Я впервые без стыда отвечаю за содеянное - такую оценку дал режиссер фильма «Огни притона», известный телеведущий и актер Александр Гордон своей новой картине на презентации в Казани.   3 ноября «Огни притона» по сценарию отца Гордона поэта, писателя и художника Гарри Гордона, вышли в российский прокат. Александр Гарриевич представил свой второй после «Пастухов своих коров» фильм в 11-ти российский городах. В день выхода картины в прокат Гордон устроил показ в перекормленной культурно, по его же собственному выражению, Казани.   «Огни притона» - трогательная и драматичная история, в центре которой эффектная 40-летняя женщина «Ма

Я впервые без стыда отвечаю за содеянное - такую оценку дал режиссер фильма «Огни притона», известный телеведущий и актер Александр Гордон своей новой картине на презентации в Казани.

 

3 ноября «Огни притона» по сценарию отца Гордона поэта, писателя и художника Гарри Гордона, вышли в российский прокат. Александр Гарриевич представил свой второй после «Пастухов своих коров» фильм в 11-ти российский городах. В день выхода картины в прокат Гордон устроил показ в перекормленной культурно, по его же собственному выражению, Казани.

 

«Огни притона» - трогательная и драматичная история, в центре которой эффектная 40-летняя женщина «Мама Люба» хозяйка мини-борделя в исполнении Оксаны Фандеры (к слову, актриса родилась и жила в Одессе до 14 лет). Действие происходит в конце 50-х годов в Одессе. Нам фильмом Гордон работал 4 года и тем ценно, что он остался абсолютно доволен работой как зритель. Однако как к режиссеру у Гордона возникло множество вопросов к себе …

 

Из-за технических проблем показ отложили на час, а потом перенесли в меньший по вместительности зал. Но зрители на растерялись – подняли подлокотники кресел, потеснились и, в итоге, все желающие смогли увидеть «Огни притона». Гордон извинился и даже пошутил, что, если бы не темные очки, зрители увидели бы его слезы. «Казань, я люблю тебя!» - воскликнул режиссер и заявил, что такой поступок зрителей – лучший комплимент для него. «Мне бы хотелось, чтобы после просмотра зрители выходили на цыпочках, а не с гирями на ногах», - заявил режиссер.

 

А после показа состоялось обсуждение «Огней притона» со зрителями и культурным сообществом города в формате проекта «Закрытый показ», ведущим которого является Гордон. Только передача, скомпилированная из записей в 11-ти городах, будет выложена в Интернете на одном из сайтов, а не показана по «Первому каналу».

 

 

До презентации фильма в Казани Александр Гордон в эксклюзивном интервью рассказал о своем новом фильме, двойном гражданстве, любви и проститутках.

 

Почему Казань вошла в список городов, где вы презентовали фильм лично?

 

А.Г.: Тут несколько причин. Первая - я был в Казани буквально один день 1 июня 2009 года, в Международный день защиты детей. И мне очень понравилось. Хотя всего один день, но он прошел очень бурно. А во-вторых, Казань - все-таки миллионник, город достаточно культурно напичканный. В отличие от совсем провинции, где практически ничего не бывает, здесь восприятие может быть другим. Казань представляется мне в этом смысле более жесткой, чем, скажем, Пенза или Омск. Хочется проверить.

 

До Казани я уже был в 8-ми городах, еще в 2-х была Оксана Фандера.

 

Проехав уже по стольким городам России, вы уже наверняка можете оценить реакцию публики на свой фильм…

 

А.Г.: Да, и я абсолютно счастлив. Большей части людей, которые приходят в зал, фильм нравится, небольшой части сильно нравится и есть, конечно, совсем небольшая часть, которая негодует по этому поводу. Последние делятся на две группы - очень молодые люди, которые не знают, что бывает другое кино кроме американского развлекательного и насмотренные гурманы, которые считают огрехи и проступки режиссера, а кино не смотрят при этом. Есть еще люди, которые принципиально против того, что они увидели, потому что считают, что все это одна большая неправда. Те, кому нравится кино, гораздо более единодушны. Они просто смеются и просто плачут, и меня это очень радует. А самым большим сюрпризом явилось то, что среди тех, кто смеется и плачет, очень большое количество людей от 17 до 25 лет, на что я, если честно, не рассчитывал. И для меня это загадка, которую еще предстоит разрешить. Потому что я не понимаю, чего они находят в картине. А раз не понимаю, значит, я не могу понять, как эту аудиторию учитывать, когда буду задумывать следующий фильм.

 

Насколько я знаю, в каждом городе, где вы презентуете фильм, после просмотра идет обсуждение со зрителями в формате «Закрытого показа». Где потом можно будет это увидеть?

 

А.Г.: Я думаю, нарезка появится на сайте компании «Ин Моушн», которая является производителем и дистрибьютором фильма. Также возможно, запись выложат и на официальном сайте «Огней притона».

