В Московском районном суде Казани продолжилось заседание по делу крушения теплохода «Булгария». Долгий процесс по делу о крушении «Булгарии» близится к завершению. Закончилось судебное следствие, прошли прения. Сегодня участникам процесса предоставили последнее слово [ФОТО + ВИДЕО]

 

С последним словом выступила сторона обвинения и потерпевшие. Ожидалось, что сегодня  последнее слово дадут обвиняемым, суд удалится в совещательную комнату и вынесет приговор, но судья Сергей Якунин всех удивил. Заслушав выступления 4 подсудимых, он неожиданно прервал заседание и последнее слово субарендатора «Булгарии» Светланы Инякиной, для которой обвинение просит больше всего - 14,5 года, отложил на месяц

 

- Объявляю перерыв. Следующее заседание  состоится в середине июня, о точной дате потерпевших известят, - заявил Якунин.

 

Читайте также: "События недели" вели текстовую трансляцию заседания

 

 

Это было сюрпризом для защитников и подсудимых. Во всяком случае, Инякина после выступления Якова Ивашова уже встала со скамьи и собиралась взять слово.

 

- Если суд посчитал нужным сделать перерыв, значит, были объективные причины на то, чтобы отложить судебное заседание и продолжить его в середине следующего месяца, -  прокомментировал неожиданный поворот в судебном процессе Евгений Дикарев, старший помощник Татарского транспортного прокурора.

 

«Они говорят, что имеют право на свободу, а наши родственники имели право на жизнь!»

 

Перед тем, как обвиняемые выступили с последним словом, потерпевший Геннадий Игнарин попросил судью предоставить ему возможность высказаться. У Игнарина на «Булгарии» погиб 35-летний сын Иван. Пожилой мужчина не пропустил ни одного заседания.

 

- Сегодня 140-е по счету заседание, а с момента гибели «Булгарии» прошло уже 1338 дней - начал он свою речь. - Подсудимые утверждают, что они не признают вину, но 122 креста на кладбище - этот факт не скрыть. Сторона защиты переводила стрелки на экипаж, вина которого, безусловно, есть, но речь на судебном процессе о подсудимых. Ходатайство Инякиной об амнистии, ссылки на маленького ребенка - это недопустимо. У ребенка есть отец, а двое детей, которые остались после смерти моего сына... О них кто подумал?! Им некого больше назвать папой.

 

Игнарин выступил от имени всех потерпевших и попросил суд назначить обвиняемым максимальное наказание.

 

 

По ту сторону решетки тоже слезы детей и стариков

 

Бывший инспектор Ространснадзора Владислав Семенов в своей речи ответил потерпевшему Игнарину.

 

- Геннадий Иванович говорит, что никакая слеза ребенка не может сравниться с теми деяниями, которые произошли. Так что теперь, надо в угоду этому принести в жертву невиновного человека? По ту сторону решетки тоже слезы детей и стариков-инвалидов!  Я не посыпаю голову пеплом, своей вины я не чувствую. Я не сделал ничего такого, чтобы мне предъявили такие обвинения. Если бы я чувствовал себя виновным, то за три года «сожрал» себя. Прошу суд вынести справедливое решение, - сказал он.

 

 

Старший помощник капитана «Булгарии» Рамиль Хаметов в последнем слове был краток. Едва сдерживая слезы, он выдавил из себя: «Если бы я управлял судном, этой трагедии не было бы».

 

 

Это единственный из подсудимых, который приговора суда ожидает не за решеткой, а дома под подпиской о невыезде. Но гособвинение просит для него реального заключения. 

 

Начальник казанского отдела Ространснадзора Ирек Тимергазеев (его и Семенова обвиняют в том, что они выдали заведомо ложное положительное заключение о готовности «Булгарии» осуществлять коммерческие перевозки) говорил дольше всех. Его речь заняла 10 минут, адвокату Тимергазеева даже пришлось прервать его и попросить подзащитного быть более кратким. Суть выступления сводилась к тому, что в крушении виновен экипаж.

 

- Не бумажка утопила судно, а непрофессионализм экипажа, люди, которые не закрыли иллюминаторы. Надо было устанавливать, кто эти люди, вот над чем надо было работать следствию! – заявил Тимергазеев.

 

 

Из зала в этот момент послышались комментарии: «Всех сдал, но поздно»

 

После этого судья дал слово эксперту Российского речного регистра Якову Ивашову. Он, как и Хаметов, был предельно краток.

 

- Корабль был технически пригоден. К гибели людей я непричастен. Прошу суд меня оправдать, - сказал Ивашов.

 

 

Позиция однозначна: «Виновен!»

 

Гособвинение настаивает на своем. Никаких оснований не доверять тем доказательствам, которые были представлены, – нет.  

 

- Обвиняемые могут говорить всё что угодно. Это их право на защиту, они им воспользовались. То, что они пытаются возложить вину на других лиц - это мы понимаем только как попытку доказать, что крушение произошло не по их вине. Но мы исследовали материалы уголовного дела, и гособвинение пришло к выводу, что вина подсудимых доказана в полном объеме - прокомментировал прессе итоги заседания  представитель госсударственного обвинения Евгений Дикарев.

 

Дарья Турцева

фото, видео: Ринат Назметдинов