булгары, и так далее.

- А что касается актеров, будут ли это местные исполнители или же вы привезете их из Москвы?

- Я хочу снимать фильм в республике с помощью местных ресурсов и людей, задействовать местные кадры, работать с местными актерами. В Татарстане полно талантов, бывают самородки покруче, чем в Москве. Мы будем проводить кастинг среди актеров татарских театров, будем обращаться к казанским кастинг-директорам. Вдруг они знают кого-то очень талантливого из глубинки? Актерский состав у нас небольшой, к тому же есть сложность: у главного героя в этом фильме несколько возрастов. Сначала это ребенок 6 - 8 - 12 лет, а потом взрослый. Самое сложное будет подобрать мальчиков, похожих на взрослого героя. Но, думаю, мы справимся. Только бы дали «добро» на съемки. Остальное уже дело техники.