 

Вы впервые оказались в роли экзаменуемого в рамках проекта «Закрытый показ». Как чувствуете себя в этой роли? Понимаете всю тяжесть положения для режиссеров, чьи фильмы представляют в проекте «Первого канала»?

 

А.Г.: Нет, не понимаю. Потому что у меня были очень жесткие установки, когда я это кино делал. И я большую часть из них выполнил. Поэтому у меня есть к себе колоссальные претензии как к режиссеру, но как зрителю мне это кино очень нравится. Поэтому нормальное шизофреническое раздвоение. То есть я понимаю тех, кто критикует. А критикуют они в основном и только по режиссуре. А те, кто на это не обращает внимания и вникает в историю, начинает сопереживать и сочувствовать, их это просто не волнует. Они правы эмоционально - как зрители. Так что я могу совершенно спокойно и на той, и на другой позициях и за себя, и против себя выступать.

 

Вернемся к установкам. Вы можете их обозначить?

 

А.Г.: Они очень простые. Я же понимал, что если я сделаю фильм, при этом будучи ведущим «Закрытого показа», то что бы я ни говорил, это будет расценено как некий манифест. Что вот мне ваше все кино не нравится, так посмотрите мое. И от этого никуда уйти нельзя. Так вот вам мой манифест - фильм «Огни притона».

 

Все, что я пытался сделать - это сохранить честную интонацию в разговоре со зрителем. Потому что меня больше всего в тех фильмах, которые я видел на «Закрытом показе», раздражает не то, как они сделаны, и даже не позиция режиссера и о чем там говорится, а отношение режиссера ко мне как к зрителю. Меня часто презирают, очень часто ненавидят, обвиняют. Я с этих позиций не готов разговаривать с режиссером. То есть я смотрю его кино вынужденно, а меня еще и грязью поливают. Зачем мне это нужно? Я не хочу уходить после просмотра с двумя пудовыми гирями на ногах - и так жить трудно. Мне это ни к чему. Я про себя все и так знаю сам. Мне хочется, чтобы зритель уходил из кинотеатра чуть более распрямленным и высоким, чем приходит туда. На мой взгляд, эти задачи я выполнил. «Огни притона» - абсолютно зрительское кино, сделанное с уважением и с жалостью к зрителю. С жалостью - исходя из главной фразы фильма, которую произносит мама Люба: «Мне жалко людей - особенно всех».

 

Долго вы «пробивали» этот фильм?

 

 

 

А.Г.: Я не «пробивал». У нас есть какая-то неразбериха с тем, как делается кино. То есть если ты хочешь снять картину, но в реальности сам этого не хочешь, у тебя не появляется сценарий, идеи, и тогда ты ходишь и «пробиваешь», и «пробить» не можешь. Потому что сам не горишь этим. А когда ты загорелся настолько, что понимаешь - все, ты ввязался в бой, другого пути уже нет, - и деньги находятся, и актеры соглашаются, и все случается, и погода правильная стоит, в общем - все бывает хорошо, правда. Поэтому начинать надо с того, чтобы захотеть.

 

Вы уже второй раз работаете как со сценаристом со своим отцом. Сложно ли было сработаться?

 

А.Г.: Надо понимать, что этот фильм реалистичен в той мере, в которой можно считать реалистичной живопись импрессионистов. Это не документальная реконструкция событий, которые происходили, а некие впечатления – его, мои, о той Одессе, которая была, о таких людях, которых сейчас уже там нет. В конце концов, главную героиню зовут Любовь, и этим все сказано. Это совершенно конкретное аллегорическое высказывание о любви в нашем мире.

 

А вы можете назвать Одессу вторым главным действующим персонажем фильма?

 

А.Г.: Скорее третьим. Второй главный герой - все окружающие Любу персонажи, такой коллективный персонаж.

 

Главная героиня - проститутка, но чистая душой и всегда готовая прийти на помощь. Остались еще такие в нашей реальной жизни?

 

А.Г.: Вы кино посмотрите и сами ответите себе на этот вопрос.

 

То есть вы задаете вопрос, есть ли место любви в реальной жизни? Я не буду вам отвечать на этот вопрос. Потому что в этом-то и состоит главная фишка этого фильма. Если человек выходит из зала с убеждением, что это невозможно, значит, у меня ничего не получилось. А если он с другим ощущением выходит, значит, что-то удалось.

 

Вы сами с каким ощущением выходите?

 

А.Г.: Мне этот фильм очень помог в жизни избежать колоссального количества своих страхов и комплексов и стать чуть-чуть другим человеком. То есть он меня утешил. Думаю, что «Огни притона» могут утешить кого-то еще. А это не последняя функция кино в нашей нелегкой жизни.

 

 

Каково ваше личное отношение к проституткам?

