Гибель российского сироты Максима Кузьмина - одного из братьев, усыновленных американцами, взбудоражила всю страну. Главный детский омбудсмен Павел Астахов требует возвращения в Россию второго братишки. А о самоубийстве сироты из Татарстана Рузаля Хайбуллина, который воспитывался в приемной семье, уже никто не вспоминает. И никто не просит изъять других приемных детей у родителей, которые подозреваются в том, что довели подростка до рокового шага (следствие по делу «о доведении» идет полным ходом)…  


Вам что, детей не жалко?

Вот и на видео-пресс-конференции с участием органов опеки из Татарстана, которую 28 февраля провел Уполномоченный по правам ребенка в РФ Павел Астахов, половину эфирного времени он уделил разбору полетов вокруг смерти трехлетнего российского сироты в США и нападкам на журналистов, которые усомнились в том, что  американские приемные родители могли убить ребенка. Пусть даже по неосторожности.   

- В Америке нельзя оставлять детей до 14 лет одних, это приравнивается к преступлению.    Я сам жил в США и попадал в такие ситуации, - признался Астахов. - Когда на два  часа вышел в университет, оставив своего ребенка дома, соседи тут же сообщили об этом везде, куда можно, и меня «пропрофилактировали».  

Детский омбудсмен рассказал также, что в США существует специальная клиника для приемных детей из России, в которой их лечат от «синдрома отсутствия привязанности» и «синдрома алкогольного зачатия». А Максима Кузьмина ко всему прочему лечили еще и от гиперактивности. Мальчик, по словам его приемного отца, отказывался подчиняться взрослым «из-за своего детдомовского прошлого».

Но вот что примечательно: чтобы заполучить в приемные сыновья проблемных сирот Кузьминых из России, американцы заплатили 75 тысяч долларов. Правда, Астахов уточнил, что большая часть этих средств ушла на оплату услуг различных американских служб, содействующих усыновителям. Но вывод сделал однозначный:


- То, что происходит в этой части, и в последнее время особенно, больше похоже на работорговлю: заплатил - получи ребенка. Конвейер!

Обгоним и перегоним

Только когда пресс-конференция стала подходить концу, все вспомнили, зачем собственно собрались - для обсуждения федеральной программы, которая будет способствовать успешному устройству проблемных сирот в российские семьи. Астахов отметил, что согласно подготовленному законопроекту, приемные родители или опекуны, взявшие ребенка старше 7 лет или инвалида, будут получать пособие в 100 тысяч рублей. То есть, в России «конвейер» заработает наоборот: взял ребенка - тебе заплатят! Причем даже если ты близкий родственник. При этом органам опеки вменяется в обязанность сделать базу данных российских сирот прозрачной - выкладывать всех до одного кандидатов в приемные дети в Интернете. Чтобы не возникало соблазна отдать кому-то понравившегося ребенка в обход общей очереди. В том числе - иностранцам.  

Участник видеоконференции от Татарстана - директор республиканского центра усыновления, опеки и попечительства Минобрнауки РТ Любовь Чучупал рассказала о передовом опыте республики по устройству сирот в семьи. Правда, Астахов явно скучал во время ее выступления и шептался о чем-то с коллегами по президиуму.   


- Какой наиболее частый вопрос волнует тех, кто хочет стать кандидатом в приемные родители, - наконец перебил он докладчицу. - Деньги, квартира, законы?


- Вопросы психолого-педагогического и юридического характера, - ответила та.    


- Понятно, понятно, - подытожил Астахов и вежливо «закруглил» доклад.
 
Мимо банка

После видеоконференции корреспондент Интертат.ру попросила Любовь Чучупал прокомментировать изменения в законодательстве о сиротах.  

- Что касается базы данных, то у нас она и так в открытом доступе - на официальном федеральном ресурсе http://www.usynovite.ru  - сообщила она. Но не все сироты из Татарстана попадают туда. Просто потому, что не успевают. Кандидаты, прошедшие у нас «школу приемных родителей» и получившие заключение, что они «годны», расхватывают маленьких детей, которые только что получили статус сироты, как горячие пирожки. Кроме того, мимо «банка» проходят и сироты, которых быстро забирают родственники. Ведь по закону - за ними преимущество. Так что в федеральную базу, как правило,  попадают подростки, а также дети с несколькими серьезными диагнозами. Понятно, что таких берут не очень охотно. Но я все равно против большого денежного пособия для тех, кто захочет воспитывать подросших сирот и инвалидов. Где гарантия, что детей не будут брать только ради денег? Нужно хотя бы разделить эту сумму на несколько лет. Вдруг приемные родители не справятся и вернут детей в детдом, а деньги к тому времени уже потратят? У нас ведь как рассуждают: если свой ребенок «бунтует» - виноват переходный возраст, а если приемный - виноваты плохие гены. Хотя чаще бывает, что дети-подростки отказываются от своих приемных родителей. У нас был случай, когда 15-летняя девочка из Кайбицкого района даже обвинила приемного отца, который не разрешал ей гулять до утра, в сексуальных домогательствах. После того, как обвинения не подтвердились, девочка в заявлении о возврате в детдом, написала честно: я, мол, раньше делала, что хотела, курила и пила, а меня теперь заставляют посуду мыть! Представьте ситуацию, если такой подросток узнает, что приемные родители получили за него 100 тысяч, а теперь еще и мыть посуду заставляют?..   


Елена МЕЛЬНИК


Кстати

На сегодняшний день на учете в органах опеки и попечительства Минобрнауки  РТ стоит более 12 тыс. детей, имеющих статус сирот. Из них переданы в семьи около 11 тыс.: почти  2, 9 тыс. усыновлены, около 5,7 тыс. находятся под опекой родственников, в приемных семьях воспитываются 2,4 тыс. сирот.

За три года (с 2010 по 2012) на международное усыновление из Татарстана передано 43 ребенка.  

Единовременное пособие на взятого в семью ребенка - 13087 рублей. Ежемесячные выплаты на содержание ребенка (выплачиваются опекунам и приемным родителям, но не усыновителям): дошкольника - 6454 рублей, школьника - 7444 рублей. «Зарплата» приемных родителей - 2500 рублей за каждого ребенка.