Один из главных доводов сторонников ЕГЭ – госэкзамен помогает избежать коррупции в вузах. Мол, при поступлении никакого человеческого фактора – только цифры, вернее будет сказать баллы. «События», опираясь на мнения экспертов, пытались понять, так ли это?

 

Наш герой Александр (имя изменено – прим. авт.) был в первом поколении татарстанских школьников, которые сдавали ЕГЭ и по его результатам пытались поступить в вуз. 

- Я сдавал ЕГЭ в 2005 году и сдал очень хорошо, - рассказывает Александр. - Мне для поступления нужно было иметь хороший результат по русскому языку и математике, плюс сдать вступительный экзамен по физике. Первые два предмета у меня были сданы на «отлично», последний при поступлении на факультет ВМК в КГУ – провалил, но оставался запасной вариант – поступление в КГАСУ. Тут мы подстраховались и с физикой мне помогли. 

- Ты можешь сказать, как именно помогли? 

- Подкупили одного из принимающих экзаменов «препода». Он подсказал то, что я не мог написать самостоятельно, - признается Александр. 

Эксперты соглашаются, что подобные случаю бывают и сегодня. Полностью исключить коррупционную составляющую при поступлении не удастся. Исполнительный директор проекта «Не дать – Не взять!» Андрей Петухов говорит, что фактор «родственных связей» все равно остался. 

- Коррупция за 5 лет, конечно, значительно снизилась, но минимальный процент остается. Абитуриент, который сталкивается с подобными вещами, должен сразу отказаться, а в случае непоступления требовать апелляции. Все эти процедуры законом установлены. Но как себя, обычно, ведут? В основном, конечно, соглашаются и, к сожалению, очень много случаев мошенничества замечено, когда люди, не имеющие отношения к вузу, просто деньги собирают, - говорит Андрей Петухов. 

Регулярные скандалы в отдельно взятых учебных заведениях, и в системе образования в целом явно не добавляют ей баллов. По мнению, независимых экспертов, она (система) по-прежнему находится в глубочайшем кризисе. Доказывает это и результаты последнего ЕГЭ. Чтобы спасти школьников и себя чиновники от образования снизили минимальные пороги по двум обязательным предметам – русскому языку и математике. 

-  400 млн рублей минобразования потратила в этом сезоне сдачи ЕГЭ на распространение позитивной информации о себе в СМИ. Этих денег хватило бы для обеспечения несколько десятков школ библиотеками, проведения там ремонта или ремонта в детских садах – сокрушается депутат Госдумы России от «Единой России» Владимир Бурматов. 

Сторонники нынешней системы образования не столь категоричны в оценках. Говорят, что с принятием ЕГЭ, наконец, удалось ликвидировать пресловутый человеческий фактор и теперь все поступают при равных условиях. 

- Прежде всего, ЕГЭ был сделан для того, чтобы уравнять шансы каждого учащегося, каждого выпускника школы поступить в любой вуз. И теперь выпускник, который хорошо учится, где-то в глубинке он имеет шанс поступить в достаточно престижный вуз, руководствуясь теми баллами, которые у него есть. Кроме того, ЕГЭ нивелирует такую составляющую, как личный фактор. Персональное отношение педагога, - говорит кандидат в депутаты Госсовета V созыва от партии «Единая Россия» Анастасия Исаева. 

- Коррупционная составляющая невозможна на сегодняшний день, поскольку прием осуществляет не конкретный преподаватель, а компьютер по результатам ЕГЭ. И в государственных вузах я не вижу возможности для манипуляций, махинаций. Все идет в онлайн режиме и люди видят перемещения своего места по своим баллам, - соглашается с ней ректор КФУ Ильшат Гафуров.  

- Считаю, что введение ЕГЭ, существующая процедура  поступления по его результатам позволяет минимизировать коррупционные риски при приеме, - поддерживает коллегу проректор КНИТУ Александр Кочнев. 

В Управлении Президента Республики Татарстан по вопросам антикоррупционной политики считают, что дыма без огня не бывает. Раз случаи коррупции в вузах выявляются – значит, проблема существует.

- Профилактика коррупции в вузах, это сложная тема, - не скрывают в Управлении. -  Большинство вузов имеют федеральное подчинение, и поэтому важным в работе остается тесное взаимодействие. Например, КНИТУ. Мы очень много лет проводили с ними совместные мероприятия: антикоррупционные форумы, встречи, круглые столы и конференции. Однако, сложно с первого взгляда оценить действенность такого сотрудничества и эффективность. Да люди наши, студенты наши. Конечно, хочется делать больше, но все не охватишь. 

По мнению, специалистов управления, антикоррупционную работу должны проводить не только государственные органы, но и институты гражданского общества, в том числе молодежные общественные организации и объединения. Устраивать различные флешмобы и акции, целью которой станут формирование антикоррупционного мировозрения. А что касается самого вуза, то тут должна быть жесткая позиция ректоров университетов и институтов. Не случайно для активизации этой работы была создана специальная комиссия при Совете ректоров вузов Татарстана, которую возглавил начальник Казанского юридического института МВД России Фоат Зиннуров.

Думается, что результаты не заставят себя долго ждать.

- 5 лет назад в КНИТУ был создан Центр кадровой политики и противодействия коррупции, который ведет большую работу со студентами и преподавателями, - делится, в свою очередь, опытом антикоррупционной работы вуза Александр Кочнев. - Действует программа противодействия коррупции, которая по итогам ежегодного анализа корректируется и уточняется. Создана студенческая антикоррупционная комиссия. Для студентов введены правовые спецкурсы, где рассматриваются антикоррупционные вопросы, ответственность за противоправные деяния. Совместные усилия Центра, деканатов, кафедры правоведения, Союза студентов и аспирантов помогают минимизировать риски коррупционных проявлений, сделать учебный процесс прозрачным и открытым. Наши студенты активно и с удовольствием участвуют во всех антикоррупционных мероприятиях. 

Главной проблемой, которая сегодня мешает контролировать антикоррупционную работу в вузах Татарстана, эксперты называют то, что учебные заведения имеют федеральное подчинение. Оно и понятно, если вуз перестанет быть таковым, он тут же превратится в «местечковое» учебное заведение и кто тогда поедет туда учиться?! Но с другой стороны палки получается, что контролировать, как вуз борется с коррупцией, на местах не могут. Максимум – проведение круглых столов и консультаций, либо обмен мнениями. Вот и получается - сколько волка не корми, все равно в лес смотрит. 

Опрос Фонда общественного мнения