 

А.Г.: Я никогда не пользовался услугами проституток. Наверное, потому что у меня счастливая судьба – я не понимаю, за что платить-то? Но одна ночевала у меня в номере гостиницы в Свердловске, потому что ей просто некуда было больше пойти.

 

Наряду с известными актерами - Фандерой, Цыгановым, в фильме есть и молодые актеры. Довольны ли вы их работой?

 

А.Г.: В этой картине три дебютанта – два молодых, а один не очень. Исполнитель главной мужской роли – Адама – Алексей Левинский, ему 60 с лишним лет. Он не новичок в профессии – он замечательный театральный актер и режиссер. Но в кино никогда не играл и отказывался это делать. Мне пришлось его уговаривать.

 

 

Кроме того, в «Огнях притона» дебютировала Катерина Шпица – на момент начала съемок она была просто начинающим ребенком. А получился просто роскошный дебют – такая путевка в жизнь. И еще есть Кристиан Жереги – он не актер по профессии, сейчас учится на режиссуре во ВГИКе. В фильме играет главную детскую роль – мальчика Аркашу, который ходит за главной героиней и слюни пускает. Он в силу собственного характера существует в фильме вполне органично.

 

Давайте поговорим еще о новом проекте «Первого канала» «Судьба на выбор». Как вынашивался проект и какую вы все-таки роль в нем играете - смерти, дьявола?

 

А.Г.: Не я его вынашивал. Я давно мечтаю уйти с телевидения, и меня держат только деньги. Я подумал: «Хорошо, меня услышали и ушли с телевидения. Чем я дальше заниматься-то буду?». Кино не кормит, а жить на что-то надо. Тогда я вспомнил, что я - артист и принял предложение канала.

 

 

 

Мой персонаж условно называется демон. По первой серии сложно судить о проекте. Сейчас мы сняли 8 из 12-ти серий. Дальше все будет отчетливее, понятнее и проще, чем в первой серии.

 

То есть вы там исполняете только чисто актерскую роль?

 

 

А.Г.: Да, и все. Решил, что не надо отказываться от актерских предложений, а то так никто и не узнает, чтоя артист. И не будет никто предлагать, и денег не будет. Поэтому я согласился на «Судьбу на выбор» и еще один проект канала, тоже сериал. И сейчас мне еще предлагают роль в фильме про Гагарина – я видимо тоже соглашусь.

 

Скоро на экранах кинотеатров появится ваш третий фильм «Метель»…

 

А.Г.: Картина выйдет в феврале 2012 года. Мне привиделись некоторые образы из рассказа Толстого «Метель». Я долго думал, что с этим можно сделать, и пошел от обратного. У меня были мечты, но не было идеи, и мне принесли деньги. Небольшие, но поскольку уже случился кризис, и стало понятно, что за прежние бюджеты еще нескоро придется снимать, я решил провести эксперимент: а смогу ли я снять кино за такие деньги? А это в 10 раз меньше бюджета «Огней притона». Такой спор с самим собой. Я смог. Фильм получился таким нормальным средним российским кино. Как режиссера он меня даже вполне устраивает, а как зрителя – нет. Я даже хотел оставить фильм, забыть о нем и отдать деньги продюсерам, тем более это не колоссальные суммы. Потом подумал: «Что ж я делаю? В конце концов, подумаешь – ну не получилось у меня. Это ж тоже опыт. Что его скрывать тогда? Хорошеньким что ли казаться?».

 

Болит сердце за российский кинематограф?

 

А.Г.: Ни хрена у меня не болит сердце за российский кинематограф. Пусть у тех, кто это делает, болит. У меня за сделанное мной болит. Иногда совесть, иногда сердце, иногда гордость. Так вот «Они притона» - фильм, которым я, наверное, еще долго буду гордиться.

 

Вам самому из последнего в «Закрытом показе» что-то понравилось?

 

А.Г.: Мне очень нравится новый фильм Коли Хомерики, который я еще не видел. А из последнего, что я видел - «Неадекватные люди» Романа Каримова.

 

Как вам в России живется?

 

А.Г.: Да в России мне живется с удовольствием. Только в Москве живется с трудом.

 

А переехать?

 

А.Г.: Ну если вы будете меня кормить, поить и спать укладывать - то подумаю (смеется).

 

Почему у вас до сих пор остается американское гражданство?

 

 

А.Г.: После моего возвращения в Россию большая часть семьи осталась там. Если я откажусь от американского гражданства, я их больше никогда в Америке не увижу. А мама все-таки в возрасте и отчим очень немолодой человек. Дочка американка уже совсем, ей ездить в Россию не хочется. Поэтому не вижу ничего зазорного в том, что у меня два паспорта. Тем более, законы и Конституция РФ это позволяют.

 

Сиянием «Огней притона» осветилась Кристина ИВАНОВА.