Моя старинная приятельница поехала отдохнуть на море и на третий день умудрилась сломать ключицу: бросилась спасать какого-то малыша, которого, как ей показалось, вот-вот захлестнет волна, в результате малыш остался в стороне, а ее волна приложила о валун. Теперь у нее кризис самоидентификации: то ли дура, то ли героиня.  

 

Она поделилась со мной терзаниями по телефону как с человеком, способным понять и объяснить (а может, и утешить), а я вдруг вспомнил песенку из старинного фильма «Путь к причалу» и спел ей в трубку про «за волной волна» и друга, который «третье мое плечо». Приятельница обиделась и отключилась. Глупо вышло.

 

С людьми, которые пытаются понять, что за кризис происходит в мире и где тут их место, выходит так же. Мы (Россия, развитые и развивающиеся страны) выплыли из кризиса или нас накрывает его очередная волна? Мы (Россия) – это те, кто способен спасти неких малышей или сами нуждаемся в спасении? И вообще, если есть кризис, то кризис чего – финансов, мирового разделения труда, сломанных маржинальных плеч, то есть насквозь спекулятивного фондового рынка? Или надо брать выше - это кризис цивилизации, исчерпавшей ресурс развития в парадигме индустриально-постиндустриальной экономики, на смену которой, когда уцелевшие государства выберутся из шторма, придут новые технологические уклады, то есть – по Марксу-Энгельсу-Ленину – новое соответствие производительных сил и производственных отношений? Всем хочется внятных объяснений и утешений, а вместо этого нам в уши льются какие-то идиотские песенки. Потому что на самом деле никто толком ничего не знает, потому что каждый – будь то экономический нобелиат или самый яйцеголовый (и не только головый, пардон) государственный деятель – видит и осознает лишь малую часть космической (вар. – хаотической) картины окружающей действительности. Таково современное мировоззрение.

 

Разумеется, никто не хочет признаваться, в том числе и себе самому, в таком печальном бессилии, - песни не умолкают. Небезызвестный Дж. Сорос - махровейший спекулянт! – вместе с еще 95-ю светилами экономики пишет правительствам развитых стран письмо с рецептом спасения экономики на пути создания легального мирового правительства (для начала – в Еврозоне), предсказавший кризис 2008 года Нуриэль Рубини предлагает свой вариант спасения капитализма, обращаясь при этом к авторитету Карла Маркса и уповающий на то же – регулирование рыночных процессов на государственном и надгосударственном уровне… Признают, короче, что прошла эпоха свободной конкуренции, что ничем не ограниченный финансовый капитализм оказывает на мировое хозяйство разрушительное воздействие, но как реально заставить государства и народы отказаться от суверенитета и выполнять волю неких всемирных мудрецов (не обязательно сионских)? Ответа нет.

 

Правда, по мнению ученых Швейцарского государственного института технологий в Цюрихе во главе с доктором Джеймсом Глэттфелдером мировое правительство уже существует. Эти ученые запихали в свой суперкомпьютер данные о прямых и косвенных владельцах/совладельцах более 43 тысяч компаний разных стран и пришли к выводу, что мировой экономикой правит «суперорганизация» из 147 связанных между собой компаний, чьи активы пересекаются друг с другом, что фактически позволяет им контролировать 40% глобального корпоративного богатства. Причем – прав м-р Рубини! – стержнем этих 147 компаний являются финансовые институты.

 

Исследование вызвало сдержанно оживленную реакцию, нашлись аналитики, которые указали, что оно далеко не безупречно. Например, эксперт по макроэкономике из Лондонского университета Джон Дриффилл считает, что «суперорганизация» не может обладать реальной политической властью: 147 компаний — это слишком много, чтобы поддерживать сговор, ведь они представляют разнонаправленные интересы. В то же время, говорит Дриффилд, исследование швейцарских ученых помогает осознать принципы экономической стабильности. И что, спрошу я швейцарцев и лондонского аналитика, - от этого понимания все устаканится, кому-то полегчает?

 

Не имея ни возможности, ни желания влезать в нутро всех этих «черных ящиков», я со своей дилетантской и обывательской, в общем, позиции вижу только одно: последний по счету мировой кризис стал следствием того, что заигрались в производные от денег инструменты корпорации-производители и банки, их – за редким исключением вроде Lehman Brothers – спасли накачкой средств из госбюджетов, соответственно сегодня на повестке кризис госдолгов. Теперь правительства - США, а главным образом лидеров Евросоюза, Германии и Франции, пытаются снять критическое напряжение, побуждая периферийные страны резко снизить госрасходы и принуждая банки согласиться на списания по части гособлигаций в их портфелях. И в первом, и в теперешнем случае конечными плательщиками оказываются трудящиеся, причем не в последнюю очередь – принадлежащие к среднему классу.

 

Нескончаемые демонстрации протеста в Греции, а особенно – как торфяной пожар расползающееся по миру движение «Оккупируй Уолл-стрит» - показывает, что среднему классу такое «мыло – мочало» финансовых воротил и национальных правительств активно не нравится. Пока процесс выглядит как порождение технологий социальных сетей, но если к делу подключатся реальные, а не плюшевые, профсоюзы, однажды поутру мир может с изумлением обнаружить, что на дворе не технологическая, а социальная революция. Так что принципы экономической стабильности пора переосознавать – и не только ученым, но и правителям с олигархами.

 

В контексте всех этих процессов и событий у многих на языке вертится вопрос, а что же у нас, в России? Почему они начинают протестовать при семикратной разнице в доходах между самыми богатыми и самыми бедными, а мы терпим при двадцатикратной, почему если все падают в кризис, то мы падаем сильнее всех – среди развитых и развивающихся? Много можно набрать «почему», но и здесь ответа нет. Может быть, потому, что они – уличные, а мы – домашние, может, потому, что мы еще просто не наелись и боимся спугнуть элементарные, мизерные признаки благосостояния, лишиться того малого, что представляется большим. Одним словом, потому, что у нас другой кризис – кризис самоидентификации. 

 

Юрий АЛАЕВ

Из  журнала "Татарстан" (№11)